Когда ты проснешься… - Андрей Эмдин

что она боится, что я могу отказаться и организованная ею встреча не состоится. Девушка не понимает, что я был готов отказаться от всего, чего угодно, кроме этой слабой, ненадежной соломинки, так неожиданно протянувшейся между мной и неведомым старшим программистом.

— Я согласен, — прерываю я коллегу. — Когда мы можем это сделать?

— Я договорилась о встрече сегодня, в девять вечера. К этому моменту контору покидают даже самые увлеченные программисты.

— Расслабон у вас там! — усмехаюсь я.

— Код писать — это не ваши домики рисовать, — не лезет за словом в карман бывший программист. — Так вот, сегодня до девяти часов мне нужно отправить ему приглашение в твою вселенную, чтобы он мог к нам присоединиться.

— Нам? Ты тоже собираешься пойти? — удивляюсь я. — Ты ведь понимаешь, какому риску подвергает тебя эта встреча?

— Эта встреча! — передразнивает меня Ира. — Чертова «Неслучайная Встреча» подсунула мне придурковатого интеллигентного нюню вместо нормального мужика. Невелика потеря, если меня попросят! Пойду татуировки бить живым людям.

— Вообще-то «Неслучайная Встреча» не виновата в том, что женщина думает, что хочет романтичного и нежного рыцаря, а потом оказывается, что истинные ее желания — быть грубо припертой к стенке властным сильным мужиком.

— Перестань так говорить, — мурлычет Ира, резко понижая голос. — Я завожусь, когда красивый мужик в постели говорит что-то о припирании к стенке.

Я резко дергаю ногами, опрокидывая игриво настроенную девушку, сидящую на краю дивана.

— Ай! — взвизгивает она, вскакивает и убегает в ванную, на ходу стаскивая футболку. Из-под одежды показываются белые ажурные трусики, обтягивающие неожиданно спортивную попку.

«Бестия», — беззлобно думаю я, провожая программистку взглядом. Женщина не может долгое время спокойно существовать, не будучи кем-либо страстно желаема. Сексуальная провокация любых, находящихся в радиусе поражения мужчин столь же необходима женщинам, как солнечный свет растениям. Направляя на мужчин лучи своей сексуальности — чаще неосознанно, чем намеренно, — женщины получают взамен от восхищенных представителей сильной половины человечества солнечный свет обожания, служащий источником женского фотосинтеза.

Ира провоцировала меня не специально. После вчерашних неприятных событий она испытывала острый дефицит этого самого мужского света. Не слишком умный мужчина воспринял бы подобное поведение превратно — как сигнал женского одобрения перехода к активным действиям. Но у меня хватило ума понять, что эта мальчиковая подружка, столь удачно ворвавшаяся в мою жизнь, просто встала на подзарядку, приехав вчера ко мне ночью. Пожалуй, подыграть ее кокетству или как минимум не осквернить ее тонкую мотыльковую игру грубыми действиями — самое малое, чем я могу ей отплатить за тот риск, которому она подвергает себя и пока неизвестного мне Гришу.

Едем на работу в разных такси, желая избежать ненужных и неловких объяснений, если бы вдруг, выходя из одного автомобиля, столкнулись бы нос к носу с другими архитекторами. Некоторые ситуации, сколь бы правдивыми ни были стоящие за ними факты, проще не допускать, чем потом противостоять общественным стереотипам, из которых следовало, что выходящих из одного автомобиля людей противоположного пола объединяет нечто большее, чем общий счетчик таксометра.

Весь день мы проводим как на иголках, стараясь свести к минимуму заговорщицкие взгляды, которыми непроизвольно обмениваемся, столкнувшись в комнате погружений или на кухне. Вечером, сославшись на необходимость еще «погонять» новые виртуальные сценарии, остаемся в офисе вдвоем. Коллеги скрываются за дверью, пожелав нам с Ирой не слишком перерабатывать и оставить хоть немного работы им.

До встречи остается чуть больше получаса. Мы заранее договариваемся не обсуждать наш замысел в стенах офиса, опасаясь прослушки. Поэтому в назначенный час я молча киваю Ире, и мы синхронно направляемся в Дайв-спот. Там нас уже поджидает загруженная в трансиверы моя маленькая вселенная.

— Погружение? — раздается равнодушный женский голос в голове.

— Погружение, — привычный, доведенный до автоматизма ответ.

Холодный воздух, головокружительная фиолетово-розовая космическая карусель. Пробирающее до мурашек ощущение холодных влажных прикосновений синего океана травы под ногами.

Коллеги рядом нет, но в голову тут же врывается хорошо различимый голос:

— Саша, разреши мне войти, — просит девушка.

— Разрешаю, — почему-то вслух отвечаю я.

Сидящий у края пропасти Кот оборачивается на мой голос, встречается со мной глазами и вдруг переводит взгляд куда-то правее. Там, рядом со мной, в воздухе, медленно проступают очертания Ирины. Появившись, девушка зябко ежится, трет плечи и вдруг, теряя равновесие, хватается за мою руку. Понимающе улыбаюсь и некоторое время придерживаю подругу, пока та пытается совладать с головокружением.

— Как красиво, — говорит коллега, приходя в себя. Почувствовав, что земля перестала уходить из-под ног, она отстраняется, беззлобно ругается и только потом замечает кота. — А это кто?

— Это Кот, — буднично отвечаю ей я, подхожу к верно ждущему животному и глажу его по пушистой шерстке, которую яростно треплет никогда не стихающий цифровой ветер.

— Я смотрю, у нас посетитель, — замечает Кот.

Направившаяся было к питомцу Ира вдруг шарахается в сторону, услышав, как мой маленький персонаж вслух комментирует ее появление.

Кот флегматично наблюдает за маневром, после чего продолжает:

— Программист второго класса, Ирина Конькова, двадцать пять лет, московское отделение, — чеканит он и смотрит на девушку, ожидая реакции.

— Тебе двадцать пять? — удивляюсь я. — Я думал, меньше.

— Что это за… — спрашивает Ира и награждает ни в чем не повинного животного совершенно не подходящим ему эпитетом.

— Я не… — спокойным голосом в точности воспроизводит ее характеристику Кот. — Я гость. Как и ты.

— Пожалуйста, осторожнее. Кот — мой друг, — бросаю я ошалевшей подруге и добавляю, обращаясь к нему: — А ты, пожалуйста, постарайся не шокировать людей разговорами.

— Ты подключил кота к трансиверу? — Ирина сама не понимает, что сморозила непростительную для программиста глупость: домашнее животное, может и можно было, теоретически, погрузить в виртуальное пространство, но это не позволило бы обучить питомца человеческой речи. Кроме того, невозможно точно сказать, как именно домашние коты представляют себе свой внешний вид. А поскольку система формирует облик игрока из его собственных представлений о своей внешности, погруженная в игру зверушка могла появиться в виртуальности в совершенно неожиданном для всех образе.

Ира получает простые и понятные объяснения и качает головой.

— Я могу понять синюю траву и эти фиолетовые блестящие штуки. Но что тобой двигало в момент создания этого… — она некоторое время подбирает тактичное определение, — персонажа. У тебя что, животных в детстве не было?

Я пропускаю мимо ушей ее вопрос и бросаю взгляд на часы.

— Сейчас ровно девять по реальному времени. Где твой коллега?

Стоило мне это произнести, как в голове раздается незнакомый мужской голос:

— Привет! Это Гриша, пожалуйста, разреши мне войти.

— Разрешаю.

И мы вместе смотрим, как вырисовывается в воздухе фигура главного программиста «Неслучайной