Невинная добыча Альфы. Истинный зов луны - Ари Эль

Потом он наклонился и взял один сосок в рот, и я вскрикнула, вцепляясь пальцами в его волосы. Его язык кружил вокруг чувствительной плоти, зубы слегка прикусывали, и волны удовольствия прокатывались по моему телу, концентрируясь внизу живота.

— Кейден, пожалуйста, — застонала я, не зная, о чем прошу, но зная, что мне нужно больше.

Он переключился на другую грудь, уделяя ей такое же внимание, а его руки скользнули к моим бедрам, стягивая последний кусок ткани. Я осталась полностью обнаженной перед ним, и это должно было пугать, но вместо этого я чувствовала себя самой желанной…

Кейден выпрямился, и его взгляд скользнул по моему телу, задерживаясь на каждой кривой, каждом изгибе.

— Моя, — прорычал он, и в этом слове было столько собственничества, что у меня подкосились ноги. — Ты моя, Мина. Всегда была. Всегда будешь.

— Да, — выдохнула я. — Твоя.

Он поднял меня на руки, словно я ничего не весила, и понес к кровати. Положил меня на мягкие простыни и замер, глядя на меня сверху вниз.

— Ты уверена? — спросил он, и в его голосе прозвучала последняя нотка сомнения. — Потому что если мы сделаем это, пути назад не будет. Я заявлю о тебе. Отмечу тебя. Сделаю своей во всех смыслах.

Я протянула к нему руки.

— Я хочу этого. Хочу быть твоей.

Кейден издал низкий рык и начал стягивать с себя одежду. Рубашка полетела на пол, обнажая широкую грудь, покрытую шрамами от старых боев. Джинсы последовали за ней, и я не могла отвести взгляд от его идеального тела.

Он был возбужден, и вид его твердого члена заставил что-то сжаться внизу моего живота. Я никогда не была с мужчиной раньше, и часть меня нервничала, но большая часть просто хотела его, хотела почувствовать его внутри себя, стать единым целым.

Кейден лег рядом со мной, и его руки снова начали исследовать мое тело, на этот раз более смело. Он провел ладонью по моему животу, ниже, к бедрам, и я раздвинула ноги, приглашая его.

Его пальцы коснулись меня там, где я была уже влажной и готовой, и я задохнулась, выгибаясь. Он гладил меня медленно, находя тот маленький узелок нервов, который заставлял меня видеть звезды, и я чувствовала, как удовольствие нарастает, как тело напрягается в предвкушении.

— Кейден, — застонала я. — Мне нужно… пожалуйста…

— Что тебе нужно? — прорычал он, продолжая свои мучительные ласки. — Скажи мне.

— Тебя, — выдохнула я. — Мне нужен ты. Внутри меня. Сейчас.

Кейден зарычал, устраиваясь между моих ног, и я почувствовала, как он прижимается к моему входу. Мой мужчина замер, глядя мне в глаза.

— Это может быть больно, — предупредил он. — Ты девственница.

— Знаю, — я обвила руками его шею. — Не важно. Я хочу этого. Хочу тебя.

Он вошел медленно, растягивая меня, заполняя, и я вскрикнула от острой боли, когда он преодолел барьер. Кейден замер, давая мне время привыкнуть, и его лицо было искажено от усилия сдерживаться.

— Дыши, — прошептал он, целуя мой лоб, щеки, губы. — Просто дыши.

Я сделала глубокий вдох, и боль начала отступать, уступая место новому ощущению — полноты, завершенности. Когда я осторожно пошевелила бедрами, Кейден застонал, зарываясь лицом в мою шею.

— Не делай так, — прорычал он. — Или я не смогу сдерживаться.

— Тогда не сдерживайся, — прошептала я. — Возьми меня. Сделай своей.

Что-то щелкнуло в нем. Кейден начал двигаться, медленно сначала, потом быстрее, глубже, и я чувствовала, как удовольствие нарастает с каждым толчком. Я обвила ногами его талию, притягивая ближе, требуя больше, и он отвечал, вбиваясь в меня с такой силой, что кровать скрипела под нами.

Это было первобытно, дико, абсолютно правильно. Я чувствовала, как наша связь пульсирует, становясь сильнее с каждым движением, с каждым прикосновением. Мы были двумя половинками одного целого, наконец соединившимися так, как задумала сама Луна.

Кейден целовал меня жадно, глотая мои стоны, его руки скользили по моему телу, оставляя огненные следы на коже. Я царапала его спину, чувствуя, как напряжение внутри меня нарастает, готовое взорваться в любой момент.

— Моя, — рычал он между поцелуями. — Только моя.

— Твоя, — выдохнула я, и это слово было клятвой, обещанием, истиной, которую я больше не могла отрицать.

Он ускорился, и я почувствовала, как волна удовольствия накрывает меня с головой. Я кричала его имя, вцепившись в него, и Кейден последовал за мной, изливаясь внутри меня с гортанным рыком, который отдавался эхом в моей душе.

Мы замерли, тяжело дыша, все еще соединенные. Кейден смотрел на меня, и в его глазах было что-то новое — признание, может быть, или принятие. Он провел пальцами по моей щеке, удивительно нежно для того, кто только что брал меня с такой дикой страстью.

— Я чувствую тебя, — прошептал он, прижимаясь лбом к моему. — Здесь, — он положил мою руку на свое сердце. — Ты повсюду внутри меня.

Я не могла говорить, только кивнула, чувствуя то же самое. Наша связь пульсировала между нами, живая и осязаемая, как серебряная нить, связывающая две души.

Кейден осторожно вышел из меня, и я поморщилась от легкой боли. Он тут же нахмурился, обеспокоенно разглядывая мое лицо.

— Я был слишком груб?

— Нет, — я улыбнулась, проводя пальцами по его челюсти. — Ты был идеален.

Потянувшись ко мне для объятий, он лег рядом, притягивая меня ближе к себе. Я устроилась у него на груди, слушая ровный стук его сердца.

— Что теперь? — спросила я тихо.

Кейден напрягся, и я почувствовала, как реальность врывается в наш кокон близости.

— Теперь все изменится, — его голос был серьезным. — Я пометил тебя, Мина. Клан должен будет признать тебя моей парой.

— А Селена?

— К черту Селену, — рыкнул он, крепче прижимая меня к себе. — К черту всех, кто посмеет встать между нами.

Но в глубине души я знала — все только начинается. Битва за наше право быть вместе будет долгой и жестокой.

И теперь, наконец, я была готова сражаться.

4

Утреннее солнце пробивалось сквозь шторы, окрашивая комнату в золотистые тона. Я проснулась от ощущения тепла. Кейден все еще держал меня в объятиях, его дыхание было ровным и спокойным. Впервые за долгое время я чувствовала себя защищенной.

А потом попыталась пошевелиться, и мое тело напомнило мне о вчерашней ночи целым оркестром новых ощущений.

— Ох, — выдохнула я, морщась.

Кейден мгновенно проснулся, его глаза распахнулись, золотые искры тревоги вспыхнули в них.

— Тебе больно? —