Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 3 - Дия Семина

будет только счастлив. После открытия магазина, когда он увидел Наталью Николаевну и Марка Юрьевича, Модест проникся глубоким уважением к нашему клану. Так что мы теперь не уступаем почти никому в городе. Ну я побежала…

— Виолетта очень умная девушка, прям вся в меня, всё понимает и знает цену не только вещам, но и отношениям. Модест многое выиграет, когда осознает, насколько моя сестра сообразительная, — прошептал Савелий и не сдержался, прежде чем отпустить меня на сборы, ещё раз крепко обнял и поцеловал, теперь уже настойчиво и сладостно… А потом прошептал. — Я парню успел дать совет, как сделать предложение, чтобы Виолетта была счастлива, так что сегодня у девочки двойной праздник.

— Сава, ты просто бриллиант, а не муж…

— Да, и потому приготовил тебе небольшой подарок, это не такое колье, каким тебя соблазнял Орлов, но тоже ничего себе. Прими, сделай мне приятное…

— От тебя всё что угодно приму…

Он не произнёс вслух, а я не подтвердила, но мы прекрасно понимаем, по какому случаю этот драгоценный подарок. Моя беременность с этого момента стала свершившимся фактом.

Глава 40. Сила рода

Я позволила Глаше проявить фантазию и сделать мне самую модную причёску к торжественному платью из шёлка. Критически осмотрела себя в зеркале и слегка смутилась, слишком ярким получился образ, но другого подходящего варианта наряда у меня не нашлось ни в одном из многочисленных шкафов особняка. Я думала, что это оправдание, но нет, оказалось — это повод меня пожурить за излишний аскетизм:

— Вот, говорила же вам что надо бы платьями заняться, а вы всё мимо ушей, — ласково проворчала Глаша, а я промолчала, хотя очень хотелось сказать, почему я не спешу с новыми платьями именно сейчас. Скоро все новые платья мне станут тесными…

В шесть часов Савелий вошёл в мою комнату и ахнул.

— Боже мой, какая же ты красивая. У меня нет слов, и ведь невозможно тебя обнять и приласкать сейчас, боязно красоту попортить, причёска достойная царского приёма, Глаша превзошла саму себя.

— Поедем, нехорошо опаздывать на столь значимое мероприятие, — решаюсь слегка поторопить мужа, иначе он и вовсе забудет, куда мы спешим.

— Да, ты права, вашу ручку, госпожа моего сердца, — он задорно вытянулся и предложил свою руку, словно мы сейчас на балу и собираемся закружиться в танце. Но увы, это всего лишь, шикарный проход по коридору и спуск по лестнице.

Карету приказали заложить самую дорогую, её тоже довели до сияния и блеска, как и коней в упряжи, теперь наш выезд не уступает по красоте выезду графа Орлова.

— Прям как принцесса на бал.

— Да, очень похоже на то. Но не бал, а безумно дорогой, клубный ресторан.

— Меня шиком, наверное, не удивить. Поедем, послушаем князя.

Экипаж мягко качнул и покатил по вечернему городу в самое престижное место, куда таким, как мы, на самом-то деле путь заказан. И я вдруг только сейчас поняла, что это ЗНАК!

— Ёлки-палки! Сава, он уже принял решение. Он меня признает, уже признал. Потому и этот ресторан. Будь мы простыми, нас бы не пустили!

— Да, очень похоже на то, я, признаться, даже не задумывался на эту тему. Тогда это его право, отец признаёт или не признаёт детей, значит, всё ещё проще. И нам не придётся делать удивлённые лица…

Савелий сильно ошибся, мы очень удивились убранству заведения. Это не ресторан, а дворец и по совместительству, какое-то таинственное заведение, место, где явно встречаются члены каких-то загадочных организаций…

Такой странный вывод я сделала, рассматривая рамы на стенах, внутри которых не изображения, а каллиграфические символы, неизвестные, мистические знаки, от их вида мурашки по спине бегают, если долго засматриваться. И, видимо, они служат защитой от разного рода нечисти, Савелий вдруг сказал, что это место совершенно чистое, и даже мой призрачный телохранитель вынужден был остаться на улице. Не смог перешагнуть порог.

— Это чтобы никто не посмел подслушивать приватные разговоры? — шепчу мужу.

— А ещё это окончательная проверка нас с тобой на предмет черноты. Будь мы нечистыми или одержимыми, то тоже не смогли бы пройти через дверь.

— Последняя проверка. Ну что же, надо так надо.

Вздыхаю и следуем за представительным камердинером этого странного, таинственного заведения. А в голове множатся неприличные вопросы к этому миру, я явно что-то упустила, здесь есть ещё секреты, о каких я даже не задумывалась спросить мужа, а ведь Савелий уже должен знать.

Здесь всё иначе, и не только в магической составляющей дело…

Мои мысли оборвались в тот момент, когда пред нами распахнули богатые, дубовые, лакированные двери с позолоченными ручками в форме львиных голов.

— Прошу Вас, господа…

Сияющие свечи, в позолоченных подсвечниках вздрогнули от небольшого сквозняка, и комната на миг ожила как в видеоиграх или в мультиках, кто продумывал этот интерьер, превзошёл сам себя, торжественность уже выплёскивается через край.

Нас точно не будут посвящать в какие-нибудь рыцари…

Первый вау-эффект отпустил, когда всё стихло, мы снова осмотрелись, теперь уже с любопытством, и с практической точки зрения, почему бы и не вдохновиться на мужской диван в этом стиле, когда-нибудь позже обязательно.

Помещение приватной гостиной тоже впечатлило своим убранством, как и весь особняк, всего намешано: и мрамор, и дорогая древесина, и мебель настолько витиеватая, что кажется нереальной. Каждый сантиметр кричит о богатстве, причём истинном, а не бутафорном.

Князь вошёл в те же двери, в какие минутой ранее вошли мы.

— Здравия желаю, Ваше Сиятельство, — первым опомнился Савелий, и я сразу последовала примеру мужа, присела в глубоком книксене, опустив голову.

— Добрый вечер, наконец, произошла наша долгожданная встреча. Всё что-то мешало, но оно и к лучшему. Время позволило мне хорошенько обдумать произошедшее, позволь посмотреть на тебе ещё раз, — Григорий Васильевич подошёл ко мне, пришлось подняться и посмотреть в его глаза.

А в голове ни единого разумного слова прямо попросить, отстать от нас, как-то язык не повернулся. Да и к чему такая категоричность, граничащая с глупостью, он не отстанет, теперь Савелий его подчинённый…

— Мне много о тебе рассказывали лестного, своего мнения у меня, увы, пока не сложилось. Нам нужно познакомиться ближе…

— Простите, но я не вижу в этом необходимости. Сближение не даст вам и мне ничего, кроме пересудов в обществе и непонятных сплетен. В жизни случаются разного рода ситуации. В нашей всё предельно понятно и нужно радоваться, что все живы, здоровы и можем быть полезными друг другу, но без лишних…

Тут моё красноречие закончилось, так же внезапно,