Магия уюта - Дина Зарубина

и высокой крышей. Середина здания было повыше, на треугольном фронтоне красовались явно старинные часы с коваными стрелками, по бокам к фронтону лепились две узкие высокие башенки.

От привокзальной площади разбегались лучиками улицы, застроенные милыми особнячками.

Дон Габриэль безропотно тащил оба саквояжа, свой и мой, я скромно шла следом, крутя головой.

Небо было жемчужно-серым, но где-то за этой перламутровой пеленой светило солнце. Жарко светило, надо сказать: я расстегнула жакет через десяток шагов и платочком коснулась мокрых висков.

– Здесь такой климат, донья, – повернулся дон Габриэль. – Никогда не бывает голубого неба и яркого солнца. Берсеба находится в долине между двух хребтов, влажный муссон с Сингайского залива сталкивается с горами и превращается в легкие слоистые облака. Тут всегда пасмурно, но зато тепло.

Еще ужасно пахло пряностями, а именно – острым перцем. Он витал в воздухе, я несколько раз чихнула. Неужели несколько уличных жаровен создают такой флер? У меня в носу все время щекотало от непривычных ароматов.

– Тут используют много перца, чтоб компенсировать влажность воздуха, иначе будут болеть кости, – черный маг указал на открытый экипаж, запряженный парой лошадей.

С облучка спрыгнул чернявый ловкий парень, взял оба саквояжа и выдвинул складную лесенку.

– Вы хотите разместиться и отдохнуть или сразу поедем смотреть фронт работ?

– Я отлично отдохнула в дороге, давайте посмотрим, чем вы меня вынуждаете заниматься, – буркнула, обмахиваясь платком. Жакет вовсе придется снять, а то сжарюсь. Плевать на приличия! У меня уже блузка к спине прилипла.

Архитектура Берсебы оказалась своеобразной. Не фасады, а сплошные террасы, балконы, крытые галереи и открытые многоярусные башни. Чтоб хоть как-то создать сквозняк, чтоб продувать помещения.

Мы проехали несколько улочек и оказались на широком проспекте, посредине которого вели хоровод цветущие крупными белыми цветами деревья. Никогда таких не видела. Высокая зеленая изгородь защищала нянечек с колясками, прогуливающихся по розоватой плитке этого бульвара. Мелькнула краешком площадь с фонтанами и коваными фонарями, башня ратуши, купол храма. Все, как у людей. Только посреди должны быть рыночная, торговая площадь, а тут совершено тихо и пусто.

– О, нет, муниципалитет запретил торговать перед ратушей. – Тут же ответил дон Габриэль на мой вопрос. – Рынок, это всегда шум, грянь, вонь. Тут живут аристократы, им это не по душе. Поэтому рынки смещены к окраинам, их четыре: Обжорный, Сельский, Ремесленный и Механический. И торговцам удобнее, въехал в ворота, вот тебе торговые ряды, не надо кружить по городу. Главное, выбрать нужные ворота.

– Ясно, – отозвалась я.

Обжорный – понятно, всяческая снедь, сельский, наверное, семена, саженцы, животные, живая птица; с ремесленным тоже понятно, горшки, кадушки, утварь, ткани… а что продают на Механическом? Не слышала, чтоб Берсеба была известна, как центр сложных технологий. В столице имелась Механическая слобода, там работали кузнецы, ювелиры, часовщики, механики-артефакторы, и купить там можно было все, от шестеренок до накопителей, от змеевиков до телескопов. Дженни часто туда ходила по поручениям профессора, несколько раз я увязывалась за ней. Но целый рынок? Любопытно будет посмотреть.

Мы проехали чистенькие аккуратные домики с палисадниками, миновали реку по мосту. Дома стали попроще и повыше, а балконы поуже и покороче. Такие дома в столице стояли на Илангали, улице приезжих. Сплошные доходные дома. Хочешь апартаменты на весь этаж? Имеются и такие. Хватает денег только на крошечную каморку под крышей? И это найдется!

Затем исчезли эркеры и лепнина, колонны и статуи, террасы и балконы, окна просто доходили до пола и оканчивались невысокими решетками. Между домами сушилось разноцветное тряпье. Сновали люди с тюками и корзинами, дети рылись в канавах, одетые в дырявые лохмотья. Не трущобы, но близко к ним. Переулки, узкие и темные, разрезали кварталы, будто кто-то сверху разрезал город на треугольные куски, как огромный торт.

Затем начался район мастерских, фабрик и мануфактур. Приземистые здания, каменные заборы, широкие ворота, снующие повозки и телеги. Грохот машин, лязг железа, шипение прессов.

– Вижу, вам привычна такая музыка! – снова обернулся он Габриэль.

– Я из столицы, а не из захолустного села, – сухо ответила. Да Берсеба по сравнению со столицей сама – село.

Экипаж въехал в очередные ворота и остановился у приземистого ангара из красного кирпича. Интересно, зачем кирпич, если в этом климате хватило бы дощатого сарая? Наверное, огнеупорный, решила я, разглядывая ровную кладку с чуть поблескивающими защитными плетениями.

– Идемте!

Мы вошли в прохладное гулкое помещение. Высоченное и просторное, хорошо освещенное. На стенах висели инструменты, полки заставлены коробками и ящиками, у стены верстаки с тисками.

А в центре этой мастерской висело на тросах что-то похожее на заостренный цилиндр. Под цилиндром болталась металлическая корзина с пропеллером.

– Это что?

– Это наш «Покоритель небес»! – с гордостью сказал Габриэль. – Воздухолет.

Я скептически подняла брови. Мальчишки обожали обсуждать такое на парах, утверждая, что за техномагией будущее. Магов слишком мало, их услуги дороги. Для сильных магов доступна левитация, стационарные порталы имеются во многих городах. Обычные люди пользовались гужевым транспортом, речным и морским. Камни переноса ужасно дорогие, но никто их не отменял, если уж приспичило срочно и далеко ехать. Заставить же человека залезть в корзину и болтаться там на огромной высоте… по мне, так за это приплачивать надо.

Из корзины высунулись две лохматые головы, перемазанные смазкой. Из-за корзины вышли еще трое рабочих в кожаных фартуках. Они смотрели на меня так, будто я забыла утром надеть юбку. Такое бывало, когда я пару раз заучилась до четырех утра, но под ученической мантией никто ничего не заметил! Но сейчас-то с моим костюмом все в порядке.

– Мастер, это кто? – раздался осторожный вопрос.

– Вы просили бытового мага. Я достал вам самого лучшего! – Радостно улыбнулся Габриэль.

– Дон, – с досадой сплюнул один мастеровой. – Девка ведь!

– Не годится она, – согласно прогудел второй.

Ближе подошел самый старший из работяг.

– Нам нужен квалифицированный бытовой маг, – повторил он. – Опытный! Само собой, парень! А не магичка! Нам искусство выщипывания бровей ни к чему! Тут цех!

– Я дипломированный бытовой маг-универсал, – с обидой сказала я. – А характер работы ваш дон Малакаль мне не объяснил! Я и сама в вашем грязном цеху не останусь! Всю жизнь мечтала в мазуте ходить! Контракт я не подписывала, так что желаю вам всех благ!

– Сеймур! Ты не прав! – воскликнул дон Габриэль, хватая меня за локоть.