После развода. Верну любовь - Лита Летинская

Отпускаю этого идиота, с силой отталкивая. Глупость морозит, не от большого ума. Не перестала еще в нем юношеская глупость кипеть. Я сегодня за нас обоих голосом разума выступаю.

Не позволяю нам на новый виток конфликта выйти, гашу его громкие слова и предложение жизнь его забрать. Совсем свихнулся, дурачелло! Не мною дана она и не мною будет отобрана.

Стоим, взирая на закат, окрашивающий макушки гор словно шапки.

— Я решил уже. В спецотряд уйду, не возьмут, просто служить пойду.

Мешать не буду новой семье и своими бесплодными попытками добиться справедливости. Иногда мне кажется, что нет ее или она не для меня рассчитана.

— Значит так ты решил завершить свою дорожку, — вздыхает он.

— Завершится или дальше будет петлять одному Всевышнему ведомо.

— Выждать месяц, полгода, год. Потом развестись, Касаться ее я все равно не намерен.

— Она хорошая девочка, ну за что ты хочешь ее опозорить?

— Не родит, с нас спроса будет меньше!

— Аррр! Выгнать как опороченную, никчемную женщину?

— Брат, я как со стеной разговариваю! Как до тебя достучаться?

Сдуваюсь мгновенно, как придавленный многотонной глыбой.

— Я не смог достучаться до справедливости. У старших она своя, и с моею не равняется.

Я словно тот орел, что бился о скалы, пытаясь выцарапать свое счастье, и лишь разбился сам.

Возвращаемся, оба придавленные. Алан в воротах встает как вкопанный. На толпу танцующих глаза поднимаю, обвожу всех скопившихся.

Красиво танцует Лена, как лебедушка. Знаю Мадина тоже умеет не хуже. Такая тоска за душу тянет, танцевать и веселиться на этой свадьбе не хочется.

Тормозим братишку в воротах, Хамзат за Леной хотел увязаться. С Аланом взглядами понимающими встречаемся. Больно это, видеть как твое сердце вместе с девушкой улетает.

Много позже, бесцельно бреду за домом, хочется отдохнуть от шума, суеты. В закутке у виноградной стены брат Хамзат ныкается. Ясно-понятно почему. Успеваю заметить оранжевый огонек, поспешно спрятанный за спину.

Увидев меня расслабляется, лыбится, как придурок, только замечаю, глаза его блестят и сеткой красных капилляров “светят”. Красноглазый вампир из саги.

— Расслабиться хочешь?

Коротко мотнув головой разворачиваюсь, собравшись уйти, не хочу с ним иметь ничего общего. Но колкая фраза брата останавливает.

— Вы с братишкой сегодня как заведенные торпеды летаете. Жених вон за соседкой таскается.

Ехидные замечания выбешивают моментально.

— Нос длинный стал, укоротить? Никто ни за кем не таскается!

— Ну-ну, — скептически хмыкает, с придурковатой усмешкой.

— Эту ересь из башки своей выкинь, иначе я выбью! И не смей язык свой распускать, за сплетни такого плана без языка останешься, понял меня?! — шаг в его сторону делаю, кулак сжатый показывая.

— Тебе расслабиться надо, — ржет придурковато, как последняя сволочь.

Руками машет, идиот, пытается от меня отмахнуться.

— Да ну тебя, иди с миром! — сматывается быстро, на турбо скорости.

Догнать? Отмочалить?

Брат же, нужно немного снисхождения, родственников не выбирают.

Останавливается на углу дома.

— Каково это свою зазнобу в дом брата вести? — раздражающий смешок. От своей же тупости пополам складывается.

Ну всеее!

— Придурок болтливый! Сам напросился! — рыча ловлю его за шкирку.

Но помять же немножко можно для профилактики вменяемости? Так сказать, в воспитательных целях. Этот переросток другого языка не понимает, кроме языка помятых боков.

Успеваем друг друга отметелить. Мне вскользь по челюсти попадает.

Я стараюсь все больше по торсу, завтра лежать ему будет мучительно и надеюсь совесть проснется.

В пылу борьбы локтем заезжает мне по затылку, звезду из глаз сыпятся, дезориентирует в пространстве.

Дальше помню лишь следующее утро, как проснулся в развороченной кровати, будто всю ночь кошмары видел, взмокший и с полным отсутствием воспоминаний вчерашнего вечера.

Глава 7. Мадина

* Четыре года и девять месяцев назад*

Захожу на кухню словно тень. Так себя и чувствую. Мать мужа и сестра не замечают меня. Встать с утра надо, помочь на кухне чем то. Проявить себя хозяюшкой.

Подхожу к скопившейся посуде, помыть надо, нехорошо гору скапливать. Краем уха разговор улавливаю. Знакомое имя за душу цепляет, заставляя прислушаться.

— Русланчик уезжает. Вот и машина уже ждет. Мужчины прощаются. Сходила проведать его, пока не отправили. Ох и выбрал он себе дорожку, путь воина. Надо же было в армию пойти. Неужто нельзя было мирное дело себе подыскать?

— Ой, мама, он настоящий мужчина, сильный и крепкий, — вздыхает Медни, — такого не грех и в армию отправить, он там еще сильнее станет….

Он уезжает! — стучит в голове оглушающим пульсом. Бросаю посуду, выскакиваю на улицу. Ноги несут меня за ворота. Ничего не различая по дороге, ноги частят, срываясь на бег.

Куда он собрался в армию, на войну? С ума сошел, там убивают! Он смерти ищет, зачем уезжает? Голова идет кругом, мысли вертятся. Задыхаюсь от частого дыхания, замедляюсь отдышаться и снова ускоряюсь. В спину подгоняет страх — он сейчас уедет!

Добегаю до начала улицы, где дом Руслана стоит. Хватаюсь за ствол дерева. Дыхалка умерла, не могу дышать, часто глотаю воздух, но задыхаюсь, кислорода не тренированным легким не хватает, они горят. Ну почему я не любила физкультуру в школе, всегда отлынивала, — укоряю себя.

Машина перед их домом стоит. Мужчины гурьбой высыпают около ворот. Руслана по плечам хлопают, что то говорят. Он держит спортивную сумку в руках, кивает напутствиям.

Садится в машину. Так быстро! Его отец место водителя занимает. Боже мой, почему так быстро?! Я же не успела ему ничего сказать. Не успела сказать, что люблю его!

При стольких мужчинах я теперь не посмею. Сгорю от стыда за свои чувства, не посмев слова вымолвить.

Машина с места трогается, а я срываюсь за ней. Мужчины взглядами ее провожают и мой неотрывно следит за силуэтом на пассажирском сидении сквозь заднее стекло.

Ноги не слушаются, они слишком устали, из последних сил ими двигаю, спотыкаюсь на первой же кочке, запыхавшись, падаю на пыльную землю.

Меня кто то за локоть дергает, подняться заставляет — мои силы разом кончаются.

Смотрю как мужчины проводив машину взглядами обратно за ворота заходят.

А он уезжает, меня даже не увидев!

— Куда ты собралась дура! — мамин голос ругается, — Из дома мужа решила сбежать? Идиотка, позор ляжет на всю нашу семью, подумай об отце о братьях!

— Мама-а-а, ведь я люблю его, не могу я жить без него, душа моя сохнет, иссыхает, сдохну я в замужестве, вы все счастливы будете?

— Уйми свой язык, как можешь болтать такое!

— Зачем вы меня выдали за Алана, не за него я хотела, не лежит у