Альфа Тео - Си Джей Праймер

подхожу ближе к нему, обнимая его рукой за спину. Я склоняю голову набок, кладя ее ему на грудь, и мы просто стоим в тишине несколько мгновений, глядя на открывающийся вид.

— Моя мама водила меня сюда, — тихо говорит он.

Я отстраняюсь, вглядываясь в него снизу вверх. Он медленно опускает на меня взгляд, в его глазах плывет боль потери.

— Я не был здесь ни с кем другим с тех пор, как она… — его голос затихает, и он отводит взгляд.

До меня внезапно доходит, насколько важной была эта поездка в Пайн Маунтин, как много значит то, что он хотел привезти меня сюда. Еще до того, как между нами установилась связь, и он понял, что мы суженные. Серьезность этого настолько велика, что у меня в горле образуется комок.

Я поворачиваюсь к нему боком, поднимая другую руку и кладя ее ему на грудь. — Расскажи мне о ней, — мягко прошу я. — Я была так мала, когда это случилось, что едва помню твою маму.

Я вижу, как он с трудом сглатывает. Затем он снова смотрит на меня сверху вниз, поднимая руку, чтобы заправить выбившуюся прядь волос мне за ухо.

— Она была прекрасна. Добра ко всем. Терпелива, даже когда я устраивал ей ад. Она была единственной, кто действительно понимал меня. Мой отец пытался, но после того, как… — Он снова умолкает, затем прочищает горло и продолжает. — Мой отец долгое время не мог даже смотреть на меня, потому что это была моя вина.

— Что? — задыхаюсь я, мое сердце замирает. Неприкрытая уязвимость в глазах Тео разрывает меня на части. — Как ты можешь так говорить, Тео? Ты не можешь винить себя…

— Это правда, — перебивает он. — Мой волк только начал проявляться, и я еще не мог себя контролировать. Я вышел на пробежку, а когда не вернулся домой, моя мама пришла искать меня, и…

Я недоверчиво качаю головой. — Тео… — Я поднимаю обе руки, обхватываю ими его лицо и смотрю в эти прекрасные карие глаза. — Это был несчастный случай. Те охотники были на нашей земле. Их там не должно было быть. Это был ужасный, трагический несчастный случай.

Тео просто качает головой, его глаза блестят. Он…?

Я обнимаю его, крепко прижимаясь к нему всем телом. В ответ он обнимает меня своими руками: одной за талию, другой за плечи, обхватывает ладонью мой затылок и прижимает мое лицо к своей груди.

Мое сердце разрывается при мысли о том, что Тео так долго носил с собой это чувство вины. Это слишком тяжелое бремя для кого-либо. Жаль, что я не могу как-то облегчить это, забрать это у него, чтобы ему не пришлось нести это в одиночку.

Мы стоим вот так некоторое время, просто держась друг за друга на вершине Пайн Маунтин. Место, куда его водила мама. Место, куда он приходил в поисках уединения. Место, которое он решил разделить со мной. Только со мной.

Наконец, Тео отпускает меня, отстраняясь, чтобы снова посмотреть на меня. Он наклоняется и запечатлевает на моих губах нежнейший поцелуй.

— Превращаю плохое воспоминание в хорошее, верно? — спрашивает он, уголки его рта приподнимаются.

— Определенно, — выдыхаю я. — Спасибо, что привел меня сюда.

— О! — восклицает он, убирая руки с моей талии и делая шаг назад. — Чуть не забыл.

Я в замешательстве хмурю брови, но Тео просто разворачивается и идет обратно к своему мотоциклу. У меня кровь стынет в жилах, когда я вспоминаю, как он вот так ушел на прошлой неделе, оставив меня стоять там.

— Куда ты идешь? — Нервно кричу я ему вслед.

Однако на мотоцикл он не садится. Он роется в одной из седельных сумок сбоку, что-то вытаскивая. Он оборачивается ко мне с ухмылкой, держа в руках бумажный пакет.

Я наклоняю голову, все еще сбитая с толку, когда он подходит обратно. Бумага шуршит, когда он открывает пакет, опускает руку в него и достает рогалик.

— Проголодалась? — спрашивает он.

Я хихикаю, забирая у него бублик. Этот парень все продумал — должно быть, он стащил их из столовой сегодня утром. — Умираю с голоду.

Он снова роется в пакете, вытаскивая еще один бублик, маленькую баночку сливочного сыра и пластиковый нож.

— Ты любишь сливочный сыр? — спрашивает он, открывая зубами крышку контейнера.

— Ммм. — Я разламываю бублик и протягиваю ему, чтобы он мог намазать сливочный сыр для меня.

— Как тебе такой вариант для свидания за завтраком? — спрашивает он, подмигивая, когда заканчивает намазывать сливочный сыр на свой рогалик. Он кладет контейнер и нож обратно в бумажный пакет, ставит его на землю, прежде чем откусить большой кусок от рогалика и прожевать.

Я проглатываю свой собственный кусочек бублика, прежде чем ответить. — Ты отлично справился, — смеюсь я.

Он откусывает еще один огромный кусок от своего бублика — этот парень так быстро расправляется с едой! Я едва откусила два кусочка, а он уже съел целую половину. Затем он сглатывает, ухмыляясь. — Видишь, малыш? Я говорил тебе, что надеру задницу всем этим свиданиям.

Я закатываю глаза, откусывая еще кусочек.

Но он абсолютно прав. Пока все идет хорошо. Он уже завоевал мое расположение, и если он продолжит в том же духе, мне конец.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Тео

— Хорошо, итак, если ты нажмешь вот эту кнопку… то твой просмотр изменится на все каналы сразу. Видишь? — Брук разворачивается на своем стуле, пристально глядя на меня.

Черт, она невероятно пахнет. Мне требуется вся моя сила воли, чтобы не наклониться и не поцеловать ее в эти пухлые губки. Вместо этого я неподвижно сижу за ее рабочим креслом в центре и моргаю, глядя на ее монитор.

— Эээ… Прости, какую кнопку? — Спрашиваю я, проводя рукой по лицу. Трудно сосредоточиться, когда она сидит передо мной в таком виде и от нее так пахнет.

Брук вздыхает, ее брови хмурятся от разочарования. Она разворачивается, кладет руку на мышку, демонстрируя. — Вот эту.

Мои глаза следят за курсором на экране, когда она перемещает его. Мы подключили новые пограничные камеры, и Брук потратила вторую половину дня на то, чтобы подключить каналы и запустить систему. Я ничего не смыслю в этих технических штучках, так что все, что я действительно мог делать до этого момента, это наблюдать… и мучить себя, находясь рядом с ней, не прикасаясь к ней.

— Понял. — Я кладу руки на спинку ее стула, наклоняю голову к ее уху и понижаю голос. — Так мы можем чем-нибудь заняться сегодня вечером?

Брук начинает поворачиваться ко мне, ее