Поворот судьбы - Джеймин Ив

К тому времени, как он наконец задремал, обняв меня, я уже сомневалась, что смогу когда-нибудь снова ходить. Интересно, можно ли получить обезвоживание от потери вагинальных жидкостей? Или его обильное извержение внутри меня как-то компенсировало это? Слава богине, мой фертильный период уже закончился, иначе я бы точно забеременела. Наверное, родила бы целый выводок, учитывая, как часто он любит трахаться.

Не то чтобы я жаловалась. Вовсе нет. Мой хороший мальчик точно знал, что делает.

После нескольких часов сна беспокойная энергия заставила меня выскользнуть из объятий Келлана и направиться в ванную. Моя кожа была липкой и засохшей после нескольких часов скрепления нашей предначертанной связи, и хотя это должно было вызывать отвращение, меня это не беспокоило. Мне нравилось чувствовать на себе запах Келлана, и если бы он не попал мне буквально на брови, я бы даже не пошла в душ.

Закончив, я вытерлась и накинула одну из его толстовок, затем поцеловала его в обе щеки и еще раз поблагодарила богиню за то, что она вернула его нам.

Келлан спал глубоко, его запах больше не был искажен магией, и я уже почти забралась обратно в кровать, как мой желудок громко заурчал, напомнив, что после нескольких часов обмена энергией и безумного секса нужно поесть.

Я пока не была уверена, вернется ли ко мне в полной мере та энергия, которой я поделилась, но и я, и моя волчица чувствовали себя хорошо, так что я решила, что она восстанавливается. Судя по опыту с мамой и годами в ее стае, одного раза было недостаточно, чтобы оставить необратимый след.

Теперь испытание заключалось в том, как Келлан распорядится этой силой и не развратит ли она его, заставив желать большего. Секс был бы идеальной возможностью спросить или попытаться обменяться энергией снова, но он даже не заикнулся об этом. Впрочем, я ожидала, что у остальных возникнут вопросы.

— Пара, — взвыла моя волчица, сильная и довольная. Она не то чтобы присутствовала во время секса, оставаясь где-то в глубинах моего подсознания, но была счастлива укреплению нашей связи. Связи, которую мы ощутили в укусе, что теперь останется с нами навсегда.

Спустившись на первый этаж, я как раз повернула к кухне, когда с противоположной стороны дома донеслись ругань и крик. Обеспокоенная, что это зов о помощи, я сменила направление и поспешила на шум. Когда раздался еще один грохот, я поняла, что звук доносится из гаража.

Хоть на мне и была лишь толстовка, без белья и обуви, я без колебаний бросилась вниз по лестнице. Внизу массивная дверь была закрыта, и, когда я толкнула ее, пришлось приложить немного больше усилий, чтобы открыть. Я не только поделилась своей сущностью, но и ужасно пренебрегала едой в последнее время, что для оборотней всегда плохо. Теперь, когда Келлан был в безопасности, я могла снова сосредоточиться на наращивании мышц.

Дверь наконец поддалась, и я шагнула в свою любимую часть дома. Еще один лязг раздался, когда я вошла в темное помещение, и, бросив быстрый — и грустный — взгляд на мотоциклы, я направилась в дальнюю часть гаража, где стояли старые машины и пикапы.

Гладкий каменный пол холодил ступни, пока я бесшумно шла вперед. Здесь поддерживался климат-контроль, чтобы защитить «малышек», но полы с подогревом отсутствовали. Проходя мимо TRX Финли, я задалась вопросом, дома ли он. Как и у остальных, у него было несколько машин, но я не удосужилась запомнить, какие именно его. Ладно, не совсем правда, но я знала не все.

Следующие лязг и ругательство прозвучали громче, и я замерла, услышав знакомую низкую хрипотцу.

Дерьмо. Я отступила на шаг, уже вдыхая слабый аромат ванили и вишни. Но было слишком поздно: Финли вышел из-за старого Chevy, его взгляд был наготове.

— С Келланом все в порядке? — спросил он, быстро окинув взглядом мои голые ноги, прежде чем снова посмотреть мне в лицо.

Я кивнула, чувствуя себя до глупого косноязычной рядом с этим медведем. Его реакция на мое присутствие была непредсказуемой, а я была не в настроении портить свое блаженство после секса колкими, злыми выпадами. За последние несколько дней я, может, и смягчилась к нему, наблюдая за его любовью к Келлану, но этого было недостаточно, чтобы стереть все, что случилось раньше.

— С ним все в порядке, — ответила я, с облегчением отметив, что мой голос звучит почти нормально. — Я просто услышала грохот и ругань и пришла проверить, не случилось ли у кого беды.

В его глазах, которые казались темнее обычного, промелькнули тени.

— А что, если бы это была другая стая, вломившаяся сюда, или какая-то угроза? Можно было подумать, ты уже усвоила, что не стоит бродить в одиночку, если только ты не пытаешься подставить под удар еще кого-то из нас, чтобы он тебя защищал. — Его взгляд стал еще суровее, но, как ни странно, в нем проскальзывало беспокойство.

— Такая мысль мельком пронеслась у меня в голове, — призналась я, — но каковы шансы, что кто-то сможет сюда проникнуть без ведома Слэйда или кого-то из вас? Я просчитала риск и решила, что стоит им пренебречь, чтобы убедиться, что никто из вас не ранен.

Это на мгновение заставило его замолчать, но потом он тряхнул головой.

— А может, ты хотела, чтобы кто-то из нас пострадал. Тебя что, нужно силой принудить к клеймению, Снежная Королева? Не можешь признать, что на самом деле хочешь нас?

Моя рука взметнулась к укусу Келлана, но Финли, вместо того чтобы проследить за этим движением, опустил взгляд туда, где толстовка задралась достаточно, чтобы явить миру мою промежность.

Ой.

Освободив плечо, я откашлялась.

— Нет, я не хочу, чтобы кто-либо из вас снова вставал между мной и опасностью. То, что я чуть не потеряла Келлана, — самое тяжелое, через что мне когда-либо приходилось проходить, включая смерть мамы. И не то чтобы я была обязана тебе что-то объяснять, но тот факт, что я согласилась на связь с Келланом, когда каждая частичка меня боится последствий, должен убедить тебя, что я здесь не для того, чтобы причинить кому-то из вас боль. Я никогда не хотела причинять вам боль. Это было чистое самосохранение.

Финли смотрел на меня так, как, я уверена, не смотрел никогда прежде — всепоглощающим, утопляющим взглядом, от которого у меня все сжалось внутри. Было странно находиться здесь внизу без мощного промышленного освещения. Почти жутко.

— Что изменилось? — наконец спросил он низким, растерянным тоном. —