Темнота в окне напротив - Вивиана Торн

Роб…

Он жив. Тело деревенеет, когда я вспоминаю о нем. Отвращение накатывает до тошноты. Вижу, как Хантер медленно поднимается и направляется ко мне. Он ускоряется, когда замечает дрожь в моем теле.

— Что не так, Эстер? — спрашивает Хантер, касаясь меня так, словно я рассыпаюсь на части.

Так и есть.

Роб.

Его лицо. Злость. Ярость. Ухмылка…

— Смотри на меня, малышка.

Очевидно, что Хантер понимает, в чем дело.

Я проваливаюсь в какую-то воздушную яму, где не понимаю ничего. Прихожу в себя, лежа в крепких руках Хантера, с мурлыкающим Ньютоном, пытающимся уткнуться мне в живот.

— Все хорошо. Ты… в безопасности. — Он поглаживает меня по спине, и я перестаю дышать. Расслабляюсь.

Роб.

Он в коме.

Он больше не причинит мне вреда. Я больше никогда не буду безрассудной.

Со временем беспорядочные мысли приходят в порядок. Стук моего сердца подстраивается под стук сердца Хантера.

— Прости, Эстер. Должно быть, это из-за смены обстановки. Но я… я не мог оставить тебя там. Я…

Как будто я зла за то, что он сделал. Я только благодарна, что он увез меня.

— Просто поцелуй меня. — Я поворачиваюсь к Хантеру. — Обними. Помоги забыть. Ты мне нужен, Хантер.

Мои глаза наполняются слезами.

Мне нужен он и его темнота. Я хочу укутаться в ней, словно прочным и беспросветным одеялом, чтобы забыть о беспорядке, оставленном Робом и моими родителями. Наверно, это глупо, поверхностно, примитивно, но я ощущаю тягу к Хантеру, как будто он мое лекарство.

Смотрю прямо в его потемневшие глаза.

— Эстер… — произносит он. — Ты же знаешь, что я не могу себя сдерживать с тобой.

— С чего ты решил, что я хочу тебя сдержанным?

К черту всю идиотскую сдержанность. Она меня ни к чему хорошему не привела.

В следующую секунду Хантер уже возвышается надо мной.

— Если тебе будет больно, останови меня, — говорит он, а у меня с глаз скатываются слезы.

Совсем недавно со мной обошлись как с грязной использованной куклой, но Хантер смотрит на меня как на непорочного ангела. Внутри все сжимается.

Я запрокидываю голову, желая скрыть от него эти слезы.

Наконец-то…

Его губы скользят по шее.

Хантер приподнимает мою футболку и спускается к животу. Он целует каждый шов на свежих порезах. Немного больно, да, но приятное ощущение расползается по телу и ощущается благословенным эликсиром.

— Хантер… — я стону его имя, когда он пристраивается между моих ног и снимает нижнее белье. Я все это время была в одних трусиках и футболке. — Пожалуйста, сделай это…

Как же хочется умолять его сделать со мной странные и самые извращенные вещи…

Но тут я чувствую его язык. Хантер ласкает меня, посасывает и медленно ведет к оглушительному оргазму. К тому… что мне сейчас так необходимо. Он непреклонно нежен. Когда я кончаю на его язык, оргазм сносит всю боль.

Очищает. Выбивает все воспоминания о прошедшей ночи. Да, временно, но хотя бы так.

Я чувствую пальцы Хантера, сжимающиеся на моих бедрах. Скулю от приятной боли, но Хантер расценивает это по-своему. Он тут же расслабляет пальцы.

— Дай мне почувствовать себя, — хрипло прошу. — Хантер. Иначе я не прощу тебя за то, что ты меня увез. Я знаю, что ты сделал и зачем.

Я говорю это в каком-то бреду.

Похоже, Роб действительно сильно стукнул меня о каменную стену…

Хантер стонет и вскоре медленно погружается внутрь, осторожно растягивает меня и заполняет. Я чувствую дрожь в его теле… его пирсинг и раздувшийся размер, от которого в темноте начинают сверкать звезды.

Слезы текут.

Хантер напрягается и останавливается.

Приходится впиться в его ягодицы ногтями и направить его в себя. Глубже.

Хантер рычит, но так и не позволяет себе озвереть. Он двигается нежно, заставляя сходить с ума меня. Потому что я кусаюсь, царапаюсь и плачу. Чувствую себя испуганной дикой кошкой. И лишь ощутив, как Хантер наполняет меня теплым семенем, я успокаиваюсь.

Я его женщина.

Он мой.

С остальным я разберусь позже.

60

Эстер

Месяц спустя

Я сижу за столом новобрачных в саду роскошной виллы на Сардинии и рассматриваю гостей, веселящихся на нашей с Хантером свадьбе. Их драгоценности отражают нежно-розовый закат. Вид на море придает обстановке сказочность.

На мне белоснежное длинное платье, вышитое изысканными стразами и жемчугом. Волосы красиво уложены и украшены нежными заколками в форме цветов — они похожи на настоящие. На ногах удобные туфли-лодочки — Хантер слишком волновался, что я устану на каблуках. Он рядом. Держит меня за руку, крепко сжимая кольцо на моем пальце.

Всматриваюсь в лица гостей. Многие мне знакомы. Например, Итан с Ливией, Натан с Софией, одинокий Алек Вондерберг.

Здесь есть даже Додо и Лучо… Странно, я не помню, чтобы они были в списке. Возможно, я была бы рада видеть здесь и моих родителей, но после того, как мама позвонила мне и умоляла отказаться от моих показаний против Роба, все еще находящегося в коме… Хантер просто забрал у меня телефон, испугавшись, что подобные заявления вызовут лишний стресс. Теперь он отвечает на их звонки и сообщения. Точнее, теперь мы связываемся с родителями через адвокатов.

Наверное, это не совсем правильно… Но мамины обвинения меня в том, что я бессердечно уничтожаю репутацию знатного рода, действительно выматывают. Она так и не поверила в то, что случилось.

А вот Роб…

Даже если он в коме, меня все еще преследуют кошмары и его лицо. Несколько раз у меня случались панические атаки из-за того, что в толпе мелькало лицо, похожее на Роба.

И даже сегодня, на собственной свадьбе, среди всех этих веселящихся людей, мне тревожно. Звуки и громкая музыка возвращают меня в танцующую толпу на карнавале, где окружающие приняли мои попытки побега за спектакль… и помогали Робу поймать меня… Полиция и общественность были шокированы, когда всплыла правда. Моя абсурдная история попытки побега от похитителя среди толпы людей вызвала резонанс в медиапространстве.

Я все еще испытываю тревогу.

Единственный, кто помогает от нее избавиться, — Хантер.

— Эстер… — произносит он низким голосом и опускает губы на мое оголенное плечо. — Все в порядке?

— Да, все в порядке… — судорожно выдыхаю, пытаясь утихомирить симптомы надвигающейся панической атаки.

Все должно быть не так.

— Тебе лучше сказать мне правду, цветочек. Ты же знаешь. — Хантер обхватывает мой затылок и заставляет посмотреть ему в лицо.

Какими бы ни были его