Развод. Твой успех принадлежит мне - Милана Усманова

на находившихся там людей. Один, невысокий, коренастый, с бритой головой, держал лапы. Второй бил по ним сериями: джеб, джеб, хук, лоукик. Быстро, без лишних движений.

Ворон. И я даже поняла, почему он получил такую кличку. Сломанный нос, чёрные, не мигающие, глаза, ёжик тёмных волос без единого седого. На фотографиях он выглядел моложе. Вживую оказался жёстче и суше. Скулы обтянуты кожей, под глазами тени. Лицо человека, который давно не ел досыта и не спал нормально.

Я подошла к рингу и остановилась, принявшись ждать.

Азимов заметил меня через пару минут. Сказал что-то напарнику, тот кивнул и Ворон подошёл к канатам, оперся на них, посмотрел на меня сверху вниз.

— Вы ко мне?

— Если вы Ильяс Азимов, то да.

— Журналистка?

— Нет.

— Тогда кто?

— Ваш менеджер.

Мужчина хмыкнул. Взял полотенце с углового столба, вытер лицо.

— У меня нет менеджера.

— Думаю, скоро будет.

Он молчал, разглядывая меня цепко, оценивающе. Очень тяжёлый взор, но я выдержала, не отвела своих глаз.

— Как вас зовут?

— Анжелика Горбова.

Его глаза тут же хищно сузились.

— Горбова? Жена Царя? — насмешливо выплюнул он.

— Бывшая жена.

— И что же быашая-жена Царя забыла в этой дыре?

— Ладно, давай без игр, — потерев висок, который противно запульсировал, устало сказала я, переходя на “ты”. — У меня есть для тебя деловое предложение.

Ильяс криво усмехнулся, но эта улыбка никак не отразилась в его чёрных бездонных омутах, где царил непроницаемый холод.

— Любопытно… И какое же?

— Это долгий разговор. Можем поговорить не здесь?

Азимов смотрел на меня ещё несколько секунд. Затем, перекинув полотенце через плечо, бросил:

— Подожди пять минут на улице.

Я вышла, прошла на детскую, сейчас пустующую площадку, села на скамью и принялась ждать. Закурить бы, но я бросила три года назад. Вместо этого посмотрела перед собой: погнутые качели, припаркованные машины, бабка с авоськой ковыляет к подъезду. Обычная московская окраина, ничего особенного.

Ворон появился ровно через пять минут, уже переодетый в джинсы и чёрную толстовку. Сел рядом:

— Слушаю.

Я собралась с мыслями, решила не ходить вокруг да около.

— Два года назад ты дрался с Горбовым. Во втором раунде ты его почти добил. Если бы не случайная травма, ты бы стал чемпионом.

Новый знакомый терпеливо ждал продолжения.

— Потом тебя выкинули из «Легиона». Ты отказался ложиться, и Костин тебя уничтожил. Два года без боёв. Ни денег, ни контрактов.

— Навела справки? Ладно, и к чему ты ведёшь? — не выдержал Ильяс.

— Я хочу всё это изменить. Помочь тебе с карьерой.

Мужчина откинулся назад, скрестил руки на груди.

— Зачем тебе это?

Я могла банально соврать. Придумать красивую историю про веру в талант, про несправедливость системы… Но, посмотрев ему в глаза, поняла — этот человек чует ложь за километр.

— Потому что Горбов меня предал. Унизил. Переспал с моей подругой.

— И ты хочешь отомстить, — понимающе кивнул Ильяс.

— Да.

— Через меня.

— Да.

Он смотрел на меня долго. Лицо непроницаемое, глаза тёмные, как колодцы.

— Однако, это было честно, — выдал наконец и вдруг слегка улыбнулся. Помолчал мгновение и спросил: — Что конкретно предлагаешь?

Я подалась вперёд, знакомый азарт кольнул кончики пальцев, лёгкий ток пробежал по позвоночнику:

— Став твоим менеджером я найду тебе спонсоров, организую выгодные бои, вытащу тебя из этого подвала. Ты подписал контракт с сингапурцами, но это мелочь. Я могу вывести тебя совершенно на иной уровень. Через полгода ты будешь в топ-двадцать мирового рейтинга, а может, и топ-десять. И тогда Костину придётся либо подписать тебя обратно, либо объяснять, почему лучший претендент дерётся где угодно, только не у него.

— А Горбов?

— Реванш. Настоящий бой, не договорняк. Ты и он в клетке, где ты надерёшь ему задницу.

— Иначе всё будет зря? — оскалился мужчина.

— Нет, не зря, — покачала головой я. — Потому что до этого боя все увидят, что без меня Артём — пустышка.

— Почему я должен тебе верить? — вдруг спросил мужчина. — Ты пятнадцать лет строила его карьеру. Может, это какая-то игра?

— Гляньте сюда, — вместо ответа я скинула пальто, закатала рукав блузки. На предплечье багровели следы от пальцев Артёма. — Это он сделал час назад, когда я сказала, что подаю на развод.

Ворон осмотрел синяки, нахмурился, потемнел лицом.

— Когда сильный мужик бьёт слабую женщину, он не мужик. Сука он, раз пытался самоутвердиться за твой счёт таким образом… — помолчал. — У меня нет денег заплатить тебе. Я живу на то, что платит этот зал за тренировки с молодыми.

— Мне не нужны деньги, у меня их достаточно. На старте я вложусь сама. А как заработаешь свой первый приличный гонорар, тогда и переговорим.

— Ты так уверена в своих силах?

— Я много лет занималась этим. Знаю всех в индустрии, кто платит, кто кидает, кто с кем дружит, спит, кто кого ненавидит.

— Окей, поставлю вопрос иначе: ты уверена, что у меня хватит сил и мастерства победить?

— То, что я видела… Да, — кивнула я, — у тебя талант. Такой же когда-то я увидела в Артёме и сделала его чемпионом. Смогу проделать всё то же самое снова, но в этот раз уже с тобой.

Собеседник снова усмехнулся.

— Скромная какая.

— Нет во мне скромности, — отзеркалила я. — Я констатирую факт.

— Муж знает, что ты здесь?

— Нет.

— Когда узнает, будет скандал.

— Надеюсь на это.

— Мне нужно подумать, — протянул он после секундной заминки.

— Сколько?

— Одного дня мне хватит.

Я встала, достала из сумки визитку и протянула Ильясу.

— Мой номер. Позвони, когда решишь.

Попрощавшись, развернулась и пошла к машине. И тут мне в спину донеслось:

— Эй.

Обернулась.

— Что он тебе сказал, когда унижал?

Я помолчала, боль и обида от тех брошенных Артёмом слов всё не отпускали:

— Сказал, что я никто. И звать меня никак. Всё, что у меня есть, всё это благодаря ему, Его Величеству Горбову…

Ворон презрительно фыркнул, встал со скамейки:

— Хреново, когда тебе такое говорят. Я знаю. На связи, Анжелика. Я позвоню.

Глава 6

Адвокатская контора Вадима Лёвкина располагалась на Чистых прудах, в старом доходном доме с лепниной на фасаде и скрипучей деревянной лестницей. Я знала Вадима лет десять, ещё со времён, когда он вёл дела мелких спортсменов и брал копейки за свои услуги. Теперь он занимался разводами состоятельных людей и брал совсем не копейки, но для меня, я надеялась, сделает исключение и найдёт время в своём плотном графике.

Секретарша провела меня в кабинет. Вадим поднялся из-за стола, раскинул руки:

— Анжелика! Сколько лет! Ты совсем не изменилась.

— Врёшь, но