Смена формы - Кэсси Александер

Как только я перестала цепляться за абстракции, вариантов стало тысяча. И она могла быть кем угодно. Человеком, которого они пленили, древним вампиром или каким-нибудь неизвестным оборотнем. Криптидом. Я знала, что в мире есть странные вещи, такие, о существовании которых год назад я и не подозревала. Санта Муэрте была просто последней каплей, переломившей хребет верблюду-оборотню.

Я захлопнула крышку ноутбука и свернулась клубочком на диване. Когда Минни подошла прижаться ко мне, я её не оттолкнула. Должно быть, я уснула прямо так, потому что следующее, что я осознала, так это телефон, вибрирующий в руке.

— Алло? — пробормотала я. Специально не посмотрела на экран: так можно было притвориться, что звонит кто-то, кто способен помочь, кто наконец перезвонил.

Вместо этого я услышала раздражённый голос администратора из клиники сна, чью ночную смену я бросила на произвол судьбы.

— Полагаю, сегодня вы не выйдете на смену?

— Нет, — ответила я и сбросила звонок.

* * *

После этого уснуть уже не получалось. Я никак не могла уложить в голове, что у мамы рак. Пара месяцев. Меньше года. К этому времени в следующем году я буду… без мамы.

Это было слишком ужасно, чтобы осознать. Я пыталась чем-нибудь отвлечься: ведь жалеть себя или её всё равно ничем не поможет. Листала книги, не читая, наугад переворачивая страницы. Пыталась смотреть комедию, но эта нарочитая весёлость казалась оскорблением моей нынешней жизни.

Бродила по квартире и жалела, что не с кем поговорить. Я не хотела быть одиночкой, просто так уж вышло. Мой парень-зомби уехал из города несколько месяцев назад, а с тем оборотнем, с которым у меня была короткая интрижка, а точнее на одну ночь, после моего изгнания я не могла видеться. То же самое касалось и Ашера. Меня так и подмывало снова ему позвонить, но оставлять ему кучу сообщений на автоответчике было бы слишком жалко.

Я просто не умела поддерживать связь с людьми. И не могла не замечать, что и никто, похоже, не старался поддерживать связь со мной. Я никогда не знала, как найти общий язык с реальным миром или даже с самой собой. Я просто бегала от кризиса к кризису, пытаясь хоть как-то выровнять ситуацию. Исправить развод родителей, вытащить брата-наркомана, спасти пациентов на работе… Со всей этой бесконечной попыткой всех успокоить и всё загладить я, наверное, в прошлой жизни была той ещё эгоисткой. Мне удавалось хоть как-то удерживать ощущение себя, помогая другим, и взамен это давало иллюзию контроля над происходящим.

Но потеря мамы вышибет меня из колеи. Я это чувствовала. Всё начнёт ускользать, кружиться, рассыпаться.

Я вернулась в комнату и высыпала «Амбиен» из пузырька. Проглотила две таблетки, запила полным стаканом воды и, сюрприз, оказалось, что уже восемь утра.

Проснулась я как будто нормальной. Сначала лишь смутно помнила, что чем-то была расстроена, а потом воспоминания ударили под дых, словно физический удар. Я снова потянулась к «Амбиену», высыпала таблетки и принялась их пересчитывать.

Можно было просто остаться в постели. Говорят, у Элвиса была такая «диета»: он принимал снотворное, чтобы не вставать и не есть. Интересно, сколько это могло бы продержаться у меня. То, что я сбросила пятнадцать фунтов, ещё не делало меня худой. Если запивать таблетки водой, я, наверное, могла бы протянуть на запасах жира ещё с неделю. Я буду как Спящая красавица, пока меня не выселят за неуплату.

Если я правильно помнила, вчера я вроде как уволилась. Ещё не поздно позвонить и сослаться на то, что только что узнала про мамин рак. Там ко мне хорошо относились, пусть работа и была унылой.

Я попыталась представить, как приду сегодня на смену. Как буду сидеть в тесной видеокабинке, слушать чужой храп и думать о маме, совершенно одна.

Это точно не пошло бы мне на пользу. Даже хуже, чем пару суток подряд глушить двойную дозу снотворного.

Я заставила себя сесть и потянулась за ноутбуком.

На «Крейгслисте» висело множество вакансий для медсестёр, но в основном требовался опыт работы, которого у меня не было. Но я всё равно разослала резюме наугад, просто чтобы чем-нибудь себя занять. Потом принялась убираться. Квартира была просторнее прежней, но и запущеннее, так что аренда осталась примерно на том же уровне. Из-за паркетных полов шерсть Минни сбивалась в пушистые комки по углам гостиной. Внезапно собрать их все показалось делом особой важности, и я взялась за него с почти маниакальной старательностью.

Лишь бы чем-нибудь занять руки. Лишь бы не думать.

Я как раз гонялась за последним таким комком, когда зазвонил телефон. Подняла трубку, лицо было в пыли.

— Алло?

Звонили из одного тех мест, куда я отправляла резюме. У женщины на том конце провода был лёгкий акцент, и она хотела задать несколько предварительных вопросов.

— Конечно. — Я открыла ноутбук, чтобы при необходимости подглядывать в заметки. — А где вы находитесь? — спросила я, чтобы выиграть пару секунд.

Она назвала адрес, и я тут же забила его в браузер.

— Да, два года опыта работы в больнице. Нет, я не говорю по-испански. — О некоторых вещах не стоит врать, если ложь легко проверить. На экране развернулся режим карты, а следом панораму клиники «Дивисадеро». Перед тремя вычурными крестами на стене красовалась огромная фреска Санта Муэрте, а рядом зловеще темнела цифра 17. Женщина на том конце начала вежливо извиняться, явно собираясь закончить разговор.

— Нет, подождите, пожалуйста! Мне очень интересно у вас работать. Общественное здравоохранение всегда было моей страстью. — Что совершенно не подтверждалось ни моим резюме, ни опытом, но ладно. Я свернула карту и прикинула, насколько дальше на юг находится «Дивисадеро» и насколько меньше там будут платить. Вряд ли туда выстроится очередь из квалифицированных медсестёр. Я снова увеличила масштаб. Фреска была огромной, и вытянутая костяная рука Санта Муэрте словно манила меня к себе. — Я могу приехать на собеседование хоть сегодня. — Я скрестила пальцы на обеих руках. Пожалуйста, хоть в этот раз пусть всё получится.

Собеседница шумно вздохнула и назначила время — через два часа.

— Спасибо… На общественном транспорте? У меня есть машина… Если скажете. Ладно. До встречи.

Я положила трубку и замерла, пытаясь собраться с мыслями. Хоть я и проспала нормальные ночные часы, днём я не привыкла бодрствовала. Я была покрыта пылью и кошачьей шерстью, и только что согласилась приехать на собеседование через два часа. Но это