Гостиница для попаданки и сто проблем в придачу - Светлана Казакова

Эту да не эту.

То ли дом, пока я спала, подменили, то ли кто-то меня беззастенчиво дурит. Ведь невозможно за такой короткий срок превратить развалину во дворец!

Я выбежала в самый центр фойе и задрала голову, разглядывая гигантскую многоярусную люстру, хрустальным солнцем заставшую где-то высоко-высоко. Сверкающие подвески-капельки в ответ закачались, зазвенели будто «ветерки», заполнили своей музыкой каждый уголок.

Голова закружилась теперь-то уж точно от избытка эмоций. От обилия цветов, запахов и звуков. От блеска деревянных перил, от улыбок каменных бюстов на постаментах, от величия надменных лиц на портретах в золоченых рамах. От... настойчивого стука во входную дверь.

Я вздрогнула, возвращаясь в реальность, и моргнула. Стук повторился. Вероятно, уже даже не во второй раз.

На автомате я чуть не ляпнула «кто там?», но вовремя прикусила язык.

Какая разница, кто? Все свои уже дома.

Однако тот, кто был снаружи, явно считал иначе, ибо после ещё пары ударов в дверь раздался капризный женский голос:

— Мальчики, ещё пять секунд, и ломайте.

— Не сметь! — рявкнула я, не сразу сообразив, чего это меня так проняло.

До гневных кругов перед глазами, до болезненной обиды и твёрдой уверенности, что ломать собрались как минимум мои собственные ноги. Аж дыхание перехватило и захотелось самой отходить кого-нибудь дубиной, и вот это-то и отрезвило.

Я не самый спокойный и мирный человек, но ощущения были до того навязанными, чужеродными, что только идиот бы не догадался, откуда уши торчат. Кажется, стоило подробнее расспрашивать госпожу Плавент про особенности привязки к столь необычному дому, но кто ж знал...

Я погрозила пальцем пустоте, слабо представляя, с какой сущностью имею дело, есть ли у неё глаза и откуда она наблюдает, а потом уставилась на дверь, за которой всё резко стихло. Впускать незваных гостей не было никакого желания, тем более после проявленной агрессии, но и оставить всё просто так я не могла.

— Открыть, — велела я и скрестила руки на груди.

Если уж дом способен на капитальный ремонт за несколько часов, то и с дверью справится без моего непосредственного участия.

Створки дрогнули и распахнулись, явив мне застывшую на пороге троицу. Ну прямо мужская версия небезызвестного ВИА: тёмненький, светленький и рыженький. В камзолах с кричаще дорогой вышивкой, обтягивающих штанишках, начищенных до блеска сапогах, и с художественно растрёпанными волосами до плеч. И настолько одинаковые с лица, что обрей их — и лично я уже не отличу. Разве что по набалдашникам тростей в их руках.

В первые секунды после открытия дверей они явно растерялись, но быстро совладали с собой, синхронно задрали квадратные подбородки с ямочками и синхронно же шагнули в дом. В проём вместились, хотя левому и правому пришлось ужаться в плечах. А потом красиво расступились, будто шоу-балет, и пропустили четвёртого гостя.

Точнее гостью, которая, как нетрудно догадаться, и покушалась на моё имущество.

Вид у неё был не то чтобы очень довольный, а уж когда наши взгляды встретились, дамочку и вовсе перекосило, но и она умела быстро справляться с эмоциями. Растянула губы в улыбке, похлопала ресницами и, изящно подобрав пышную бирюзовую юбку, поплыла ко мне.

— Ах, дорогая, вы не представляете, как я рада!

Высокой и фигуристой гостье явно было не меньше пятидесяти, но она активно молодилась. Чего стоила только грудь, поднятая корсетом чуть ли не до подбородка, и крашеные каштановые волосы, кокетливо завитые у висков и шеи. В местной моде я, конечно, не разбиралась, но подобный образ подошёл бы скорее юнице, чем почтенной даме.

— Чему вы рады? — хмуро уточнила, когда она замерла в паре шагов.

Ну хоть обниматься не полезла, а то была у меня такая тётушка, мечтавшая стать скорее подружкой, несмотря на громадную разницу в возрасте.

— Вам, дорогая, вам! О, как же тут стало чудесно! — Незнакомка раскинула руки, словно в попытке обхватить весь мир, и пару раз крутанулась на месте.

Настолько неестественно и театрально, что захотелось оглядеться в поисках скрытой камеры.

— Вы вообще кто? — грубо прервала я представление, и дама замерла.

Поморщилась, но через секунду уже снова улыбалась.

— Я — ваша первая и лучшая постоялица! Не благодарите, — заявила она и на полном серьёзе устремилась к лестнице. — Займу комнату с видом на фонтан. Если она, конечно, ещё существует...

— Эй! — Я кинулась следом, если честно, понятия не имея, как буду её останавливать, но дорогу преградила подоспевшая разноцветная троица.

— Прима Каризо не нуждается в представлении, — провозгласил блондин.

— Приме Каризо не «эйкают», — возмутился брюнет.

— Прима Каризо играла в постановках самого Иоветти! — пафосно закончил рыжий.

— Да мне плевать, — честно ответила я. — Хоть играла, хоть пела, хоть отбивала чечётку. Это мой дом!

— Не жадничайте, дорогуша! — жеманно воскликнула Прима уже с верхних ступеней, и я задрала голову.

— Вы в своём уме? Это вторже...

— Полноте! — Она рассмеялась. — Без вашего желания я бы сюда не попала. Вот мэтр Арсено действительно ненавидел гостей. При нём вокруг вилась колючая изгородь, а сам дом напоминал скорее заросший паутиной склеп. Уж поверьте очевидцу, разок он меня всё-таки пустил... А вот с вашим появлением я сразу ощутила открытие тропы. Так что вы, судя по всему, просто душечка и мечтаете, чтобы дом наполнился людьми.

От подобной перспективы сердце сковало ужасом.

— Ничего подобного! Я люблю одиночество.

— Ох уж этот самообман, — отмахнулась Прима, вышагивая вдоль балюстрады. — Дому и лесу виднее.

— Да зачем вам вообще тут быть?! — не сдержалась я и снова попыталась прорваться к лестнице, но троица оказалась проворнее.

Меня попросту взяли в кольцо.

— Я же сказала, что лучшая из ваших постояльцев, дорогуша. — Прима поправила волосы и мечтательно вздохнула. — Меня интересует только здешний целительный воздух. Остальные будут куда требовательнее, вот увидите. Непременно попросят провести их по тропе, отыскать в лесу какую-нибудь редкость или организовать ритуал. Люди такие бесцеремонные!

— Остальные? — хрипло переспросила я.

— Не переживайте, нам с мальчиками хватит одних покоев, — будто не услышала меня Прима. — Мальчики, заплатите.

И величественно развернувшись, она отступила от перил и исчезла.

А «мальчики», каждому из которых наверняка перевалило за тридцать, одновременно сунули мне в руки по тяжёлому мешочку.

Чертовы синхронисты.

— Прима Каризо щедра, — гордо кивнул брюнет.

—