Бунтарка. (не)правильная любовь - Екатерина Юрьевна Васина

— Так, а «неподругу» как зовут?

— Кристина!

— Двадцать с хвостиком лет уже откликаюсь на свое имя. Кто там заставил тебя нарядиться?

— Его зовут Максим.

Из кухни донесся грохот, а потом офигевший вопль Леры:

— Только не говори, что это мой препод по физкультуре!

— Упс! — присвистнула я, оглядывая еще сильнее покрасневшую маму. — Лерусь, ты, кажется, попала в точку.

— Да ладно!

Сестра выскочила в коридор, не обращая внимания на тираду мамы о том, что подслушивать нехорошо.

— Ты реально ходила на свидание с моим преподом? Вау! Охренеть! Но ему же сорок семь!

— Но не девяносто же! — вмешалась я. — Хотя вон и в восемьдесят свадьбу сыграли, я читала.

— Да вы чего? — слабо отбивалась мама. — Какие свадьбы? Ну встретились, погуляли. Вот же… сразу напридумывали!

Из дома я выскользнула в почти хорошем настроении, которое подпортилось после встречи с Никой. То и дело ловила себя на улыбке, пока смотрела в окно такси. Водитель попался молчаливый, слушал последние новинки поп-музыки и периодически вздыхал. Зато не мешал мне думать. А мыслей было много. Они сталкивались в голове, теснили друг друга и словно ругались.

Тимур встретил меня у подъезда. Молча притянул к себе и поцеловал, чуть прикусив губу. Отчего я вцепилась ему в футболку и предупредила:

— Не люблю секс на людях.

— Согласен. Каждый лезет с советами. Пошли, я на сегодня все с проектами. Задолбался.

— С утра что ли работаешь?

— С шести утра. — поправил меня Тимур, одновременно открывая дверь, — Перед твоим приездом только закончил. А что делать, я ж крутой специалист и все хотят меня и мои мозги.

— Звучит так, словно ты мне пересказываешь фильм про зомби.

Пока поднимались по лестнице, я поймала себя на том, что мне… хорошо. Да, внутри бурлили те чувства, которые мы испытываем в период влюбленности. Но при этом рядом с эйфорией соседствовала уверенность и чувство безопасности. Я почему-то твердо знала, что рядом с Тимом все будет хорошо.

Как и рядом с Марком. Несмотря на то, что пока я на него продолжала обижаться за финт с работой.

— Что произошло?

Тимур пропустил меня в квартиру, которая носила следы умеренной захламленности. Тут рубашка валяется, на журнальном столе стопка журналов и пара чашек, на полу плед, сползший с дивана.

— Ты опять в гостиной спал. — проговорила я грозно. — Тебе кровать для чего?

— Вот только не надо, не надо. Человек был уставший, решил посмотреть сериал и уснул.

Я наклонилась и подняла банку из-под пива.

— Безалкогольное. — невозмутимо ответил Тимур. — Гадость редкостная, больше экспериментировать не стану. Это Марк советовал.

Я со вздохом отнесла банку на кухню и выбросила ее в ведро.

— Крис.

— М-м-м?

Ладно, на кухне все оказалось более-менее в порядке. Разве что цветок на подоконнике выглядел подозрительно и требовал поливки.

— Что случилось?

— Сейчас Марк приедет. — пробормотала я, подходя к Тимуру. Обняла его за пояс, лицом уткнулась в футболку и глубоко вдохнула запах мужчины и парфюма. Едва не замурлыкала от удовольствия. Ощутила как мышцы под моими руками напряглись, а после Тимур пробормотал:

— Вашу мать…

Да, крайне содержательно. Я прижалась еще сильнее, сейчас ощущая физическую необходимость вот так постоять и просто отдохнуть. Закутаться в пьянящее чувство безопасности, на миг отрешиться от всех проблем.

— Крис, — простонали над моей головой, — ну не могу я больше! Давай распишемся, а? И пошло оно все!

* * *

Марк

«Ты обращаешься с женщинами как с финансовыми отчетами. Холодно и с деловым подходом».

Эти слова когда-то кинули мне в лицо, вместе с кольцом. Которое я покупал в одном из лучших ювелирных бутиков.

Оно тогда попало мне в бровь, но я едва это заметил. Уход Миланы сильно ударил по самолюбию. Уже потом понял, что любовь там была слабенькая. Завязанная больше на страсти и самолюбовании. Мол, смотрите какая у меня красивая женщина.

Милана действительно была красивой. Хотя, почему была? Она и сейчас, я уверен, выглядит просто роскошно. Учитывая, что два года назад уехала в столицу и теперь вращалась там в высоких кругах. Вот что значит выгодно выйти замуж. Интересно, тому мужчине она говорит, что он с ней холоден?

На самом деле такие вопросы меня не сильно беспокоили. Милана уже давно превратилась в дымку прошлого. А вот ее фраза то и дело всплывала.

Сегодня я опять ощутил себя ублюдком. После того как Кристина ушла из кафе. Она меня ни в чем не обвинила, продолжила спокойно общаться, но взгляд то я ее видел. И он был далеким от того взгляда, которым она смотрела по утрам. Или по вечерам.

Но отдавать ее конкурентам не собирался. Во-первых, информация, где она работала прежде не засекреченная. Плюс рано или поздно, но наши отношения тоже выплывут наружу. Точнее, думаю, ее работники догадываются о подобном.

Мало ли что может прийти в голову тем, к кому она уйдет работать. Рисковать Кристиной… нет уж, пусть обижается, но нет.

Ее следует осторожно убрать из тех аспектов бизнеса, в которых я замешан.

Потому, когда Кристина позвонила в разгар неофициальных переговоров, я понял, что безумно рад и соскучился. Жаль только, что увидеться получилось лишь спустя два часа. Срываться в разгар переговоров, даже к любимой женщине, не слишком хорошо. Конечно, если речь не идет о жизни и смерти.

— Девушка хочет видеть? — с интересом спросил мой собеседник.

Илья мне нравился чисто по-человечески. Пару раз мы сталкивались, когда мне требовалось установить «тревожную» кнопку и сигнализацию в клубы.

А теперь мы встретились по иному поводу. Более серьезному и интересному.

— Девушки они такие. — сообщил, глядя на воду в бокале.

Судя по голосу, Кристина волновалась, хотя и старательно сдерживалась. Но меня не обманешь.

— Да, не позволяют о себе забыть.

— Даже во время дел, — намекнул я о том, что лучше вернуться к предыдущей теме разговора.

— Ладно, Марк, — Илья коснулся пальцем стопки бумаг. Они лежали между нами и манили цифрами. — Суть у нас с тобой какая? Давай еще раз обсудим. А потом уже разъедемся к нашим дамам.

Да уж…

В итоге, когда я припарковал машину под окнами Тимура, на улице стояли хорошие летние сумерки. В кустах сирени неподалеку пел соловей, а в руках у меня покачивались три белоснежные розы. Прямо рыцарь-романтик из мелодрамы, да и только.

Тимур на домофон ответил моментально.

— Что у вас? — спросил я, едва переступив порог.

Атмосфера в квартире была не просто напряженной. Она, мать ее, искрила как оголенный провод в луже. И вовсе не от страсти. Вышедшая