Злобный рыцарь - Мария Александровна Барышева

— Ладно, посмотришь потом.

— Симпатичней она не станет. Мне сказали, что за два месяца у нее сменилось три хранителя. Это нормально?

— Всякое бывает, — Георгий внезапно обрадовался. — Ага, вот видишь?! Возможно, тут твой Руслан приложил руку.

— Они, вроде, ему не мешали...

— Значит, помешали другому козлу вроде него. Хорошо, — Георгий хлопнул по дивану, — ты давай отдыхай, успокаивайся, завтра начнем заниматься. И вправду слишком много на тебя свалилось для одного дня. Еще и с мортом рядом работать... Но с другой стороны, быстрей выучишься...

— Кто такие бегуны?! — резко спросил Костя и с интересом стал ждать реакции. Но, к его удивлению, наставник не задергался, как венецианский персонал, и не принялся бегать взад-вперед с безумными глазами — только погрустнел немного и сделал неопределенный жест.

— Несчастные создания — вот кто они.

— Типа призраков?

— Призраки... - покойный фельдшер скривился. — Призраки — лентяи и слабаки! Сбегают до присоединения, а потом шатаются по городу и надоедают занятым людям. Без флинтов они постепенно угасают, теряют форму, так что пожилые призраки выглядят довольно отвратно. Но даже зная о своей недолговечности, они все равно продолжают валять дурака, хотя у них нет ничего — даже дома, и они почти не оказывают воздействия на окружающий мир. Мало кто из призраков сдается добровольно, а поймать их очень трудно. В дом им не залезть, а вот в нежилые помещения, где по ночам нет хранителей, они набиваются только так. Нет более нудного занятия, чем по утрам выгонять из офиса призраков, уж поверь мне. Так что радуйся, что твой магазин круглосуточный.

— Знаешь, если б ты с самого начала так подробно рассказал про призраков, мне было бы проще принять решение, — заметил Костя. — Я ведь чуть не ушел вчера ночью. Или это — часть испытания? Что ж, теперь я рад, что не стал призраком. А ведь у меня были все шансы...

— У тебя и стать бегуном были все шансы.

— Почему?

— Потому что ты очень быстро умер.

Вздрогнув, Денисов посмотрел на него не без испуга.

— Что это значит?

— Ну, — Георгий успокаивающе похлопал его по плечу, — на самом деле бегуны появляются очень редко. Очень-очень редко. Это происходит, когда человек умирает очень внезапно — убийство, авария... — Костя снова вздрогнул, машинально прижав ладони к вискам, будто его голова от слов Георгия могла куда-то деться. — Ты сам видел, как работают наши службы... И иногда они просто не успевают. Я сейчас говорю не о службе оповещения, а о службе сопровождения.

— Что-то я таких не припоминаю...

— И не должен. Они все убирают. Чтобы переход прошел безболезненно. Убирают все жуткое, понимаешь? А бегуны — они словно выскакивают из того мира в этот, и им никто не помогает. Они не понимают и не верят в то, что умерли. Большей частью они безумны и очень злы, и им очень тяжело, потому что они сохраняют все ощущения и все чувства. Обычно их легко узнать, потому что, в отличие от нас, они выглядят в точности так, как в момент смерти.

— О, господи! — сказал Костя и сел обратно на колени своего флинта, продолжая держать себя за голову.

— Так что если увидишь бегуна — советую удирать на предельной скорости, — Георгий невесело усмехнулся. — И смотри, чтобы он за тобой не увязался. Бегуну не нужно разрешение, чтобы войти в твой дом. И от него невозможно защитить. Они быстрее призраков и опасней любого морта, для нас они могут быть невидимыми и неощущаемыми, а флинт видит бегуна только, когда тот находится на пике эмоций. Но чаще всего бегуны возвращаются к себе домой и живут там, пока их не поймают. Они — существа обоих миров и могут оказывать влияние на оба этих мира, вот в чем штука. Полтергейсты, проклятые дома — это лишь следствие того, что там живет бегун. Бегунов не реабилитируют, не ставят на общественные работы, как призраков, и ни у кого из них нет шансов ни на возрождение, ни на отдых. Их уничтожают раз и навсегда, они считаются бесповоротно поврежденными, — показалось ли Косте или последние слова Георгий произнес со злым скептицизмом.

— Ничего себе! — потрясенно произнес Денисов. — А я уж думал, хуже морта никого нет! Значит, бегун может убить флинта?

— Запросто.

— Елки! — Костя встал и насмешливо погрозил Георгию пальцем. — Что я вижу, Жора?! Ты, заслуженный хранитель с двухфлинтовым стажем, боишься бегунов?!

— Да, боюсь, — очень серьезно ответил наставник. — Потому что бегун может убить и хранителя.

— Насколько я уже успел заметить, нас и так мочат направо и налево...

— Ты не понял, Костя. Если тебя убьет бегун, ты умрешь насовсем. Ты умрешь полностью. Ни перераспределения, ни суда, ни возрождения — ничего. Ты исчезнешь навсегда.

— Типа как небытие?

— Точно.

— Блин! — Костя медленно опустил руку. — Ничего себе новость! А раньше ты мне не мог об этом сказать?!

— Ни к чему перед началом первого дня обрушивать на тебя все ужасы сразу, — Георгий развел руками. — К тому же, бегуны и вправду очень редки.

— Мне бы хотелось узнать статистику.

— Я пошел домой, — сообщил наставник и направился в коридор.

— Если ты так боишься бегунов, — Костя двинулся следом, — почему ты их жалеешь? Они ведь, насколько я понял из твоего рассказа, чудовища.

— Потому что у них нет никакого выбора, — Георгий остановился и, повернувшись, посмотрел на него исподлобья. — Ни единой возможности принять решение. Они ведь не виноваты в том, что стали такими. За ними просто не успели, и мне жутко даже представить, каково это — чувствовать и ощущать все после ухода. Жутко даже представить, что я мог оказаться на их месте. Ведь я тоже умер внезапно. Если мне когда-нибудь представится возможность убить бегуна или хотя бы сдать его, я это сделаю. Но я никогда не буду этим гордиться.

— Мои коллеги говорили о них, как о бешеных собаках.

— Твои коллеги — эгоистичные придурки! — огрызнулся Георгий. — И, кстати, этот твой новый приятель Гриша со своим упадническим подходом к работе мне совсем не нравится, чтоб ты знал! Не унывай, Денисов. Многие отработали весь срок — и ни разу не видели бегуна.

— А ты видел?

— Один раз, — покойный фельдшер отвернулся, как-то болезненно скособочившись. — Но это было очень давно. Все — иди и занимайся своим флинтом!

— Как это понимать? Я не умею зашивать колготки.

— Займись с ней чем-нибудь другим.

— Так секса ж нет. К тому же если бы и...

— Я тебе уже говорил, что ты примитивный человек? — раздраженно поинтересовался Георгий.

— Два раза.

— В таком случае, спокойной