Пепел на моих крыльях - Рина Белая

Каждый из них отдал свою жизнь за Эриолар. За надежду. За будущее. А я… Я предала их всех.

Груз принятого решения сжимал мое сердце с такой силой, что, казалось, я не выдержу. Тяжесть потерь была невыносима. Их лица, застывшие в безмолвном упреке, преследовали меня, даже когда я отвела взгляд.

Последствия принятого мной решения словно яд, проникали в кровь. Уступая желанию своего сердца, я думала, что делаю правильный выбор, но, стоя здесь, окруженная молчаливыми телами, я не могла избавиться от мысли, что это я, а не Гриморрак стала причиной их конца.

«Ты могла спасти их. Ты должна была…» — едва голоса вспыхнули в моей голове, как их тут же смыла мощная волна разрушительной магии. Я шумно втянула воздух, чувствуя металлический привкус крови в горле.

— Кинжал, — потребовала я, глядя Аш'Шарраксу прямо в глаза.

Не знаю, что именно он увидел в моем взгляде, но он подчинился, не сказав ни слова. В мою ладонь лег серебристый клинок с острым сверкающим лезвием.

Мои пальцы сжались на рукояти, принимая тяжесть оружия. Тело Аш'Шарракса напряглось готовое остановить меня в последний момент, если я вдруг решу пронзить свое сердце. Но я не искала смерти. Вместо этого я полоснула лезвием по ладони, и кровь тонкой струйкой потекла вниз, капая на землю.

Я опустилась на колени и прижала окровавленную ладонь к поверхности холодной и мертвой земли. Кровь стекала, пропитывая землю, и я закрыла глаза, сосредоточившись на каждом ударе своего сердца.

Мощные волны моей магии прошли по холму, одна за другой. Они заполнили каждый уголок мертвой земли, окутывая ее светящимися потоками и оживляя. Земля начала двигаться. Из нее с мягким треском стали подниматься деревья — высокие, могучие, с густыми кронами, которые раскинулись над павшими, укрывая их от всего мира.

Деревья росли быстро, их корни мягко оплетали тела, а листья шептали тихо, успокаивающе. Казалось, природа сама принимала павших в свои объятия, превращая это место в живую, теплую могилу, где боль и горечь исчезали, оставляя только покой.

Чувствуя, как моя магия пульсирует в тишине леса, я поднялась. Бросив взгляд на Аш'Шарракса, тихо произнесла:

— У тебя есть год. Сдержи свое обещание. Найди способ уничтожить Гриморрака. Или… это сделаю я. Но в следующей раз моя решимость не дрогнет.

Шли недели, но время, казалось, остановилось. Я пыталась поддерживать разговор с Аш'Шарраксом, пыталась улыбаться, но каждая попытка давалась мне с огромным трудом. Боль, поселившаяся внутри, стала неотъемлемой частью меня.

Я не хотела есть. Каждая тарелка с едой вызывала у меня отвращение, как будто мой организм отказывался принимать что-либо, кроме этой боли.

Я не хотела покидать нашу пещеру и видеть мир за ее пределами. Не хотела встречать рассветы, не хотела чувствовать ветер.

Мне не хотелось ничего.

Аш'Шарракс долго терпел. Он молчал, наблюдая за мной, но с каждым днем его терпение истощалось. А потом, наконец, оно лопнуло.

Я сидела на краю кровати, сжимая пальцами простыню, а он молча сидел передо мной на корточках. Его глаза, обычно такие уверенные, сейчас выдавали беспокойство, которое он даже не пытался скрыть.

Казалось, он пытался подобрать слова, но впервые не знал, с чего начать. Я натянуто улыбнулась, хотя сама эта улыбка казалась мне фальшивой и пустой.

— Все в порядке, — тихо прошептала я, пытаясь его успокоить, и осторожно коснулась его щеки ладонью.

Он прижался щекой к моей ладони.

— Давай слетаем в одно место.

Я покачала головой.

— Не сегодня, — ответила я.

Его глаза вспыхнули знакомым мне огнем.

— Аш'Шарракс, я не хочу. Пожалуйста…

Он молча поднялся и, прежде чем я успела что-то сказать, обхватил меня руками и легко поднял с кровати.

— Что ты делаешь? — начала я, но он уже шел к краю уступа.

На мгновение мне показалось, что он вот-вот швырнет меня в пропасть, словно говоря: «В Бездну эту счастливую семейную жизнь».

Эта мысль была настолько отрезвляющей, что я невольно усмехнулась, уткнувшись ему в грудь. Но он остановился и поставил меня на камень.

— Залезай, — приказал он. В следующее мгновение его фигура начала растворяться в потоках разрушающей магии. И вот передо мной уже стоял пепельный дракон, чьи мощные крылья расправились с глухим хлопком.

Взгляд его янтарных глаз не оставил мне выбора.

Полет длился, казалось, целую вечность.

Когда мы наконец приземлились, я замерла в потрясении. Вокруг нас возвышались величественные деревья — такие высокие и могучие, что захватывало дух. Но больше всего меня поразило то, что скрывалось среди этих деревьев. На первый взгляд жилища из белоснежного камня казались частью самого леса, как будто их вырастили прямо здесь, а не построили. Между деревьями растянулись изящные мостики, а в кронах деревьев мелькали мягкие огни.

Воздух здесь был пропитан свежестью, наполнен мягкими ароматами лесных трав, цветов и влажной земли.

— Аш'Шарракс, это… — выдохнула я, когда поняла, что он привез меня к эльфам.

Дракон уже принял человеческий облик и стоял рядом, наблюдая за моей реакцией. Его лицо оставалось спокойным, но в глазах мелькнула едва заметная искорка удовлетворения.

— … это неожиданно, — закончила я свою мысль.

Я не могла поверить в происходящее. Все это время я была уверена, что он ненавидит эльфов и с трудом выносит их присутствие. Каждый день нашего путешествия в храм Ветра только укреплял мои убеждения. И теперь я стояла здесь, в самом сердце их леса, и меня привез мой пепельный дракон.

— Идем, — коротко ответил он, жестом приглашая меня следовать за ним.

Я шагнула вперед, чувствуя, как мягкая моховая почва слегка пружинит под ногами.

Эльфы!

Как я могла ожидать чего-то подобного от своего пепельного дракона?

Вдруг я услышала свое имя:

— Альтана!

Я вскинула голову и в следующий миг увидела Лаэрона. Он стремительно пересек мост, проложенный между деревьями, а затем, ловко перепрыгнув через несколько выступов, оказался на земле.

Он бросился ко мне и, чувствуя, как душу наполняет радость от встречи, я тут же раскрыла руки, готовая обнять его. Но прежде чем мои ладони коснулись тонких тканей эльфийского одеяния, передо мной внезапно выросла непреклонная преграда.

Аш'Шарракс.

Он встал между нами, и Лаэрон с силой врезался в его каменную грудь.

Я не смогла сдержать смешка, наблюдая, как мой «дракон» спокойно отлепил эльфа от себя, словно приставшую к броне репейную траву, и хладнокровно произнес:

— Осторожнее. Хрупкие вещи легко ломаются.

Когда первый порыв эмоций угас, мы