Его ботанка - К.О.В.Ш.

Каблуки зацокали по плитке этажа. Оля толкнула дверь, которая оказалась незапертой, и вошла в прихожую. Горел приглушенный свет, из колонок лилась тихая музыка. Оля хотела повесить пальто в шкаф, но не успела. Влад вышел к ней с темным взглядом, полным желания. И он был полностью голым, как и обещал. Секунду он молча на нее смотрел, а затем, ничего не говоря, в два шага к ней приблизился и подхватил на руки. Оля не успела даже пискнуть, на ходу роняя пальто и скидывая туфли.

Влад принес ее в спальню и почти кинул на кровать, тут же оказываясь сверху. Он страстно целовал ее губы, едва не кусая, а его руки нагло стягивали с нее платье, чуть ли не разрывая на лоскуты.

Оля стонала ему в рот, чувствуя, как по телу проходит дрожь, а между ног становится влажно от желания скорее почувствовать его в себе. Пальцы Влада прошлись по ее обтянутому чулками бедру, слегка сжимая, невыносимо медленно поднимаясь все выше. Оля всхлипнула и выгнулась дугой, когда они коснулись ее клитора.

Зрачки Влада были такими расширенными, что глаза казались черными, а на лице не было привычной улыбки. Оля комкала пальцами простыни, пока пальцы Влада проникали в нее, ритмично двигаясь, доводя до неистовства.

Это было так хорошо, что Оля готова была кончить от одних пальцев. В горле пересохло от стонов, а Влад и не думал останавливаться. Он облизывал ее грудь, посасывал соски, крепко сжимал одной рукой ее тонкую талию, а второй продолжал доводить от исступления.

Когда Оля готова была умолять его прекратить эту пытку и войти в нее, Влад тяжело сглотнул, а потом закинул ее ноги себе на плечи. Он наклонился к ней, чтобы поцеловать, а потом вошел в нее одним резким, глубоким толчком. Оля застонала ему в рот, подаваясь навстречу его размашистым, быстрым движениям.

Влад сплетал свой язык с ее, снова и снова толкаясь в нее. Оля закрыла глаза от наслаждения, растворяясь в этом вечере.

– Открой глаза, – попросил Влад, проводя языком по ее ключице, а потом вверх по шее. – Хочу, чтобы ты смотрела на меня, когда кончишь.

Оля распахнула глаза, будто впервые слыша его голос. Он был низкий и хриплым от страсти. Взгляд Влада, его руки на ней, он в ней – все это было слишком хорошо. Слишком сильно. Наслаждение взорвалось в ее теле, сжигая дотла, и оргазм обрушился на нее, как стихийное бедствие.

Они кончили одновременно, неотрывно глядя друг другу в глаза, и это было острее всего, что Оля когда-либо испытывала. Некоторое время они просто тяжело дышали, а потом Влад посмотрел на нее своим привычным хитрым взглядом плута:

– Лазанья сгорела. Закажем доставку или сначала ванна?

* * *

– У меня так много вопросов и так мало ответов, – насмешливо пропел Мирон, положив руку Оле на плечо.

Она подскочила от неожиданности и во все глаза уставилась на племянника, который стоял у нее за спиной. Потный и красный, явно только что с пробежки. Оле захотелось дать самой себе пинка – как она могла забыть, что этот сумасшедший спортсмен даже по выходным бегает с утра пораньше!

– Мы можем сделать вид, что ты ничего не видел? – без особой надежды попросила она, дергая дверь подъезда.

– Дай подумать. – Мирон демонстративно нахмурился, забегая за ней в лифт, а потом хитро улыбнулся и помотал головой. – Нет, нет и нет! Ты правда думаешь, что я увижу, как наш декан подвозит тебя до дома, и не спрошу, как это вышло? Прикалываешься?

– Действительно, что за бред, – согласилась Оля.

– Признавайся, ты отрабатываешь мое поступление натурой? Оля, что скажут люди! – Мирон пародировал интонации бабушки, театрально хватаясь за сердце.

– Я тебя убью, – пообещала Оля, после чего скрылась в своей комнате.

Мирон заржал. Утром, когда он обнаружил, что Оля не ночевала дома, то сначала решил, что, как приличный племянник, сделает вид, что ничего не заметил. Но, увидев, как декан открывает перед ней дверцу своего «Мерседеса» и подает руку, помогая выйти, будто она английская королева, передумал. Как минимум он собирался отомстить ей за то, что Олька стебалась над ним в тот раз, когда у них ночевала Лена. А еще ему хотелось понять, что за мутки у нее с деканом. Разумеется, не из праздного любопытства. Просто понять, стоит ли ему беспокоиться на его счет.

Мирон припомнил все, что знал о Владиславе Юрьевиче. В целом, ничего, кроме его должности и того, что он помог Оле пропихнуть его в универ. Ну и еще краем уха слышал, как старшекурсницы обсуждали, что он горячий, как пирожок. Не то чтобы он хотел обладать этой информацией, но они слишком громко верещали.

– Ты сделал мне кофе? – поинтересовалась Оля, заходя на кухню.

– Ты не просила. И давай, это… тему не меняй, – потребовал Мирон, но все-таки поставил чайник.

Оля театрально вздохнула, стекая на стул. Соображать после бессонной ночи было тяжко – до шести утра они реализовывали план Влада по освоению горизонтальных поверхностей в его доме, а потом Оля порывалась вызвать себе такси и вернуться домой до того, как Мирон проснется, но Влад убедил ее остаться на завтрак и настоял, что отвезет ее сам.

Сначала Оля подумала, что он шутит, но, когда он начал одеваться, до нее дошло, что он реально собрался лично везти ее домой. Это было так странно, ведь куда проще вызвать такси. О чем она ему и сказала.

А Влад улыбнулся и ответил, что просто хочет провести с ней как можно больше времени. Пусть даже это двадцать минут в машине. Правда, в итоге вышло не двадцать минут, а все сорок – они снова целовались в машине, как школьники, и никак не могли оторваться друг от друга.

И именно поэтому сейчас она нервно ерзает, пока Мирон возится с чайником, кидая на нее подозрительные взгляды.

– Ну, так что там у вас с деканом? – спросил он, преподнеся ей взятку в виде растворимого кофе.

– Ты опять налил слишком много молока, – капризно заметила Оля, сделав глоток. – Мы с Владом встречаемся. Вроде как.

– Вроде как? – вскинул брови Мирон. – Он подвез тебя до дома. В восемь утра. В субботу. – Он намеренно выделил голосом каждый пункт, чтобы обозначить их значимость. – Если до этого ты не помогала ему красить стены в деканате или, ну не знаю, воровать деньги из универской казны…

– Что ты несешь? – спросила Оля тоном ласкового психиатра. – Какая