Второе высшее магическое - Елизавета Васильевна Шумская

дивное, чудо чудное! Вот только листья сыпались и сыпались — дядька Ушак их по два раза за день подметал, а всё равно прорва их! Они, заразы, быстро становились мокрыми и скользкими. Оттого спешить получалось очень уж медленно.

Зато пока я семенила, увидела, как в ученый корпус идёт Правдослав Яромирович. А он в этом тереме не преподаёт! Ка-ак интересно… Я остановилась вовсе, стараясь, чтобы красавица-ель отгораживала меня от учителя. А как он зашёл внутрь, бросилась за ним. Ну как бросилась? Засеменила чуть быстрее.

Худо-бедно добралась до двери, приоткрыла её и заглянула внутрь. Коридоры пусты, двери закрыты. А как же я теперь искать-то его буду? Прислушалась, но ничего необычного не услышала. Ещё и ветер снаружи принялся завывать, от неймётся ему!

Пришлось подходить к каждой двери и ухо прикладывать. Бесполезное оказалось занятие — не понять ничего. А внутрь заглядывать я побоялась. Отбрехаться-то можно, но неча интерес свой ворогам показывать. Да и вообще думать надобно, полезно. Я вот остановилась, подумала и сообразила, что Прохвост лучше меня пробежится да вызнает, куда делся тот, за кем он уже привык следить. Эх, рановато я котофея призвала сегодня. Но все предыдущие дни Правдослав, как возвертался в терем свой, так и сидел в нем сиднем. Ну да ничего, сейчас Прохвост быстро его найдёт.

Разумеется, дверь, что мне нужна, оказалась последняя. Только я подкралась к ней да ухо приложила, голоса внутри, до этого еле слышные, стали приближаться. Поняла я, что сейчас кто-то выйдет из светлицы, а я по лбу получу. Или дверью, и заклинанием. По лбу я никак не хотела, поэтому успела-таки шмыгнуть за угол и там затаилась.

— Тогда договорились, — Правдослав Яромирович явно вышел первым. Ему ответил красивый мужской голос:

— Да, — послышалось, как ключ, заедая, с трудом поворачивается в скважине. — Только хоть этот не потеряй.

— Не ёрничай, и так тошно, — мне как наяву представилось, как Правдослав Яромирович морщится.

Голоса начали удаляться, и я рискнула выглянуть. Ба, да это разлюбезный Седомил Угрюмович! Уходит куда-то… хм… Наверное, уже в терем пошёл, время-то не раннее. Ну что ж, на ловца и зверь, как говорится. Зверь, конечно, убежал, а вот нора осталась.

Нора оказалась защищена парочкой заклинаний. Ха-ха, после Чудинских я такие могу щелчком пальцев снимать. А вот замок оказался с подвывертом. Ничего, повозиться пришлось, но вскрыла. Экие у меня умения интересные всё крепче становятся! Дальше так пойдёт — Яросвет батькович меня к себе в Приказ сманит. Не пойду! В Разбойный пойду, ха-ха.

Я осторожно вошла в светлицу и аккуратно прикрыла за собой дверь. Ну-с, что тут от нас скрыть пытаются? В первую очередь я взялась за стол, благо в нём ящичков и полочек имелось немало.

Отчего так интересно чужие столы разглядывать? Вот перо в чернильнице-непроливайке. Вот мел в туеске расписном лежит. Книжки… кто ж так книжки хранит, лиходей ты этакий⁈ Раскрытые! Тетрадками заложенные! Да ещё и яблоко сверху! Уже за такое надобно в рудники отправлять!

Книжки все рассказывали про звуки, ветер и всё с этим связанное. Очень интересно. Ничего не понятно. Ну и леший с ним. Тетрадки оказались ученическими именами подписанные да с разным почерком. Тут всё ясно. Один свиток вида древнего в нижнем ящике нашёлся. Только я к нему потянулась, как в замке начал ключ позвякивать.

Как же я перепугалась! Заметалась по светлице. Рванула к окну. Распахнула его да поняла, что, если прыгну отсюда, могу и ногу сломать. А по дереву, рядом стоящему, сползать — медленно будет. Метнулась обратно к столу. Спряталась под него, рот себе зажав и судорожно размышляя, как бы сердце заполошное меня не выдало.

— Кикиморина срань! — выругался Седомил Угрюмович. — Сколько можно!

Под столом сидючи, я сообразила, как мне повезло. Замок-то я не запирала, а учитель, похоже, сам это сделал, прокрутив туда-сюда! Оттого и провозился долго, давая мне укрыться. Только поможет ли это?

— Поменяю! Вот как пить дать поменяю! — продолжался ругаться Седомил Угрюмович.

Шаги звучали всё ближе. И вот уже перед моим лицом встали его ноги в расшитых по коже сапогах.

Глава 21.3

Я зажала рот и второй рукой, отчаянно надеясь, что это поможет мне не пищать от ужаса. Седомил Угрюмович тем временем пытался что-то найти на столе.

— Ну где же?.. Леший знает, куда я!.. О, что тут яблоко делает?

Раздался смачный хруст, с которым зубы вонзились в сочный бочок. Стало ещё страшнее. И тут я увидела, что подол платья немного, но выглядывает из-под стола.

— Муть кикиморина…

Это не я, это Седомил Угрюмович высказал, причём, мои мысли. Я опустила руку и начала подтягивать подол к себе, стараясь делать это медленно, чтобы резкое движение не привлекло внимание его. И тут же услышала, как открыли верхний ящик стола. А значит, учитель не нашёл то, что искал вверху и теперь пойдёт по всем ящикам вниз. Мамочка моя дорогая!!!

— Так, а это что?

Я уже готова была к тому, что меня раскрыли. Надо что-то придумать! Срочно надо что-то придумать! В голове свистел ветер, безжалостно выдувая из неё все мысли. По-моему, там даже гулко стало от пустоты. Прибьёт! Как есть прибьёт!

— О! Вот и он!

По-моему, обрадовались мы оба. Я чуть вслух не выдохнула. Хорошо-то как… сейчас он уйдёт, и надо бежать. Наверное, даже по дереву лучше слезть. Или всё-таки через дверь? А что там с заклинаниями?

— Да леший! Не он.

Я даже не сразу поняла, что только что услышала. Седомил Угрюмович раздражённо кинул что-то на столешницу, тут же отодвинул второй ящик слева, захлопнул его. И через миг мы уже смотрели друг другу в глаза. Секунд пять, не меньше. А потом оба заорали. Седомил Угрюмович отшатнулся и шлёпнулся с корточек на зад, яблоко погрызенное покатилось по полу. А я попыталась выскочить в образовавшуюся щель, не рассчитала, стукнулась головой о столешницу, отчего с неё что-то гулко и звонко попадало. Меня саму качнуло в неустойчивом моём положении, и я свалилась прямо на учителя. Вернее, совсем не прямо, а куда-то ему в колени. Мамочка моя, увидит кто, позора не оберуся!

Ругнулась я ещё знатнее Седомила Угрюмовича, вскочила на ноги — даже удачно — и рванула прочь от стола.

— А ну стоять! — дверь перед мной захлопнулась и полыхнула магией. Наверняка запирающей.

Я развернулась так резко, что подол закрутился вокруг ног.

— Седомил Угрюмович, не губи, дай слово молвить! — закричала я, складывая руки на груди