Её Чудовищные Звери - Э. П. Бали

стула. — Принял бы я новую Регину, если бы у меня был шанс? Мои кулаки сжимаются на коленях. — Я был честен и сказал, что не думал об этом. Затем он спросил, если бы это была *ты*, изменило бы это что-нибудь? — Он смотрит на меня, прямо в глаза. — И я сказал, что это был бы хороший способ провести остаток моей проклятой богиней жизни.

Мне хочется ударить серьезность с его лица. Когда Коса открыл мне, внизу, на парковке Института Лили, что он думал уйти и заменить себя на Клюва, я была так зла, что разбила стекло. — Как я уже говорила, мои парные не мертвы. Парные — это не *музыкальные стулья*, которые можно менять местами и вставлять туда-сюда!

— Нет, но твои парные не здесь, — говорит Клюв, в его голосе появляется сталь. — Их нет здесь, чтобы защищать свою Регину. Служить ей. — В его глазах появляется блеск, которого я раньше не видела. Яростная преданность, которая сияла для Регины, которая у него когда-то была, и великая боль, которая почти лишает меня дыхания. — Но я здесь. Без Регины. Я хочу помочь тебе. Позволь мне.

— Они вернутся, — тихо говорю я.

Клюв глубоко вздыхает, поднимая руки в знак капитуляции. — И когда они вернутся, я отойду на второй план, как и всегда. Но я работал на Косу, Лия. Я знаю, как все устроено. Так же, как и Йети.

Я снова сжимаю переносицу, обдумывая яростные мысли. Если я собираюсь пройти через это, если я противостою самым мерзким зверям этого мира, мне понадобится все возможная помощь. Клюв — хороший орел. Я опускаю руку. — Тогда нам нужно поговорить о границах, — твердо говорю я. — Ты следуешь моим приказам. Ты не пытаешься... Ты не пытаешься ничего.

— Я бы не посмел, — тихо говорит он.

— Хорошо. — Я киваю. — Тогда нам есть над чем поработать.

Когда я выхожу из комнаты отдыха, Минни, Стэйси и Сабрина жмутся друг к другу. Когда они видят нас, они бросаются ко мне. — Ты понимаешь, что это значит? — спрашивает Минни, чуть не подпрыгивая в своих розовых шортах.

— Что?

— Ты теперь босс мафии, Лия! Я смотрю в пустоту над головой Минни. — Я думаю, что «Стерва Костеплет» — хороший титул, — кричит она. — Или, может быть, «Дон Костеплет».

— «Крутая девчонка Костеплет», — мечтательно вздыхает Стэйси. — Варианты слоганов бесконечны.

Я знаю, что мои друзья пытаются приуменьшить *очень* плохую ситуацию. Но то, как Мардук смотрит на меня сейчас, заставляет меня насторожиться. — Что такое? — спрашиваю я его.

— Я хочу предположить, — медленно говорит он, склоняя голову набок так, что Минни находит это милым. — Что мой добрый друг-акула считал это решение хорошим. Считал, что ты будешь способна. Что он верит в свою Регину. — У него нет причин говорить вещи, от которых у меня горят глаза и дрожат руки. — Я никогда не знал более решительного зверя, леди Костеплет, — безжалостно продолжает Мардук. — Или более расчетливого.

— Это должно заставить ее чувствовать себя лучше? — задумчиво спрашивает Йети.

Голос Мардука недоверчив. — Да.

Глава 4

Упырь

— Передай чипсы, Эдди. — Я сажусь в кресло в комнате наблюдения, жестом указывая доброму генералу Блэк Аддеру. Он молча передает мне пакет картофельных чипсов — куриного вкуса, конечно. Я беру пакет и зубами стягиваю одну из своих перчаток, бросая тонкую черную кожу себе на колени, прежде чем погрузить руку в пакет. — На какой мы части?

Десять экранов установлены перед нами в комнате наблюдения в подвале нового особняка Нага. Обычно на экранах видны различные внешние скрытые камеры видеонаблюдения и аудиоканалы, но тот, что в центре, сейчас показывает постоянный повтор того, что теперь ласково называют «Битвой в поместье Дракос».

— Девушка Костеплет извергает синее пламя. — Аддер указывает на мою Регину, выдыхающую струю электрически-синего пламени из своей огромной морды.

— Мы поняли, почему оно такого цвета? — спрашиваю я, наклоняясь вперед, как будто меня это смущает.

Аддер вздыхает. — Нет, но мои термальные чувства подтверждают, что оно горячее обычного драконьего огня. Я чувствую, как моя собственная сила собирается за моими глазами в ответ на это. Голова Аддера поворачивается ко мне, когда его тепловой орган улавливает аномалию. — Не делай этого дерьма здесь, Упырь.

Я откидываюсь на спинку стула с самодовольной улыбкой. — Не волнуйся, ты не в моем списке целей. Или ты в нем? — Я хихикаю.

Радио на столе оживает, пронзительный командный голос Шарлотты Нага раздается из динамика: — Приготовиться к входу. Прибытие через две минуты. Все команды наготове.

Аддер вздыхает. — Наконец-то пришло время.

Мы оба встаем, и я бросаю пустой пакет на стол, стряхиваю крошки со штанов и снова надеваю перчатки. Мы поднимаемся по длинной лестнице в свет первого этажа, обходим дом и выходим к скрытому коридору, встроенному в прачечную. Снаружи змеи суетятся с последними приготовлениями, и именно у главного входа наши с Аддером пути расходятся. Он и другие генералы выходят со своими отобранными командами, чтобы спрятаться на своих местах вокруг дома и территории.

У меня никогда не было настоящей команды. Просто несколько преданных фанатов, которые крутятся вокруг меня, вдыхая пары смерти, которые я оставляю после себя.

Шарлотта Нага ждет с одной из них, Наталией, молодым капитаном с темными волосами. Она обменяла свою офицерскую форму на платье горничной сегодня. В руках она держит поднос, кивая на повторяющиеся инструкции Шарлотты. Принцесса Нага видит меня и напрягается, ее идеально накрашенное лицо разглаживается в маску, почти такую же холодную, как моя собственная костяная маска. — Генерал, все занимают свои места.

Кобры от природы властны. Они не могут с этим ничего поделать, и я почти вижу, как капюшон Шарлотты щелкает в форме ее белокурых кудрей Мэрилин. Я никогда не видел ее в обращенной форме, но уверен, что она такая же холодная и хитрая, как и в человеческой.

— Хочешь покурить на нервной почве? — легко спрашиваю я, засовывая руку в карман и доставая черный портсигар с самокрутками.

Она морщит нос, но он аккуратный и нежный. Многим самцам нравится ее лицо, но за долгие годы, что я ее знаю, это лицо всегда вызывало у меня только отвращение, по многим причинам. — Убери это, пока они не увидели.

— Я буду хорошим мальчиком, — воркую я на нее. — Не беспокойся об этом. — Я поворачиваюсь к Наталии, и капитан бессознательно выпрямляется. На одной из рук, держащих поднос, должна быть вытатуирована изогнутая черная буква «B», но она каждый раз, когда не в форме, закрывает ее макияжем. Даже не дрогнула, когда я