Измена. Попаданка в положении - Елена Белильщикова

и до блеска начищенные сапоги. Вон, с каким прищуром и ухмылкой окинул взглядом руки Андреаса, на которых поблескивали фамильные перстни. Видимо, думал, что холеные ручки Хоупа могут лишь выбирать нужную серебряную ложечку из десятка на сервированном столе. Но мальчишка не на того напал.

Синие глаза Андреаса азартно блеснули. Он будто впал в детство, где Филипп умел дразниться так же! Ох, Филипп… думать о непутевом братце Андреас сейчас был не готов. Какая муха могла укусить человека, чтобы он так опустился? Лучше уж об этом маленьком пройдохе.

Андреас подошел к дереву, примериваясь взглядом прищуренных глаз, как лучше взобраться. И в несколько ловких движений оказался на той же ветке, где сидел Джереми. Тот дернулся, едва не свалившись. Но Андреас вовремя сцапал его за плечо.

— Ну, что? Добегался? — торжествующе усмехнулся он. — А теперь говори, что скрываешь и почему бежал! Может, враги тебя какие-то подослали к родственнице моей, к Элион? Чтобы проследил ты и доложил, где она поселилась. А ее кто-нибудь украдет и начнет выкуп с меня требовать. Ну, или еще что похуже сделает.

На самом деле Андреас и не думал о такой чепухе. Но нужно было на всякий случай прощупать почву. Джереми уставился на него широко распахнутыми глазами. Он заерзал, пытаясь отодвинуться по ветке. Андреас даже дернулся придержать его — свалится, еще этого не хватало! Но Джереми чувствовал себя на дереве, как воробушек на ветке, несмотря на мелкую дрожь, пробежавшую по его тщедушному телу.

— Н-никто меня не подсылал! — выдавил Джереми.

Его голосок стал тонким, ломким, совсем детским и высоким. Андреас сразу смягчился.

— Да знаю, — улыбнулся он, осторожно придержав Джереми за плечо. — Просто не пойму, почему ты решил сбегать. Разве Элион тебя обижала?

Джереми торопливо замотал головой. Да так, что отросшие волосы хлестнули его по щекам.

— Вы хотели забрать меня с собой! А я тебя не знаю. Ты, наверняка, запрешь меня у себя в доме и заставишь работать с утра до ночи! Ну, или… или будешь строгим, чтобы я стал таким же занудой, как эти дети богатеньких! — Джереми наморщил нос. — Знаю я, как их читать-писать учат! С розгами!

— Не будет никаких розг, — рассмеялся Андреас, взъерошивая ему волосы. — А читать и писать — это полезно уметь. Как и уметь вести себя на людях… Нельзя же оставлять тебя на улице. Конечно, я мог бы отвести тебя в сиротский приют при каком-нибудь монастыре, но там как раз-таки заставляют много учиться и трудиться, а еще молиться и строго слушаться старших…

Андреас ненадолго замолчал. Оборвал себя, чтобы не сказать, что еще там холодно, голодно и дети часто умирают от болезней, потому что ни у кого нет денег на лекарей для сирот. Не хотел Андреас такой судьбы никому! Даже едва знакомому воришке-сиротке. А тот еще и категорично отрезал:

— Фу! Я все равно сбегу! И от тебя, и из приюта! Я… я путешественником быть хочу! И боевым магом! У меня вот что есть!

Джереми вытянул перед собой ладошку. Над ней вспыхнул маленький огонек. Задрожал, погас тут же. Мало кто без обучения способен долго управляться со своей магией. И все-таки Андреас удивленно вскинул брови.

— Откуда же? Магия чаще встречается у аристократов…

— Мама служанкой была в богатом доме, — пожал плечами Джереми. — А лорд вышвырнул ее потом. Я и имени его не знаю.

Он наежился, явно не желая про это вспоминать. Андреасу стало жалко мальчишку. Значит, сирота, но при живом отце. Да какая разница? Если столько лет лорду плевать было, то сейчас вряд ли что-то изменится! Андреас притянул Джереми к себе, приобнимая за плечи.

— А ты слышал про академию Кракена?

— Морская академия на юге?! — Джереми вскинул на него взгляд сияющих от восторга глаз.

— Ректор — мой давний знакомый. Я мог бы попросить его тщательно проверить твои способности. И если в тебе достаточно сил, ты смог бы стать боевым магом. Если же нет, там обучают и простых мальчишек, чтобы они могли служить юнгами на кораблях. Но пока тебе точно нужно подрасти для этого. И научиться читать и писать. Это уж точно… — сказал Андреас одновременно и мягко, и строго, тронув кончик носа Джереми пальцем. — Так что? Поедешь с нами, Джереми?

Глава 30

Я мерила шагами небольшую полянку. На глаза мне попалась большая шишка, которую я на нервах теперь вертела в руках. Вспоминалось, как гуляли с Маркусом по саду. Как я протягивала ему всякую ерунду: цветочки, шишки, прочие мелочи. А он хватался крохотными пальчиками, оставалось только следить, чтобы в рот не потащил. Я вздохнула, зажмуриваясь. Пальцы сжали шишку так, что она едва не изранила ладонь.

Я ойкнула, выбрасывая «травмоопасную» вещицу. Не хватало еще пораниться до крови и получить выговор от Андреаса. Мои щеки слегка зарозовели, стоило вспомнить, как он психовал по другому поводу. Андреас оказался очень заботлив и строг ко мне. А теперь это точно возрастет в разы. Когда он знает, что я ношу под сердцем второго ребенка.

Вот только из головы у меня не выходил первый. Мой малыш Маркус, то, как он хватался маленькой ладошкой за мой палец, как засыпал на руках под колыбельные, даже то, как плакал! Я была готова сейчас отдать все за то, чтобы провести ночь, укачивая его, без сна, устав, как собака! Лишь бы снова взять на руки своего мальчика.

Может, еще и поэтому я так вцепилась в Джереми? Мне до одури, отчаянно нужно было заботиться о ком-то сейчас. Просто чтобы не сойти с ума от возможности прижать к груди своего сыночка. Меня и так постоянно, каждую минуту терзали мысли о том, где он и с кем, какую няньку к нему приставили Филипп и его вертихвостка, как эта стерва Амели обращается с моим малышом. Уж точно не бежит к нему по первому хныканью! От мысли об этом сжималось сердце.

Из-за деревьев донеслись голоса и шаги. Я поспешила навстречу. Андреас нашел Джереми! И теперь шел рядом с ним. Попытался подать руку, когда они перебирались через ствол поваленного дерева, но мальчишка лишь дерзко фыркнул и встряхнул волосами. Ему так хотелось выглядеть самостоятельным, взрослым! Но когда он белкой перескакивал очередную преграду, его взгляд так и бегал к Андреасу. Так, словно Джереми проверял, удалось ли ему впечатлить взрослого. Ох! Да за ним глаз да глаз нужен. Того и гляди, на башню какую-нибудь заберется, чтобы доказать Андреасу, какой смелый. Видно, выросший без