Муж на сдачу - Натаэль Зика

— Нас двое: я и мой муж, — наступив себе на горло, выдала Мариэта. Объяснять иначе их запутанные отношения было нельзя, тем более, что двух комнат для брата и сестры в одном доме могло и не найтись.

— На две недели, — вступил Михаэль. — Мы приехали уладить родственные дела, платим сразу за весь срок.

Мальчик внимательно осмотрел пару, подумал и решился:

— Пойдем, я провожу!

Свернув за пареньком с главной улицы, они прошли через параллельную улочку и нырнули в переулок.

— Вот здесь комната сдается, — мальчик толкнул калитку небольшого домика, сплошь скрытого за цветущими кустами. — Здесь моя бабушка живет, а мы — напротив. Бабуля! Я постояльцев привел!

На окрик вышла высокая, худая женщина в неопределённом возрасте «за шестьдесят».

— Доброго дня, ар, ари, — поздоровалась женщина. — Слушаю вас.

— Нам с женой нужна комната на две недели, платим сразу, — ответил Михаэль.

— На полном пансионе или только ночлег? — уточнила хозяйка.

Михаэль беспомощно посмотрел на Маризту: «Что такое — полный пансион?» — читалось в его глазах.

— Полный пансион, уважаемая, — поспешила ответить Мариэта. — Мы будем слишком заняты, чтобы я успевала прибирать и готовить.

— Хорошо, — довольно кивнула хозяйка. — Монета в день — жильё и семь монет за всё время — еда и уборка.

Мариэта подавилась воздухом, но Михаэль предупреждающе сжал её руку:

— Покажите сначала комнату.

Женщина кивнула и пошла впереди, обходя дом:

— Вход отдельный, — объяснила она по пути, — смотрите, подойдет ли.

Комната оказалась не очень большая, но светлая и чистая. Два окна и три двери — одна — на улицу, вторая — Маризта подошла и открыла — внутрь дома и третья — уборная и купальня.

На окнах занавески, на полу — ковер и дорожка.

Пузатый комод, старый шкаф с рассохшимися дверцами, стол, два стула, довольно широкая кровать и зеркало на стене. А ещё — цветы в горшках на всех подоконниках.

— Дверь в дом можете на щеколду закрывать, — объяснила хозяйка. — В купальне магический нагреватель воды стоит, а вода сама бежит, если кран открыть.

Маризта переглянулась с графом, и тот решительно выдал:

— Берём! Двадцать одна монета, я правильно посчитал?

— Да, всё верно!

Покопавшись в карманах, Михаэль выудил кошель и, повернувшись к хозяйке боком, отсчитал требуемую сумму.

— Вот, держите.

— Ключ, — хозяйка передала Мари увесистую железку и извинилась за его вес, заметив, как та поморщилась: — Знаю, неудобный, но на магический замок денег не хватает, пока только мечтаю о нём.

— В столице всё дороже, — вздохнула Маризта, горюя, что в Адижоне на двадцать монет она могла жить два месяца.

— Располагайтесь, а я пойду, приготовлю отвар. Кушать можете в столовой, — хозяйка открыла внутреннюю дверь и показала вход в столовую, которая располагалась напротив, — или у себя в комнате. В последнем случае предупредите заранее.

— Сегодня мы очень устали, — решил Михаэль, — поэтому поедим у себя, а с завтрашнего дня станем выходить к вам. Вместе веселее, верно? Потом, мы провинциалы, а вы, я уверен, сможете нам многое рассказать о жизни столицы и дать полезные советы.

Довольная хозяйка кивнула и приосанилась.

— Конечно, всю жизнь здесь живу, всё знаю! Меня Кларета зовут.

— Михэ и Рита, — представил их Михаэль.

— Что ж, Михэ и Рита, отдыхайте, перекус будет через четверть оборота, я принесу, поставлю у двери и постучу, чтоб вы забрали, — и хозяйка скрылась в глубине дома.

Маризта не смогла отказать себе в удовольствии и от души понежилась в горячей водичке. Правда, купальня была маловата, зато воды сколько угодно, можно было открыть кран, нажать на розовый кристалл, и вода текла уже теплая. Чтобы сделать погорячее, надо было нажать на артефакт дважды. Нет, магия здорово облегчала жизнь!

Мари размечталась — вот бы ей себе домой такой кристалл! Интересно, дорогие они, и как часто нужно заряжать?

И сама себя одернула — какой «себе домой», если она дом заложила?

Настроение испортилось. Графу она верила, но жизнь учила, что не все планы осуществляются так гладко и в полном объеме, какими задумывались, поэтому, случиться может всякое.

Помолившись Единому, Мари трижды плюнула через левое плечо и старательно постучала по кристаллу, тут же ойкнув — из крана полился кипяток. Отладив температуру воды, женщина ещё немного поплескалась и с сожалением, покинула купальню.

— Я думал, ты там жить собралась, — ехидно заметил граф. — Покажи-ка руки!

— Зачем? Вот, — вытянула конечности зельеварка, насторожённо глядя на мужчину.

— Растопырь пальцы. Надо же, нету.

— Чего?

— Перепонок, — серьёзно ответил Михаэль. — Решил проверить, вдруг, ты русала, раз тебя из воды не вытащишь!

Мари фыркнула, обиженно поджав губы: нет, что за грах вселяется в графа время от времени? Только что был нормальный человек, даже внимательный и нежный, а потом — раз! — и ходячая язва.

Нельзя ей к нему привязываться, ой, нельзя! Растопчет и не заметит, у него, наверное, женщин было больше, чем мелкой крупы в большом мешке. Аманаты, сговорчивые простолюдинки… Как ни горько осознавать, она для него — одна из многих. А вот он у неё — первый и единственный.

После перекуса, Михаэль отправил хозяйкиного внука купить бумаги, и долго сидел, что-то записывая.

Мари от нечего делать, ушила его рубашку и отпустила на всю длину брюки.

— И зачем глаза напрягала? — недовольно пробурчал Михаэль. — Завтра купим всё новое, по размеру.

Маризта вздохнула — опять не угодила…

— Рита, — поняв, что снова обидел, — мужчина отложил стило и пересел к женщине, обняв её за плечи. — Прости, у меня голова кругом идёт, события одно за другим, я не успеваю привыкнуть к одному, как всё меняется. Иди ко мне.

Поднял на руки, посадил на колени, пальцами обхватил подбородок и поднял расстроенное личико.

— Я веду себя, как скотина, знаю, — покаянно пробормотал Михаэль, целуя волосы, ушко, щеки, уголок губ. — Но это от того, что я и сам растерян, и не всегда знаю, что мне делать. Я — граф, ты же понимаешь это? На мне лежит ответственность за своих людей, графство, я не могу делать то, что мне хочется. Мне придется разобраться с исчезнувшей вязью, не хотелось бы узнать,