Королевство Крови и Судьбы - К. Р. Макрей

меня от этой миссии своей красивой внешностью и дьявольским обаянием, и чем больше времени я проводила с ним, тем больше начинала допускать мысль остаться здесь его королевой.

Но королева Сибил была права. Я не создана для этого, и была дурой, думая иначе.

К моему удивлению, Каспиан не ворвался в мою комнату, как Чудовище, требующее, чтобы Красавица ужинала с ним. Хотя, учитывая, как мы расстались после нашего последнего разговора, он, должно быть, думает, что я предпочитаю ему Каза.

Он отказывается от меня? От нас?

Так и надо. Так будет легче расстаться. И все же мысль о том, чтобы потерять его, повергает меня в пучину отчаяния.

Мои хронические симптомы сегодня бьют ключом. Я не помню дня, когда бы чувствовала себя так плохо с момента первоначального заражения. Тело тяжелое, и я не уверена, хватит ли у меня сил дойти до ванной, если понадобится. Комната то расплывается, то снова фокусируется, волна тошноты накрывает меня, и я сворачиваюсь в позу эмбриона и жду, пока пройдет.

У меня болит голова. Живот. И сердце.

Вдохни через нос, выдохни через рот…

— Я плохо себя чувствую, — бормочу я Элоуэн.

Мне все равно нечем заняться. Персонал знает, что делать для маскарада, и приглашения разослали вчера. Я никому не нужна, так что я могу и поспать.

— Конечно, — говорит Элоуэн. — Прости, что побеспокоила.

Укол вины пронзает меня, когда я слышу, как она закрывает дверь.

Такая уж ты, Бриар Кейси — вечно разочаровываешь тех, кто к тебе ближе всего.

Знакомые лица стоят вокруг меня кругом. Мои родители, мои врачи, маг и даже Королева Сибил приближаются ко мне, шепча злобные слова.

Жалкая.

Эгоистичная.

Ленивая.

— Хватит! — Я зажимаю уши руками и падаю на колени.

Каз и Каспиан выходят вперед и встают передо мной.

— Я думал, ты любишь меня, Бри, — говорит Каз. — Как ты могла переспать с ним?

— Я больше не могу этого выносить, — говорит Каспиан. — Так что выбирай сейчас. Меня? Или мою светлую половину?

— Пожалуйста, я не готова! — Мои плечи сотрясаются от рыданий. — Пожалуйста, не заставляй меня выбирать…

— Бри? Бри, проснись.

Вырванная из кошмаров, я задыхаюсь, резко садясь в кровати, на лбу холодный пот.

— Тш-ш-ш, все в порядке, моя любовь. Я здесь.

Я поворачиваюсь и вижу обеспокоенные бордовые глаза, смотрящие на меня.

— Каспиан?

— Тебе снился кошмар. — Он помогает мне снова лечь на подушки, но не отпускает мою руку. — Это уже третья ночь, когда ты не спускалась к ужину.

— Я приболела, — ровно говорю я, поворачивая голову на подушке, чтобы избежать его взгляда.

— Элоуэн говорит, что ты почти не притронулась к еде с нашей последней встречи.

— Я не голодна.

— Мне все равно. Ешь. — Его властный голос не оставляет места для переговоров.

— Если я поем, ты оставишь меня в покое? — Я не могу выносить взгляд на него, когда эти слова слетают с моих губ, поэтому натягиваю одеяло на голову.

Он не отвечает. Чем дольше длится тишина, тем сильнее колотится мое сердце, и секунды превращаются в бесконечное напряжение. Я зажмуриваюсь, желая проснуться в своей постели в Лос-Анджелесе и забыть о Багровой Долине и мрачноходах.

Каспиан вздыхает.

— Бри, что случилось? — Он стягивает одеяло с моего лица и берет меня за подбородок, приподнимая мою голову, чтобы посмотреть на меня. — Скажи мне, что не так.

— Ничего.

— Не лги мне. — В его тоне больше отчаяния, чем гнева, словно он умоляет меня сказать правду. — Ты избегаешь меня почти три дня. Тебе… противен я? Моя жажда крови?

— Что? Нет, вовсе нет.

Он проводит большим пальцем по моему подбородку.

— Тогда почему ты не хочешь меня видеть? Что бы ни случилось, я все исправлю. Если кто-то причинил тебе боль, я велю отрубить ему голову. Я защищу тебя, Бри, но ты должна мне позволить.

Его лицо искажено болью, и худшее — знать, что я причина его страданий. Пока он держит мой взгляд, слезы наворачиваются на глаза.

— Я-Я не могу здесь остаться, — говорю я ему, мой голос дрожит от эмоций. Слеза скатывается по щеке, когда моя грудь сотрясается от прерывистого рыдания. — Я здесь не место.

— Конечно, место. Твое место рядом со мной.

— Нет, не мое. — Я вытираю слезу кончиком пальца. — Человеку не место в Багровой Долине, тем более в качестве королевы. Я не готова ко всем этим обязанностям. Я просто слишком устала. Я так устала, что не могу даже мыслить здраво. Я просто… хочу домой.

Он начинает говорить быстрым, шепчущим голосом.

— Пожалуйста, не говори так. Ты ошибаешься, ты идеальна как моя королева. Если ты чувствуешь себя подавленной из-за всех обязанностей, я найму достаточно персонала, чтобы делать все за тебя. Тебе никогда не придется и пальцем пошевелить, потому что я буду заботиться о тебе.

Это заявление заставляет меня плакать еще сильнее.

— Нет. Ты должен отпустить меня домой, Каспиан.

— Нет, я не могу отпустить тебя, — говорит Каспиан. — Не после всего, что у нас было. Пожалуйста, не отказывайся от нас. Просто дай мне время до полнолуния, и ты увидишь. Я знаю, ты полюбишь меня.

Я вырываюсь из его хватки и встаю, пытаясь создать между нами дистанцию.

— В этом-то и проблема. Чем дольше я остаюсь, тем больше причиняю тебе боль. — Волна головокружения накатывает на меня, и я хватаюсь за спинку кровати, чтобы не упасть.

Он обходит кровать и встает передо мной, сжимая мои плечи.

— Ты не причиняешь мне боль. То, что у нас было, так особенно. Я нашел свою истинную пару, и теперь, когда я нашел тебя, я никогда тебя не отпущу. Ты останешься здесь, со мной, и мы будем счастливы. Мне просто нужно больше времени, чтобы доказать тебе это.

— Каспиан, пожалуйста, не делай это еще труднее, чем уже есть.

Он падает на колени, вцепившись в мои руки мертвой хваткой.

— Я умоляю тебя, не уходи. Я сделаю все, что ты захочешь, но, пожалуйста, не оставляй меня.

Моя решимость рушится. Я падаю на колени перед ним, так что мы оказываемся на одном уровне, ковер впивается в мою кожу.

— Тогда пойдем со мной. Вернись на Землю со мной.

Он качает головой.

— Не могу. Я физически привязан к этому миру древним проклятием.

— Если я останусь, Каз тоже сможет остаться? — шепчу я.

Его лицо искажается.

— Делить тебя? С ним?

Мое сердце бьется так быстро, словно колибри заперта в моей грудной клетке. Неправильно вести этот разговор без Каза, но если я