Дитя крови - Дарья Котова

как раз было остановлено явлением Богов. Мелитэе, к ее досаде, так и не удалось посмотреть на этих легендарных существ, а горстка выживших пришла в такой экстаз, что не смогла толком описать своих спасителей. После исцеления мира Мелитэя и Марк вернулись в Твердыню. Двое из трех сотен. Их встретил Ликрас и пятнадцать молоденьких вампиров, которым повезло уцелеть — Твердыня располагалась на самом западе мира, и демоны не успели добраться до нее, ведомые желанием разгромить остатки единого войска смертных и бессмертных, которые бежали на север.

Именно в тот момент, когда Ликрас посмотрел на двух выживших и понял, что почти все, кого он любил, мертвы, огонь жизни в его глазах потух. Теперь новоявленный Владыка вампиров мудро правил своим немногочисленным народом, заботился об их безопасности, решал споры и наставлял молодняк. Только все это он делал с самым безразличным видом. Он исполнял долг правителя. Больше у него ничего не осталось.

* * *

— Ну как, разнял? — ехидно поинтересовалась Мелитэя, когда уже на рассвете к ней явился Марк. Судя по его мрачному — еще более, чем обычно — лицу, процесс разнимания не доставил ему удовольствия.

— Да, — ответил Марк, опускаясь на ковер рядом с супругой. Мелитэя улыбнулась ему, холодно и чувственно, и он не удержался от поцелуя. Скользя кончиками клыков по ее запястью, он слышал, как стучит ее сердце, гоняя по венам чужую кровь.

— С молодыми сложно, — наконец произнес Марк, отрываясь от хес'си — так приближенные к Тьме вампиры называли свою единственную любовь.

— С молодыми или с Ленаром? — язвительно поинтересовалась Мелитэя, нежно скользя кончиками пальцев по шее Марка.

— Разве твой брат не молод?

— Ему больше двух тысячелетий! Все за это время повзрослели, кроме него. А все эта Анабель!

— Хоть и не в моих правилах ругаться с тобой, хес'си, замечу, что ты несправедлива к супруге брата.

— Ты несносный вампир, Марк! Так и хочется сотворить с тобой что-нибудь темное!

— Мы уже женаты, — с каменным лицом пошутил Марк, и Мелитэя легко рассмеялась, притягивая его к себе. Они мягко опустились на белоснежный пушистый ковер и принялись самозабвенно целоваться, словно им вновь по двести лет и они сходят с ума от своей любви.

— Сколько лет прошло, а ты все продолжаешь меня увлекать, — тихо рассмеялась Мелитэя. Смех ее прозвучал холодным перезвоном серебряных колокольчиков. — И что ты нашел во мне? Кроме того, что я самая лучшая женщина в твоей жизни?

— Твой прекрасный юмор украшает мою жизнь, боюсь, я никогда не смогу быть таким же легковесным, как ты.

— О, я попытаюсь тебя научить.

— Нет, лучше люби. — Он вновь склонился к ней с поцелуем.

Лишь когда первая страсть была утолена, когда они лежали на мягком белоснежном ковре и вспоминали беззаботную юность, Мелитэя спросила:

— Так что там с Ленаром?

— Так что там с людским отрядом? — в тон ей ответил Марк.

— Ты невыносим!

— Ты повторяешься.

— А ты опять защищаешь моего непутевого братца!

— Ты слишком строга к нему.

— И это говорит мне наставник ищеек!

— Но Ленар — не ищейка.

— Да уж, эта участь его миновала, он самый обычный вампир… Даже скучно.

— Это его судьба, не всем дано быть прирожденными охотниками и бойцами.

— Опять защищаешь!

— Ты недолюбливаешь его жену, поэтому чересчур строга и к самому Ленару.

— Не моя вина, что он никак не вырастет. Он младше меня всего на пять столетий! А другие? Все давным-давно выросли, один он все занимается ерундой.

— Это его мнение.

— Я ведь слышу неодобрением в твоем голосе! Не обманывай меня, Марк, на этом поле ты не умеешь сражаться.

— Возможно, ты и права. Но я все равно не хочу судить категорично.

— Сколь ты милосерден… Впрочем, ты всегда любил возиться с молодежью, это твое призвание.

— Мне по душе растить из неумелых мальчишек опытных ищеек. — В этот момент мало кто узнал бы в мечтательном вампире того Марка, который веками наводил ужас на своих жертв. Но Мелитэя поняла его — в глазах ее мелькнуло отчаяние и застарелая боль. Она быстро поднялась с ковра, накинула на плечи атласный халат и прошествовала в будуар. Марк дал ей четверть часа, чтобы успокоиться, а потом пошел следом, зная, что Мелитэя и покой — это несовместимые вещи.

Она сидела у своего столика и бесцельно перебирала украшения — большинство из них подарил Марк. У него было удивительное чувство прекрасного, которое он тщательно скрывал, чтобы не потерять уважение. Только Мелитэе было дозволено знать о его постыдных тайнах. К примеру, о любви к музыке. Несколько сонет Марка были настолько прекрасны, что Мелитэе прикладывала немало сил, чтобы послушать их — то есть уговаривала твердолобого Марка.

Остановившись рядом с хес'си, он опустился на ближайший пуф и нежно коснулся ее руки своей. Она обернулась, встречаясь с ним взглядом. В глазах обоих была печаль.

— Я бы отдала многое, если не все, за то, чтобы получить его, — призналась Мелитэя и отвернулась, с досадой сжимая пальцы свободной руки и ломая угол столика. — И за что нашему народу такое наказание? Разве мы чем-то провинились перед Тьмой?

На этот вопрос у Марка не было ответа. За что Тьма осерчала на своих самых любимых детей? Почему со времен Великого Нашествия ни у одной вампирской пары не родилось дитя? Да, их было мало, зачать ребенка для вампиров было очень сложно. Даже эльфы были более плодовиты! Вампиры же могли ждать желанное дитя столетиями! И мало у кого из пар было больше одного-двух детей. Родители Мелитэи имели троих и считались счастливыми и удачливыми. Им Тьма подарила целых троих наследников! Но то было до Великого Нашествия, после же Тьма обошла вниманием детей своих. Ни у кого из молодых вампиров, которые образовали пары, не родился ребенок. Даже Марк и Мелитэя, прожившие вместе более двух тысячелетий, не смогли зачать дитя. Это было их самой главной болью. Век за веком они надеялись на чудо, но, увы…

Молодым было легче, они не пережили столько, сколько Марк с Мелитэей, многие из них не были готовы стать родителями — к примеру, Ленар и Анабель. Да, им было легче. Еще со временем Великого Нашествия Мелитэя и Марк мечтали завести ребенка, это было их самой заветной мечтой. Все казалось, что в этот раз у них получится, что в следующем году обязательно случится это радостное событие. Но век шел за веком, вот уже минуло почти два тысячелетия со времен вторжения демонов, а желанное дитя так и не появлялось. Мелитэя с