Если бы не мисс Бриджертон… - Джулия Куинн

– В таком случае вы должны пойти к ней, – сказал Джордж.

– Полагаю, ей в любом случае потребуется моя помощь, – пожал плечами Орбатнот. – Удачи вам, сынок. Надеюсь, вечер окажется плодотворным.

Джордж смотрел, как отставной генерал направляется в другой конец зала, а потом последовал его совету.

Судя по всему, пришло время пригласить на танец Салли Уэзерби.

Глава 22

Мистер Ковентри оказался прекрасным танцором и так умело исполнял замысловатые па котильона, что Билли с трудом поспевала за ним, не говоря уж о том, чтобы уделить ему хоть толику внимания. Джордж закончил разговаривать с престарелым джентльменом и теперь раскланивался перед леди такой ошеломляющей красоты, что было просто удивительно, как стоявшие вокруг не заслоняли глаза от исходившего от нее сияния. Что-то едкое и неприятное закипело в груди Билли, и все волшебство вечера мгновенно рассеялось.

Билли знала, что не стоило предлагать мистеру Ковентри потанцевать, и леди Мэнстон наверняка хватил бы удар, находись она поблизости. И, вероятно, хватит, когда до нее дойдут разговоры, а это непременно случится. Билли годами избегала визитов в Лондон, но даже она знала, что слух о ее дерзости разлетится по залу в считанные минуты. На следующее утро об этом узнает весь город, и ее заклеймят как слишком невоспитанную и прямолинейную. Все только и будут судачить о том, что она преследовала мистера Ковентри, что пребывала в отчаянии по причине, известной только ей одной, и что она, должно быть, скрывала какую-то ужасную тайну, а иначе с чего ей нарушать вековые устои и приглашать джентльмена на танец? Потом кто-нибудь непременно припомнит неприятный инцидент при дворе, случившейся несколькими годами раньше, и все, конечно же, начнут кудахтать, как это было ужасно. Подумать только! Платье мисс Филомены Рен загорелось, и к тому времени как окружающие поняли, что произошло, на полу уже лежала целая куча беспомощных юных леди, неспособных пошевелиться под тяжестью юбок с массивными кринолинами. И не было ли там мисс Бриджертон? И не она ли сидела верхом на мисс Рен?

Билли пришлось стиснуть зубы, чтобы не зарычать от досады. Если она и оказалась на Филомене Рен, то только для того, чтобы погасить огонь, но ведь никто об этом даже не обмолвится.

Благодарение небесам, тот факт, что причиной пожара стала сама Билли, держался в строгом секрете. Впрочем, она никогда не понимала, как дамы вообще могли передвигаться при дворе, будучи при полном параде. Дворцовый протокол требовал, чтобы кринолины были гораздо шире тех, что дамы носили в повседневной жизни. Обычно Билли обладала отменным ощущением пространства и вовсе не считала себя неуклюжей. Но у кого бы не возникло трудностей с маневрированием в хитроумном наряде, когда бедра выступают почти на три фута в каждую сторону? И – что еще важнее – какой идиот придумал зажигать свечи в комнате, переполненной дамами в уродливых непропорциональных нарядах?

Край платья находился так далеко от ее тела, что Билли даже не почувствовала, как зацепила им свечу, а мисс Рен – что ее платье начало тлеть. К счастью, катастрофа не успела разразиться в полном объеме, потому что она догадалась прыгнуть на девушку и потушить пламя до того, как оно коснулось ее кожи.

И все же после того, как разговоры и причитания утихли, никто даже не вспомнил, что именно Билли спасла мисс Рен от смерти и увечья. Нет, ее мать пребывала в таком ужасе от случившегося, что решила отменить все планы, связанные с дебютом дочери в Лондоне, хотя, попыталась напомнить себе Билли, именно этого она всегда и добивалась, всеми силами боролась за возможность избежать сезона.

Разумеется, в ее планы не входило устраивать пожары или что-то подобное.

Вздохнув, Билли приказала себя сосредоточиться на котильоне, который танцевала с мистером Ковентри. Она совсем не помнила, как это происходило, но, судя по всему, умудрилась не перепутать шаги и никому не отдавить ноги. К счастью, ей не пришлось много беседовать, ибо в котильоне партнеры расходились в стороны и сходились.

– Леди Уэзерби, – произнес мистер Ковентри, когда оказался достаточно близко, чтобы заговорить.

От удивления Билли резко вскинула голову: он что, забыл ее имя? Но нет, как только они опять сошлись в танце, Фредди пояснил:

– Дама, с которой танцует лорд Кеннард. Это леди Салли Уэзерби.

– Она что, вдова?

– С недавних пор, – кивнул ее партнер. – Недавно сняла траур.

Билли стиснула зубы, стараясь сохранять бесстрастное выражение лица. Красавица-вдова была очень молода, вероятно, всего лет на пять старше ее, и выглядела невероятно изысканно в платье, явно скроенном по последнему слову моды, а кожа ее обладала тем алебастровым оттенком, какого ей самой ни за что не удалось бы добиться без специального отбеливающего крема.

Она готова была съесть свою шляпу, если солнце хотя бы раз коснулось идеальной формы щек леди Уэзерби.

– Ей необходимо опять выйти замуж, – продолжал мистер Ковентри. – Леди так и не подарила старому лорду Уэзерби наследника и теперь живет за счет щедрости нового лорда Уэзерби, или, если точнее…

Котильон вновь развел их в стороны, и Билли едва не вскрикнула от досады. И почему кто-то думает, что вести важные разговоры во время танца хорошая идея? Неужели никого не заботила своевременность получения информации?

Билли сделала шаг вперед и вновь оказалась в пределах слышимости от мистера Ковентри.

– Или, если точнее?..

Он понимающе улыбнулся:

– Ей приходится полагаться на милость супруги нового лорда Уэзерби.

– Уверена, общение с лордом Кеннардом доставит ей удовольствие, – дипломатично заметила Билли, однако ее слова вряд ли обманули мистера Ковентри. Он прекрасно понимал, что она страшно ревнует. И все же Билли была обязана хотя бы попытаться изобразить безразличие.

– Впрочем, я бы не стал беспокоиться, – произнес мистер Ковентри.

– Беспокоиться?

И вновь Билли пришлось некоторое время ждать ответа. Она грациозно обошла вокруг другой леди, мысленно проклиная котильон. Разве на континенте не появился новый танец, на всем протяжении которого леди и джентльмен оставались подле друг друга? Его объявили ужасно скандальным, но, если честно, неужели никто не понимал, насколько это практично?

– Кеннард не слишком обрадовался необходимости отдать свой танец с вами мне, – пояснил мистер Ковентри, когда они опять сошлись, – и если он пригласил леди Уэзерби, то это не что иное, как месть.

Только это совсем не походило на Джорджа. Его чувство юмора могло быть весьма коварным, но поведение – никогда. Он не стал бы