Эта история может спасти тебе жизнь (ЛП) - Тиффани Крам

постараюсь быть как можно быстрее. — Келлер обмахивается, показывая влажное пятно под мышкой. Ничто в ее действиях не кричит о том, что она действует как можно быстрее. — Согласно предварительным отчетам, — она просматривает свои записи, — по-видимому, смерть Ксандера была вызвана травматической закрытой черепно-мозговой травмой. Кровоизлияние в мозг.

— Так… — говорю я после паузы. — От аварии? Он погиб в аварии?

— Судя по углу и расположению травмы, это маловероятно.

Мое зрение затуманивается, когда я вспоминаю то, что узнал в комнате для допросов. «Найден глубоко в лесу. Место не видно с дороги».

— И… до сих пор нет никаких признаков Джой? Мы все еще не знаем, была ли она с ним в машине?

Мэллори расширяет глаза, глядя на меня, и я понимаю, что невольно подставил свою лучшую подругу. Если Джой была в машине, это оставляет открытой возможность того, что именно она убила Ксандера. Эта возможность мельком приходила мне в голову, признаю. Но нет способа узнать, сколько людей изначально было в машине. И в любом случае, если она убила Ксандера, это, очевидно, было бы самообороной. В таком случае она пришла бы ко мне за помощью, не так ли? Она бы знала, что я помогу ей все исправить.

Вероятно, Келлер тоже это знает.

— Вы упомянули огнетушители в прошлый раз, — продолжаю я, нуждаясь в большем, но также и желая уйти от темы. — Машина загорелась?

— Это одна из причин, по которой я здесь. Вы сказали, что у Джой и Ксандера есть огнетушитель в офисе внизу. Не хотите показать мне, где?

Я, честно говоря, не хочу показывать ей, где, но все равно делаю это. Мэллори идет за нами вниз по лестнице. Когда мы втроем доходим до кабинета Джой, я ищу баллон там, где видел его в последний раз, висящим в чулане с мерчем Джой рядом с пирамидой из кепок и кружек ЭИМСТЖ. Его там нет.

Келлер, кажется, не удивлена.

— Есть еще один?

Я веду ее обратно наверх, в кухонную кладовку. Другой баллон находится на своем обычном месте рядом с зарядным устройством для ручного пылесоса. Нетронутый, если не считать небольшого слоя пыли.

— Вы так и не объяснили, — говорю я. — Был пожар или нет?

— Достаточно сильный, чтобы поджечь весь лес. — Выражение лица Келлер бесстрастное. — К счастью, кто-то проявил дальновидность и захватил с собой десятифунтовый огнетушитель.

— Кто-то… в смысле Ксандер? — Это имело бы смысл. Как сказал Эмиль, не невероятно, что у MG были проблемы. Ксандер мог заметить дым, остановиться, потушить пожар, а затем… Я начинаю понимать, насколько это все сложно. Зачем он вообще поехал через национальный лес Анджелес? И зачем он взял с собой офисный огнетушитель? И в какой момент тогда происходит кровоизлияние в мозг? Это хуже, чем я думал. Келлер изучает меня. В конце концов, я выдавливаю:

— Что вы нам не договариваете?

Он не отвечает. Снаружи лают собаки. Я встаю, чтобы хоть как-то размять ноги, и подхожу к окну. Койот вернулся и неподвижно сидит на стороне Карлотты за забором. Ричи и Потси расхаживают перед ним, пытаясь поддразнить его, чтобы он поиграл с ними.

— Относительно перевода денег… — Детектив прочищает горло.

Каким-то образом я знал, что это будет следующим вопросом.

— Перевод денег? — спрашивает Мэллори. Я не вводил ее в курс дела.

— Миллион долларов, — говорит Келлер. — С корпоративного счета на личный счет Бенни.

Мэллори ахает.

— Это было мошенничество, — быстро говорю я. — Перевод не прошел.

— Согласно банковским записям, вы инициировали перевод в восемь часов вечера, — продолжает Келлер, игнорируя меня. — Сразу после вашего маленького разговора с Джой. Это было из мести Ксандеру? Потому что она не ушла от него ради вас?

— Это не… — Я открываю рот, чтобы возразить, что было наоборот — что Ксандер, должно быть, сделал это, чтобы досадить мне, — но теперь, когда он мертв, я понимаю, что моя теория больше не работает. Я также понимаю, насколько плохо это для меня. Келлер, вероятно, все это время притворялась, что ничего не знает об этих записях. Что означает, что ей известно, что я скрывал информацию, которую узнал от своего финансового консультанта. Информацию, которая вполне явно уличает меня. Если бы я не сбежал из комнаты для допросов, она, возможно, обсудила бы это со мной наедине, но теперь она делает это в присутствии Мэллори, и я уже вижу следующий слой недоверия, формирующийся в глазах Мэллори. — Я не делал этого.

— Когда Ксандер узнал, он, должно быть, разозлился. Достаточно, чтобы затеять драку. — Келлер наклоняется вперед. — И мы уже знаем, после того, что случилось в Тусоне, что вы иногда теряете самообладание.

Что-то сжимается у меня в груди. Лицо Мэллори становится таким же бледным, как ее волосы. Эта тема не всплывала в подкасте с тех пор, как она присоединилась к команде, но она явно понимает, на что намекает Келлер.

— Вы пошли и сделали публичное заявление, хотя я советовала вам этого не делать, — говорит Келлер. — Это было для того, чтобы мы отвлеклись на тысячу разных зацепок? Таков был ваш план?

Она явно довольна, что снова вывела меня из себя, и я изо всех сил стараюсь сохранять спокойствие. Чтобы доказать, что я не тот человек, за которого она меня принимает. Но когда она спрашивает, почему мои отпечатки пальцев нашли на тачке Ксандера, я почти взрываюсь.

— Мне пришлось отодвинуть ее, чтобы достать фанеру, — говорю я сквозь зубы. — Для окна. Я просто вытащил ее и поставил обратно.

— Это правда, — говорит Мэллори, и за это я почти готов простить ей все ее прегрешения на месте. — Как раз перед тем, как Потси появился у ворот.

У Келлер хватает наглости выглядеть разочарованной.

Я больше не могу заставить себя смотреть на нее.

— Это всё?

Она молчит непростительно долгое время.

— Можете остаться, если хотите. Мне нужно обсудить еще несколько вопросов с Мэллори.

Мэллори непроницаема. Я не могу понять, хочет ли она, чтобы я остался или ушел, но с меня хватит. Я не оглядываюсь и выхожу. Ветер горячий, но я весь в холодном поту, руки так дрожат, что я едва могу держать поводки.

Мой пульс успокаивается только через несколько часов.

Джой Мур

День пятый

В моей комнате темно, сквозь жалюзи пробивается лишь слабый свет заходящей луны. Первое, о чем я думаю, проснувшись, — нужно полить цветы. Не могу вспомнить, когда поливала их в последний раз.

А потом я вспоминаю, что Ксандер мертв. Мой муж мертв. Я могу произнести эти слова,