Температура любви 29 градусов - Чихён Ли

ночью Ючжу захотелось что-то изменить. Она мечтала, чтобы он хоть на мгновение увидел ее, а не свою девушку. Однако если оказывать знаки внимания клиенту, у которого есть любимый человек, то и работы лишиться можно.

Зеленая ведьма бесчисленное количество раз видела такие сцены, когда ходила за покупками, и всегда сильно возмущалась. Хотя сама в магазинах вешалась на молодых красивых парней. Она, конечно, говорила, что просто любовалась прекрасными божьими созданиями, но звучало это как оправдание.

Ючжу и сама не раз попадала в такие ситуации на работе. И всегда контролировала свою мимику и жесты, чтобы не обидеть клиентов. Старалась в меру улыбаться глазами, если дело доходило до физического контакта, мягко отстранялась. Некоторые клиенты откровенно хвастались своими профессиональными способностями. Когда они протягивали Ючжу свои визитки, она принимала эти священные карточки двумя руками, слово величайшую милость, а как только клиенты уходили, выбрасывала в урну. Конечно, среди них были те, на кого Ючжу могла положить глаз, но в мусорном ведре она никогда не рылась. Если клиент приглянулся ей, то он наверняка уже успел понравиться и другим женщинам. У таких мужчин большой выбор, и она была уверена, что по меньшей мере одна достойная девушка у них была. Работая в сфере обслуживания, она много чего узнала и могла себя защитить.

И вот теперь Ючжу, которая всегда следовала своим правилам, решила нарушить границы и сблизиться с клиентом, более того, с уже занятым мужчиной.

Отношения с Тхэо и Чиуном протекали в рамках дозволенного, ведь они первыми влюблялись в ее ноги и с ее стороны было уместно ответить на их ухаживания.

«Мне нельзя пересекать черту».

Ючжу не хотела разрушать ту мирную жизнь, которую обрела в магазине Зеленой ведьмы. Несмотря на все свое великодушие по отношению к Ючжу, владелица не простила бы ей роман на рабочем месте. Ючжу понимала, что, если ее выгонят, ей придется снова устроиться на ужасную должность в торговом центре. А деньги со сберегательного счета, накопленные с таким трудом, она хотела использовать, чтобы снова заняться живописью. Поэтому ее нынешней жизненный уклад был очень ценен для нее. В голове бушевал водоворот мыслей.

Но он утих, ведь вскоре должен был прийти тот мужчина.

Через стеклянный фасад магазина было хорошо видно, что происходит внутри. Поначалу Ючжу утомляла необходимость быть на виду. Она чувствовала, как за ней наблюдают. У нее даже проявлялись ранние симптомы скоптофобии[3]. Однако ее состояние улучшилось, когда она стала представлять, будто люди смотрят на нее не как на человека, а как на обувь. Ючжу могла работать, хотя дискомфорт никуда не исчез. К дивану, который как раз стоял у всех на виду, она старалась лишний раз не подходить.

Но теперь, когда в магазин должен был прийти он, Ючжу села на этот диван. Она аккуратно, под нужным углом, чтобы лучше было видно снаружи, выставила босые ноги, которые вчера старательно массировала и купала.

«Превосходно!»

Ноги Ючжу вновь решительно принялись за дело, о котором она уже и позабыла. Это был словно навык, как, например, езда на велосипеде или плавание: стоит один раз научиться, и тело его никогда не забудет. Казалось, что ноги Ючжу были созданы не ходить, а соблазнять.

Щиколотки были повернуты под самым изящным углом, а из кончиков пальцев, казалось, струилась необыкновенная красота.

«Словно две луны».

«Самые красивые ноги из всех, что я видел».

Ючжу будто слышала голоса Тхэо и Чиуна.

Она чувствовала себя жалкой из-за того, что так и не смогла оправиться после двух неудачных романов.

А у этого мужчины уже была девушка. Такого себе не позволяла даже Зеленая ведьма. На душе Ючжу похолодело так же, как остывает вода в ванночке для ног.

Она глубоко вдохнула и попыталась подвинуть затекшие ноги, но они будто приросли к месту.

Он стоял по ту сторону стеклянной витрины и смотрел, как снявшая обувь Ючжу мечется на диване.

«Как странно, должно быть, выглядит женщина, которая сидит одна в магазине и дергает белыми босыми ногами!»

Ючжу даже не нужно было смотреть в зеркало, чтобы понять, что ее лицо стало таким же красным, как и подошвы лабутенов.

«Надо спрятаться! Нет, бежать!»

Она попыталась дотянуться до горчичных туфель с открытым мысом, но они лежали слишком далеко. Хотела встать и быстро схватить их, но не могла сдвинуть ноги с места. Казалось, они пустили корни и приросли к полу. Похоже, плоскостопие наконец дало о себе знать. Она пыталась встать, но не могла. Чем больше старалась, тем меньше у нее получалось.

Словно почувствовав, что Ючжу попала в беду, мужчина, держа большой стакан кофе, который еле помещался в руке, распахнул дверь.

«Нет! Я должна встать до того, как он войдет!»

Тогда Ючжу еще не знала, что этот мужчина, так же как и она, пострадал от любви.

~ Сонмин ~

Сонмин ненавидел женщин.

Точнее, он ненавидел продавщиц, но не тех, кто искренне любил товары, которые продает, а профессиональных, которые умело навязывали покупателю продукт. Он встречался с четырьмя девушками, и все они были такими специалистами.

Первой героиней в его любовных хрониках была консультант магазина, где продавались двухместные диваны, которые конструировал Сонмин.

Как и любому дизайнеру, ему было интересно, хорошо ли продаются созданные им вещи, поэтому он часто заезжал в магазины. Однажды Сонмин решил поехать в тот, что находился дальше всего от его компании. Там он и встретил ее.

Она не знала, что Сонмин создал дизайн этого дивана, и прорекламировала его со всей своей безграничной любовью:

– Этот четырехместный диван настолько большой, что на нем можно не только сидеть, но и удобно лежать. Создается ощущение, что диван вас обнимает; в дни одиночества это особенно важно. А когда сидите на нем с любимым человеком, чувствуете, как становитесь ближе.

Когда Сонмин признался, что он дизайнер дивана, глаза девушки засияли радостью. Консультант сказала, что, когда нет клиентов, она садится на диван и представляет, как отдыхает на нем на своей лоджии.

– Мне почему-то кажется, что диван больше подойдет не для комнаты, а для залитой светом лоджии.

Удивительно, но идея дизайна этого дивана возникла именно тогда, когда в рабочей студии Сонмина после реконструкции появилась просторная светлая лоджия.

На следующий день Сонмин заказал ей домой двухместный диван, и они спали на нем вместе.

Спустя год она захотела четырехместный, потому что на старом никто, кроме них, не помещался. А старый диван и Сонмина она выставила за дверь своей маленькой квартиры, как ненужный хлам.

После