Хозяйка Тейновых холмов - Лана Мур

И не думаю я о нем в этом качестве!

Вот совсем не думаю.

Не думаю, я сказала!

Взяв себя в руки, я грациозно (надеюсь) опускаюсь в кресло за столом и раскладываю свои эскизы в том порядке, в каком собираюсь показать их Марите.

Едва появившись в дверях в сопровождении Пенги, Марита сразу же замечает разложенные на столе рисунки и бросается на них, как коршун на цыпленка.

– Я могу идти? – шелестит от двери Пенга.

Я киваю, а сама кошусь на Мариту. Она так сильно увлечена моими эскизами, так азартно перебирает их подрагивающими от нетерпения руками, что не заметила бы даже пройди через библиотеку стадо носорогов, не то что хрупкую девушку.

– Ой, а это что? – она одновременно показывает мне рисунок бюстгалтера и прикрывает зарозовевшее от смущения лицо.

Я объясняю, показываю на себе, приподнимая весьма скромные по сравнению с ней и Мирелой «верхние девяносто», а Марита охает, прыскает, как юная девица, только что покинувшая стены монастыря, и хватается за свой роскошный бюст.

Оценив выдающиеся богатства, я беру перо и быстро – спасибо художественной школе, – набрасываю модель для женщин, которым «есть чем дышать». Объясняю, чем одна модель отличается от другой, и все это под нервно хихиканье.

Я уже сама не очень рада тому, что все это затеяла. Чувствую, как начинает подергиваться глаз, но упорно гну свою линию и вытаскиваю следующий эскиз с… женскими трусами, чем ввергаю собеседницу почти в шоковое состояние.

– Ч-что это?! – тычет она пальцем в изящные модели брифов и бразилиана. – А где? Где вот это? – бьет себя по коленке. Как я понимаю, показывая длину панталон.

– Этого нет. Но согласитесь, что в жару такое белье будет намного более приятным, – вопросительно смотрю на нее. Неужели моя затея не удастся. – Вы полагаете, что это не будет пользоваться спросом?

– Я не знаю. Не представляю, – лопочет Марита, то хватаясь за пунцовые щеки, то протягивая руки к новым эскизам.

Все-таки. У нас, женщин, любопытство неискоренимо.

– Чай.

Рядом с нами грохается поднос с кружками и чайником.

Я едва не подпрыгиваю от плеснувшего на руку кипятка. А Марита даже бровью не ведет – настолько увлечена рассматриванием сорочек.

– Надо добавлять «пожалуйста, – поправляю я Пенгу.

– Пожалуйста, – послушно повторяет она, а сама тянет шею, чтобы получше рассмотреть рисунки. – Можно посмотреть?

– Нечего девчонке на такое глядеть, – Марита почти ложится на стол, прикрывая модели своим внушающим уважение бюстом.

– Конечно, присаживайся, – я с готовностью двигаюсь в кресле, места в котором, откровенно говоря, хватит на двоих. – Поможешь нам.

– Правда, а чем? – Пенга радостно плюхается рядом и с интересом рассматривает рисунки. – Ой, а что это? А для чего? – тычет пальцем в чулки и пояса для них.

– Венари Лексия! – возмущенно восклицает Марита. – Разве можно девочке на такое смотреть?!

– Почему нет? – задиристо отвечаю я, слишком забавно смотреть, с какой жадностью и ужасом Марита рассматривает эскизы. – Сейчас Пенга нам поможет и подскажет, что хотела бы носить девушка ее возраста.

– Я?! – Пенга изумленно смотрит на меня, а глаза Мариты разгораются еще ярче в предчувствии нового пополнения ассортимента.

– Конечно, ты – улыбаюсь я. – Девушкам в твоем возрасте хочется выглядеть особенно красивыми. Не так ли?

– Ой!

Пенга очень мило смущается. Опускает ресницы, а по персиковым щекам разливается мягкий румянец.

– Я могу выбрать все, что захочу? – спрашивает она недоверчивым шепотом, а я киваю. – Тогда… – она даже задыхается от предвкушения. – Тогда я хочу платье! Длинное и пышное, как у принцессы! И чтобы на воротнике и по юбке было много-много кружев. Можно?

Она поворачивается ко мне, и в широко распахнутых глазах столько восторга и надежды, что невозможно отказать, хотя я немного и разочарована. Я ожидала от нее чего-то более смелого, но, возможно, девочке просто хочется красивое платье, которого у нее никогда не было. Все-таки, она продукт местной моды. Что же, будем постепенно прививать ей хороший вкус.

– Можно, – киваю я.

– Дорого выйдет, – неодобрительно кивает Марита, но все же внимательно осматривать худенькую фигурку Пенги. – Хотя, ткани на нее пойдет немного.

– Ой, нет. Тогда не надо, – при упоминании о деньгах, сразу же пасует Пенга. Я за него никогда не расплачусь.

– Ничего страшного. Это будет мой подарок. Тебе же надо будет в чем-то встречать королевскую регату.

– Регату?! – взвизгивает она. – Можно побегу Томби и расскажу? – и уже ерзает от нетерпения.

– Беги, если не хочешь посмотреть, что будет дальше, – разрешаю я.

Бедную Пенгу буквально разрывает от желания похвастаться перед другом и посмотреть, что я еще придумаю.

– Я хочу предложить несколько непривычных для тебя нарядов, – подливаю я масло в огонь ее любопытства, и Пенга сдается.

– Я останусь, – она усаживается в кресло с таким вздохом сожаления, что я и Марита невольно прыскаем. – А Томби можно и позже рассказать, – добавляет совсем по-взрослому.

Они обе: Марита и Пенга – с интересом наблюдают, как из-под моего пера возникает силуэт девушки в полукомбинезоне на широких лямках с застежками и в слегка приталенной рубашке.

– Это для Томби? – Пенга тычет тонким пальцем в рисунок, а Марита скептически его рассматривает.

– У меня салон исключительно для венари, – после довольно долгого молчания выдает она. – Если стану шить одежду для венаров, то венари станет неловко там находиться. Я не хочу потерять свое дело, – и сокрушенно качает головой.

– Да нет же! – восклицаю я, досадуя на их непонятливость. – Это для девушек, которые вроде бы уже взрослые, но еще и не совсем. В этом удобно бегать, карабкаться по холмам, залезать на деревья! Посмотрите! Ничто не будет мешать, путаться в ногах и цепляться за траву, и в то же время подчеркивает все, что надо подчеркнуть. Разве не прелесть?

Я жду одобрения или споров, что девушки такое не носят, но очередной вопрос Пенги ввозит меня в небольшой ступор:

– А зачем залезать на дерево? – она недоуменно хлопает длинными загнутыми ресницами.

Бедный ребенок. Совсем у нее детства не было.

– Как же! – вдохновленно начинаю я. – С высоты далеко видно, и ты раньше всех узнаешь о том, что приближаются гости. Там можно прятаться, например, от наказания. Можно спрятаться в листве и кидать в тех, кто внизу яблоками или шишками.