Цветок мятежного князя - Мэри Кенли

— Он действительно ваш сын? Извините за бестактность, просто… Цзенлан совсем на вас не похож.

Князь некоторое время молчал, прежде чем ответить:

— Его отец — мой покойный брат. Мать была служанкой, которая умерла вскоре после родов. Брат так и не узнал, что она беременна.

— Ох, это… Простите. — покаянно прошептала я.

— Ничего, леди Шен. Я воспитывал Цзенлана с юных лет, старался заменить ему обоих родителей, но это не так просто. — Хао Вейян отошёл, как только я закончила перевязку. — А сейчас я должен поскорее разобраться с проблемами, дабы вернуться домой. Ждите здесь, леди Шен. Я скоро вернусь.

Глава 31

Нет ничего хуже бездействия. Тогда время течёт особенно медленно, а в мыслях зарождается уродливый червячок тревоги. За окном уже стемнело, а я не решалась зажечь лампу. Боялась привлечь лишнее внимание… Уж лучше затаиться, как и просил князь.

Я мерила шагами маленькую комнату, бродила из стороны в сторону, пытаясь избавиться от липкого напряжения. Но увы — воображение рисовало в сознании спутанные, мрачные образы.

Я изменила сюжет. Теперь это стало до боли очевидным: ведь многих событий просто не было в дораме. До сих пор я тешила себя мыслями, что изменения не так уж велики… Да, они затронули отношения Цзенлана и Сюнин, но не сильно. Верно?

«Нет, совсем неверно!»

Недавние события доказали одно: сюжет уже сошёл с рельсов, наш незримый поезд упрямо мчится в неизвестность. И главный вопрос очень прост: удастся ли мне прийти к тому самому «счастливому финалу»? Не знаю. Хоть бы князь не пострадал…

Мы провели с ним не так много времени, а я уже чувствую, что он единственный, с кем мне хочется быть от начала и до конца. Эта любовь чертовски мучительна: она сжимает сердце волнением, обжигает щёки румянцем и ежечасно дарит глупую надежду на счастье…

Хао Вейян не был моим принцем. Едва ли он женится на девушке из Цветника, и даже роль наложницы для меня недоступна… Всё потому, что князь поглощён грядущей войной. Совсем скоро он покинет Шуаньи ради последней битвы, в которой прольётся много крови. Вейян много лет тайно готовил войско, способное смести армию Луна.

Но посреди всех заговоров и интриг я (наивно) мечтаю о том, чтобы он обратил на меня внимание и, возможно… Нарушил привычные устои своей жизни.

«До невозможности глупая мысль»

Я подошла к окну, следя за размытыми силуэтами людей. Около постоялого двора было довольно много пьяниц и бродяг, их хаотичные движения особенно бросались в глаза. Но ещё рядом шныряли воры, убийцы и наёмники… Они скрывались в тенях, прыгали по крышам и привносили оттенок страха в этот скудный пейзаж.

Я поёжилась, опустила ладони на подоконник и в этот момент… Окно вдруг распахнулось. Князь спрыгнул на пол с грацией дикого зверя, а потом без слов притянул меня ближе.

Я даже пикнуть не успела — и в следующий миг оказалась на улице, прижимаясь к крепкой груди Вейяна. Крик застыл в моём горле, растворившись на тёмных улицах города.

Кровавый князь стремительно и легко опустился на землю, после чего улыбнулся:

— Простите за дерзость, леди Шен. Нам пора.

И мы вновь сорвались с места в безумный бег. Впервые за долгое время я смогла увидеть всю его силу. Ловкость натренированного бойца, поразительная быстрота движений… Казалось, будто князь дышит ночным городом, вбирает его энергию и преобразует в безудержную решимость.

Он остановился лишь в тот момент, когда мы преодолели ворота. Там нас ждала повозка и всадники на быстрых лошадях. Один скакун явно предназначался для Хао Вейяна… А вот экипаж точно для меня.

— Прошу вас, леди Шен. Скоро мы вернёмся в поместье.

Его уверенная улыбка и прикосновение тёплой ладони на прощание… Клянусь, в тот момент моё сердце задрожало. Я вдруг поверила в невозможное: в то, что Хао Вейян и вправду ко мне что-то чувствует.

Ночь рассыпалась под ногами быстрых коней, колёса повозки без устали неслись по дороге. И я медленно засыпала, пытаясь сохранить то тепло, что подарил мне князь. Тогда в моём сердце ещё не возникло дурное предчувствие… А ведь беда была совсем рядом.

* * *

Поместье Вейяна.

Кровавый князь вернулся. Замершее в сонном оцепенении поместье, наконец, пробудилось. Взбудораженные слуги передавали благую весть из уст в уста: правитель Шуаньи жив! Он вернулся и намерен свершить правосудие.

Хао Вейян не собирался медлить. Соратники тайно провели расследование и вычислили всех предателей. Виновные уже были схвачены, но с одним из них он должен поговорить лично.

— Отец! — Цзенлан едва успел нагнать Вейяна, не скрывая счастливой улыбки. — Слава богам, ты жив и здоров… Теневой мастер донёс мне о твоём состоянии, но я всё равно волновался.

— Прибереги волнение для других, сын. — задумчиво произнёс Кровавый князь. — Ночь ещё не закончилась.

Цзенлан невольно поёжился, понимая истинное значение его слов: всё закончится лишь тогда, когда предатель понесёт справедливую кару. Но наследник до сих пор не знал, кто повинен в страшном злодеянии…

Он помнил, как взбесилась лошадь Юнли Шен, как отец пытался помочь ей — и они вместе упали с обрыва. Тогда ошеломлённый Цзенлан хотел сорваться на подмогу, но его остановили телохранители. Именно они обнаружили ту коварную траву, призванную погубить князя.

Внезапно, Хао Вейян остановился. Его плечи покрывал чёрный плащ с вышитым золотым тигром. Подобные одеяния всегда были знаком тяжкого (но необходимого) решения.

— Ты уверен, что хочешь видеть предателя? — прямо спросил князь, опустив подбородок.

— Я…

Цзенлан вдруг осознал: впереди дверь, которая отделяет его от жестокого потрясения. Но если он струсит и уйдёт… Потрясение всё равно настигнет его позже.

— Я хочу. Хочу посмотреть в глаза тому, кто желал твоей смерти.

— Да будет так.

Хао Вейян кивнул и решительно открыл дверь, заходя в тёмное помещение. Оно пропахло кровью, потом и слезами. Ведь это была тюремная камера — последнее пристанище для врагов князя.

— Ваше Величество. — управляющий Фан напряжённо оглянулся. — Я… Я сделал всё так, как вы велели.

— Да. Благодаря этому я успел перехватить письмо в городе, где укрылись убийцы. — Кровавый князь задумчиво усмехнулся, но вскоре усмешка его пропала.

Он приблизился к камере, молча разглядывая предателя.

— М-матушка Гуань! — и только сейчас ошеломлённый голос Цзенлана прервал воцарившуюся тишину. — Отец, это какая-то ошибка!

Наследник посмотрел на князя и, не найдя ответа, повернулся к управляющему:

— Это ведь… неправда?

— Простите, юный господин. — Фан поклонился, скрывая скорбь на лице.

— Гуань. — холодный голос Вейяна заставил её