Цветок мятежного князя - Мэри Кенли

покрыл ею путь к обрыву, спрятав траву среди маков. — ровным голосом проронил Вейян. — Мой конь спрыгнул — и напоролся на острые камни. Я видел его тело, когда река уносила нас по течению.

— Я… Соболезную, Ваше Величество.

Он потерял не просто лошадь — боевого товарища. Я слышала, что этот конь не раз спасал его от вражеских стрел… Боже, какая невыносимая жестокость!

— Но… Ваш сын и принцесса, они же не пострадали? — взволнованно спросила я.

— Не думаю. — Хао Вейян негромко вздохнул. — Они были далеко, их лошади не так чувствительны к аквилле, да и потом… Эту ловушку приготовили для меня. Тот обрыв был стратегически важным местом.

Все пути обрывались там, на краю бездны. Я опустила взгляд на свои израненные руки, медленно сжимая их в кулаки. Князь был обнажён по пояс — его одежда также сушилась неподалёку. Сейчас, когда глаза привыкли к свету, я могла разглядеть рельефные мышцы его сильного тела, но отчаянно пыталась не глазеть.

Боже, мы находимся в крайне постыдном положении! За такое в приличном обществе мужчина обязуется жениться на девушке, однако…

— Вы ранены. — с неожиданной ясностью проронила я.

Он точно пытался это скрыть. Его лицо было спокойным, жесты — расслабленными. Но я ощутила запах крови… И шёл он вовсе не от меня.

Князь задумчиво прищурил глаза и, наконец, кивнул:

— При падении с обрыва мне повезло меньше вашего. Я порезался об острый камень.

— Дайте взглянуть на рану.

Я решительно поднялась, подходя ближе. Хао Вейян поджал губы, молча поворачиваясь спиной. Порез, если честно, выглядел устрашающе… От левого бока он протянулся почти до позвоночника. Но князь явно успел промыть свою рану, потому как грязи не было, и она почти не кровоточила.

— Я не хотел пугать вас. — признался мужчина, тяжело вздохнув. — Но раз уж вы не боитесь… Можете помочь обработать рану?

— Разумеется. — я поплотнее укуталась в плащ и прошептала. — Нам, наверное, нужны лекарственные растения…

Но Хао Вейян лишь улыбнулся, кивнув в сторону. Оказалось, что рядом с одеждой уже лежали пучки красного мха и… Стебли алоэ?

— Сок алоэ обеззараживает и заживляет раны. Алый мох — впитывает кровь и снимает воспаления. — ровным голосом пояснил князь.

Под его руководством я нанесла на рану живительный сок, а затем приложила мох, который казался удивительно мягким на ощупь.

— Вы хорошо осведомлены о здешних растениях. — невольно улыбнулась я.

— Мы выживали здесь годами, леди Шен. В ход шло всё: травы, коренья, целебные источники… В конце концов, нет ничего сильнее жажды жизни.

Я посмотрела на князя и вздохнула, аккуратно придерживая мох. Как только он потяжелеет, впитав достаточно крови — нужно сменить на новый.

— Вы сказали, что мне «повезло» при падении с обрыва, но это неправда. На самом деле… Ваше Величество спас меня от приземления на камни.

Я помню, он был рядом. И в тот момент, когда мы сорвались в бездну… Князь вполне мог избежать этого ранения. Просто… В таком случае, оно досталось бы мне.

— От вас ничего не скроешь, леди Шен. — мягко улыбнулся Вейян. — Но разве это важно? Долг воина: оберегать тех, кто нуждаются в его защите.

Я опустила подбородок, чувствуя, как громко стучит сердце. Он говорил правильные, крайне благородные вещи… Но мне всё равно хотелось думать о другом. О том, что дело не только в «долге воина».

— Вы благородный человек, князь. — со вздохом призналась, перебирая пальцами по мху. — Но я действительно не понимаю… За что вас так ненавидят?

Речь, конечно, о ней. Императрица так жестока и непримирима… Она пытается всеми силами извести князя, будто само его существование доставляет ей невыносимые муки. Но почему?

Оригинальный роман давно поблёк в моей памяти, оставляя лишь смутные очертания. Но я помню одно: ненависть Лиян Цзинь была глубокой и личной. Она… В каком-то смысле теряла хладнокровие, когда речь заходила о Хао Вейяне. И это довольно странно.

— Тот, кто для одних стал героем, для других может быть злодеем. — задумчиво проронил князь, прикрыв глаза. Его дыхание постепенно нормализовалось, а неторопливый голос зазвучал вновь, увлекая и завораживая.

— Её Величество… Подобна сундуку с демонами. Она бесконечно им потакала, вскармливала чужой кровью, и, в конце концов, они стали сильнее её воли. Когда-то давно… эта женщина любила моего отца.

— Что? — невольно переспросила я, склонив голову набок. — Она… Любила генерала? А как же наследный принц?

Я помню, что Лиян Цзинь была невестой старшего сына императора, но тот бросил её за шесть месяцев до свадьбы. Так откуда же взялся бравый генерал?

— Наследный принц был желанием её семьи. Генерал — желанием сердца. — Кровавый князь усмехнулся, дёрнув подбородком. — Отец разбил ей сердце, когда выбрал мою мать. А затем… Наследный принц отказался от невесты Лиян.

Мне с трудом верится, что эта прекрасная, игривая (и крайне жестокая) женщина могла столкнуться с таким отвержением… Должно быть, в её душе разверзлась настоящая бездна из боли и отчаяния.

— В конце концов, она вышла замуж за другого принца и помогла ему избавиться от всех претендентов на трон. — произнёс Хао Вейян. — Покойный император был мудрым и сильным, но его вынудили отдать корону Янею Цзиню. А затем… Настал час расплаты для моей семьи.

Князь замолчал. Его молчание было тяжёлым и мрачным, как сгустившиеся в преддверии грозы тучи. Я прикусила нижнюю губу, осторожно меняя мох, и мягко проговорила:

— Пламенный павильон… Его архитектура очень похожа на дворцы Небесного города. Это ведь неспроста, верно?

Я знаю одно: Кровавый князь ранен. Не только внешне, но и внутренне. Он впервые говорил со мной так откровенно и, думаю… Для него это редкость. Но порой человеку просто нужно выговориться, иначе душа его лопнет от натуги. А я готова выслушать каждое слово того, кто меня спас.

— Да. — неспешно ответил он. — Я провёл там почти всё своё детство. Когда генерала Вейяна призвали на войну, мать отправилась за ним. Думаю, уже тогда она что-то подозревала… Их убили не вражеские стрелы, а подлый удар со спины.

Он говорил об этом слишком спокойно, в то время как я дрожала. Не от холода — но от бурлящих чувств князя.

— И что случилось потом? — моя ладонь легла на его спину. Я отчаянно хотела обнять Вейяна, но сдерживалась, понимая, насколько это неуместно…

— Генерала обвинили в измене. Моих старших братьев призвали на западные границы, дабы «искупить» грехи клана. — князь усмехнулся, поджав губы. — Но император не желал отправлять и меня. А Лиян Цзинь не хотела, чтобы отпрыск генерала остался в Небесном городе.

В тот