Подснежник для сурового Апреля - Тиро Томое

Рик слабо улыбнулся, протянул руку, на котором вдруг огнём блеснул яркий камень, прикоснулся к моей щеке.

— Маргарита, меня зовут Эрик Этвелл. Я хрейдмар Каэрллиона. — и добавил виновато, — прости, что обманывал тебя.

Я медленно осела на траву. Так и бухнулась пятой точкой.

Рик долбанный хрейдмар?! Всё это время…

— Ты… бредишь, да? — прищурилась я недоверчиво.

— К сожалению, нет. Я в здравом уме, — подтвердил он, — и наконец-то в здравой памяти.

Рик упёрся локтём, попытался приподняться на траве, но оскалился, бессильно опрокидываясь назад. Секунду помешкав, я бросилась на помощь.

— Хоть ты и долбанный обманщик, — бурчала я, заливаясь слезами, но помогала подняться Рику, — только уже поздно злиться на тебя. Я так испугалась, когда ты тут умирал…

Он, опираясь на меня, медленно сел, отдышался, а потом рывком притянул меня к себе. Прижался губами к моей макушке.

— После всего что между нами было, я просто обязан на тебе жениться, — сквозь слабость, прошептал он.

— Не смешно, — буркнула я, помедлила мгновение, но обхватила мокрое тело руками и прижалась щекой к груди. Сердце билось ровно, как часы. Облегчённо вздохнув, я сказала, — давай выбираться, Рик… Эрик.

— Дай мне минуту, чтобы собраться с силами, — хрипло ответил он, — Маргарита, клянусь, я всё тебе объясню. Но позже. Сейчас нам нужно выбраться отсюда и решить кое-какие проблемы.

— Опять? Что на этот раз?! — возмущённо пропыхтела я куда-то ему в ключицу.

— Всё то же самое. Долг и ответственность. Дай мне встать. Я открою портал, а ты пока набери воду. Мы всё-таки за этим сюда пришли.

Глава 58

Глава 58

Каэрллион, Динллуд, резиденция Эрика Этвелла

Эдвард Денжиди хмуро цедил густую чёрную жижу и недовольно морщился. Жижа должна была придать ясности уму, бодрости телу, но только вызывала изжогу.

Неопределённость смотрела в окно. Непривычно тихая, молчаливая и очень печальная. Хотя, какая теперь, к Тарху, она неопределённость? Совершенно определённая невеста хрейдмара. Первая среди равных по статусу, в водах священной Суммишимы разделившая годы жизни со своим возлюбленным.

Как интересно закручиваются спирали судьбы, сложенные из поступков и случайных событий.

Ург хмыкнул, отодвигая чашу с жижей, и повернулся к хрейдмару, сосредоточенно копающемуся в бумагах. Листы были старыми, если не ветхими, пожелтевшими от времени. Эрик вытащил их из старого тайника, о существовании которого ург даже не подозревал. Да и сам Эрик обнаружил только на днях. Точнее, вспомнил о его существовании.

Эдвард, повидавший всякого на своём веку, сейчас находился в растерянности. Потому что просто ничего не мог предпринять, не мог изменить. Для деятельного урга это было почти катастрофой.

Хранитель Равновесия. Это звание Эрик носил с того момента, как стал хрейдмаром, а до этого звание принадлежало его отцу, а до того отцу его отца…и так до бесконечности, уходящей корнями в прошлое.

Все это знали, но никто не подозревал об одной маленькой детали. Хранитель был не один. Их было много. И хранили они не только свой мир, но и суть бытия всего Календора.

Никто, кроме одной странной девушки, пришедшей на зов ритуала. Но и она молчала, просто считая всё само собой разумеющимся. Есть Хранитель и он должен тварей изгонять, а не отборы устраивать. От того и бесновалась на хрейдмара, который ни сном ни духом не подозревал о собственной миссии.

Хранитель утратил знания. Кто-то стёр его память и вернулась она только в водах источника, когда Эрик делился годами жизни с собственной наречённой.

Хранители несли вахту в сумеречном месте, Межмирье, называемом Томхет. Там, в высокой башне Сфорон — башни Времени — горел вечный огонь, защищающий миры от проникновения демона Валлафара. Каждый из двенадцати Хранителей заступал на вахту в своё время. Они носили имена созвучные месяцу, в котором заступали на службу.

Эрик именовался Хранителем Апреля.

И ург наконец понял, куда пропадал его друг и правитель каждый год. Он уходил в церемониальных доспехах, которые ненавидел всей душой, а спустя ровно три дня, по времени Каэрллиона, возвращался, но выглядел так, будто отсутствовал месяц. Заросший, злой и жадный до женской ласки.

Раньше.

В последние два года Эрик неотлучно был в Каэрллионе.

Изменилось не только это, но и характер Эрика. Он стал жёстким, холодным, не терпящим возражений. Даже улыбка друга стала странной. Улыбались губы, глаза оставались полными льда. Долго. Пока в Каэрллион не явилась неопределённость, запустившая лавину событий.

Она пришла в самую холодную зиму в истории Каэрллиона. В зиму, которая уже давно должна была стать весной, но продолжала заносить снегами весь мир.

— Эм-м, — ург решил прервать тишину, которая уже начала угнетать, — так, что? Это не подселённые воспоминания?

Эрик поднял голову от бумаг. Его взгляд был напряжённым.

— К сожалению, нет. Бумаги всё подтвердили, Нед. Это, Тарховы яйца, реальность, о которой я напрочь забыл. И всё, что происходило в Каэрллионе, связанно с моей потерей памяти. Все эти твари, что лезли к нам, зима, которая никак не кончится. Всё это звенья одной цепи. Равновесия больше нет. Я в этом уверен. Легенда, которую обнаружила Маргарита, это…я когда-то там её оставил. Просто напрочь об этом позабыл.

От окна раздался спокойный голос Маргариты.

— Не забыл, Рик. Тебя заставили забыть. Помнишь тот осколок, о котором я говорила?

Маргарита развернулась, подошла к столу и мягко опустилась в кресло. Ург на секунду залюбовался её новым обликом. Больше не было серых оленьих глаз. В них теперь горело расплавленное золото — отличительный признак магов из Дома Теней. В движениях Маргариты, в повороте головы, в том, как она себя держала — почти ничего не осталось от прежней оборванки, которая попала в Каэрллион из-за вмешательства Эрика в ритуал. Теперь она была частью этого мира, но от неё всё так же веяло теплом и лаской. Суть Маргариты осталась прежней.

— Помню. Только всё равно не понимаю, что это. Осколок это часть Интерума, который изначально находился в кольце. Кольцо передаётся по наследству от Хранителя к Хранителю. Но я понятия не имею, почему он вонзился в моё сердце, — Эрик нахмурился и зашелестел бумагами.

— Я думаю, тут всё очень просто. Это как-то связано с той Башней, которая тебе тогда привиделась, — Маргарита улыбнулась, — ну, тот транс. Когда ты у меня на коврике чуть