Эльверион: возрождение Света - Екатерина Владимировна Овсянникова

себе за плечо. Видимо, все-таки не показалось. А ведь подобные изменения у айнахиров обычно были необратимы. Если крылья, когти или рога отросли — то это навсегда. По крайней мере, так раньше было…

— Значит, мне не почудилось…

— Это хороший знак, генерал. Возможно, не за горами тот день, когда мы сможем подчинить себе силу, не жертвуя при этом душой. Не удивлюсь, если именно вы и гостья Эйриана станете тем самым ключом к новому будущему.

Генерал молча слушал друга и раздумывал над ответом. Ему не хотелось признавать, что ослабление болезни могло быть результатом общения с луминарой, но он понимал, что, скорее всего, она и стала ключом к переменам. Сколько времени он провел в архивах, изливая душу у портрета Калисандры, но почему-то именно в тот вечер все переменилось… И если какой-нибудь неопытный эльф поверил бы в случайность, то закаленный годами воитель — вряд ли.

— Ты слишком приукрашиваешь. Еще неизвестно, как темная сущность поведет себя. Вдруг завтра я проснусь нэртахиаром? — Раэдгар провел когтистым пальцем по лезвию, словно проверяя остроту клинка. — Но одно я знаю точно…

Любой другой на месте «Зоркого глаза» насторожился бы, но сам офицер слишком хорошо знал своего командира.

— Что же?

Генерал выпрямился, направив лезвие Ноктюрнуса к земле.

— Мне срочно нужен партнер в поединке. Побудешь добровольцем?

Зарталор улыбнулся и вытащил из-за спины свой любимый двуручный клинок.

— Обязательно. Только учтите, я поддаваться не буду.

— А мне эти детские игры и не надо, — размяв крылья, командующий покрепче сжал в руке клинок и принял подготовительную стойку. — Готов?

Офицер отошел на несколько шагов назад и занял оборонительную позицию.

— Готов, генерал.

Битва продлилась около четверти часа. Два опытных воителя, невзирая на усталость, ловко наносили удары и парировали атаки. Их клинки рассекали воздух в танце, звон скрестившихся закаленных лезвий мелодией разносился по округе. В этот раз Раэдгар действительно наслаждался боем — темная сущность всё так же дремала где-то в недрах сознания и не зудела над ухом, словно надоедливая муха. Он чувствовал каждый замах также хорошо, как в самые первые дни тренировок. В те далекие времена, когда он только обрел силу айнахира и пагубная сила еще не заявляла свои права на душу хозяина…

Ночью Раэдгар спал крепко и спокойно. Эмоции после тренировочного боя с другом зашкаливали, от сладости победы сердце воина ликовало в учащенном ритме. Мышцы слегка ныли от нагрузки, но для генерала это была приятная боль. В Лориэндаре также обошлось без тревожных новостей, поэтому он мирно отдыхал, набираясь сил для нового рабочего дня.

Утром, сонно потянувшись, мужчина не поверил своим глазам. Пришлось сначала сходить умыться, чтобы окончательно проснуться и убедиться, что это не розыгрыш.

— Их нет! — с шокированным лицом генерал вертелся перед зеркалом и внимательно рассматривал спину. Ни единого горбика или намека на крылья, будто их и вовсе не было. — Но как это возможно?

Явившийся с утренним отчетом в кабинет генерал-майор также оценил преображение командира.

— Не знаю, что послужило поводом для подобных изменений, но я очень рад за вас, — в голосе «Зоркого глаза» читалась искренняя радость за друга. — Продолжайте в том же духе.

Раэдгар притворился, будто происходящее само собой разумеющееся, и не ответил на похвалу друга. Наверняка есть дела поважнее, чем оценка его внешнего вида.

— Как там поживают гостьи из Эльвериона?

— Стражи докладывают, что девушки допоздна о чем-то разговаривали, возможно делились друг с другом рассказами о пережитых приключениях. Потом через какое-то время стало тихо, и, согласно отчету, гостьи спят до сих пор.

— План на день расписан?

— Если вы о караулах и рабочих сменах, то да.

— Нет, не о них…

Зарталор кивнул и продолжил.

— Обе девушки вызвались помочь на полевой кухне. Над другим досугом для них я, если честно, не думал.

Изучив отчет, генерал отдал подчиненному новый приказ.

— Тогда отправляйся с ними.

«Зоркий глаз» аж закашлялся от удивления.

— Прошу прощения, вы не ошиблись?

Но строгий и уверенный взгляд генерала как бы намекал о серьезности намерений.

— При всем уважении, у меня и так много обязанностей. Я не могу проводить с девушками целый день.

— Должен же им кто-то помочь при надобности… — командующий взмахнул рукой, и зачарованная ручка сама вывела на документе подпись обладателя. — Вот так. Теперь как минимум на сегодня ты освобожден от большинства поручений. Твоя новая обязанность — быть рядом с луминарами и наблюдать за ними. Может у них выявятся какие-нибудь особенности в поведении, благодаря которым мы найдем подкоп в сторону возможного союза…

Зарталор растерянно пожал плечами. Если обычно при оглашении приказов у него не возникало вопросов, то теперь…

— Боюсь, я не совсем понимаю…

— Просто будь с ними, понял? — недовольно буркнул Раэдгар. — «Мышка» так убежит, если вовремя ее не приманить вкусным сыром или чем-нибудь еще.

— Оу, я понял, — офицер улыбнулся левым краешком губ. — Благодарю за разъяснение, генерал. Разрешите идти?

— Разрешаю. Свободен.

Кивнув командующему на прощание, Зарталор направился к покоям луминар разузнать новости. Раз ему дали такое необычное задание, то грех упускать шанс провести время с гостьями. Особенно с Лирарией. По непонятной причине «Зоркий глаз» весь вчерашний вечер не переставал о ней думать. И что на него нашло?

* * *

Ночью луминары не спали очень долго. Как и предупреждала Эйриана, рассказ оказался очень длинным, но в то же время увлекательным и волнующим. Так Лирария узнала обо всех приключениях, пережитых ее подругой за последние дни — и про недопонимание, и про падение из окна, а также про ее первую прогулку и «кровавый праздник», закончившийся гибелью Дэлтхара. Нашлось время и для небольшого урока по местной культуре. Найхашир, айнахир и нэртахиар — теперь эти слова не казались молодой луминаре чем-то чуждым и незнакомым. И, разумеется, девушка невольно узнала о некоторых особенностях жизни в Лориэндаре.

— Не представляю, как тяжело приходится Темным охотникам и их родным. Осознавать, что рано или поздно темная сущность возьмет верх… — голос Лирарии дрогнул при мысли о плачущей матери, прощающейся со своим ребенком, или любящей жене, провожающей своего мужа в последний путь. На мгновение она даже представила на их месте себя и Зарталора. Образ храброго эльфа, спасшего ей жизнь, прочно засел в голове. Получается, и его душа под угрозой? Несправедливо!

— Поэтому