Необычный любовный роман - Эшли Постон

Он откинулся на спинку скамейки, перекатывая ириску во рту.

— Я уже это делаю, — сказал он. — Ну, делал. У меня была работа мечты. Я писал рецензии на романы для «Нью-Йорк таймс». В основном на триллеры и саспенс, но иногда мне везло, и я делал обзоры на любовные романы. И не было ничего лучше, — затем он нахмурился, и впервые за несколько часов на его лицо снова легла тихая холодность, хотя теперь я знала его лучше. Это была не холодность. Это была грусть. — Но я не получал настоящего удовольствия ни от одной книги с тех пор, как… ну, ощущения уже не те, — он покачал головой. — Время меняет тебя. Истории меняют тебя. Люди, которых ты встречаешь, меняют тебя. Я просто уже не тот человек, которым был раньше.

Раньше — до того, как они с его бывшей расстались? Кем она была, и насколько она была прекрасна, чтобы так его разрушить? Почему она ушла? Я не могла представить, каково это — не иметь возможности погружаться в истории, которые составляли мне компанию в те долгие дни после ухода Лиама. Я зарывалась в них. Я защищала себя. Лишиться этого…

— Значит, все те книги, с которыми я тебя видела… ты не получаешь от них удовольствия?

— Я пытаюсь, — ответил он. — И, честно говоря, я думал, что, может быть, нахождение рядом с тобой поможет, потому что ты просто излучаешь счастье. Ты этого не замечаешь, но ты всегда улыбаешься, когда находишься в этом городе. Когда разговариваешь с Джуни, Руби или Майей, или идёшь по улице, или ешь медовые ириски — ты просто… счастлива. Я тоже хочу снова это почувствовать. Так, так сильно.

Я потянулась к нему, переплела свои пальцы с его и крепко сжала его руки.

— Если бы я могла передать это тебе, я бы это сделала.

— Уверен, это было бы сладко на вкус, — сказал он, опустив глаза на мои губы. — Как ты.

В животе всё вспыхнуло. Я хотела, чтобы он поцеловал меня снова, сидя на этой парковой скамейке в такую прекрасную летнюю ночь. Вокруг нас танцевали светлячки, ветер путался в деревьях, и когда он смотрел на меня, я чувствовала себя единственной историей, которую он хотел прочесть.

И это было опасно, потому что он был вымышленным, а Рэйчел написала для него кого-то. Кого-то хорошего.

И это была не я.

Поэтому вместо этого я наклонилась вперёд и нежно поцеловала его в щёку. Компромисс.

— Я прекрасно провела время сегодня вечером, Андерс. Спасибо.

— Всегда пожалуйста, Элси, — ответил он и казался почти разочарованным, когда я убрала свои ноги с его коленей и заставила себя встать. Я протянула ему руку, чтобы он взял её и мы могли вернуться вместе, но он сказал: — Думаю, я лучше прогуляюсь. Книжный магазин открыт. Увидимся утром?

— На этот раз без похмелья, — пообещала я и направилась обратно к книжному магазину. Мне не следовало оглядываться через плечо, чтобы посмотреть, куда он пошёл, но я ничего не могла с собой поделать.

Я оглянулась.

Он уже встал со скамейки и направлялся по тротуару в сторону гостиницы «Даффодил» и кладбища удалённых сцен.

И, в отличие от любовных романов, он на меня не оглянулся.

Прогулка по этому странному кладбищу в такое время ночи казалась странной. Он с кем-то встречался? Я была почти готова просто вернуться в книжный магазин и лечь спать, потому что скворцы разбудят меня в самую несусветную рань, но любопытство взяло верх, и я тайком последовала за ним к гостинице, где он перепрыгнул через забор в сад и исчез за перголой.

На кухне гостиницы всё ещё горел свет, и сквозь открытые окна лилась тихая музыка. Я заглянула внутрь, проходя через сад. Джуни и Уилл медленно танцевали, её голова лежала на его плече, его руки обнимали её за талию, они покачивались взад-вперёд под медленную, нежную мелодию. И я сразу же почувствовала, словно только что стала свидетельницей личного момента, который мне не предназначалось видеть.

Я поспешила за Андерсом, стараясь держаться в тени, не наступать на ветки и не зацепиться за колючие кусты роз по обе стороны от перголы. Добравшись до железных ворот, я спряталась за ними. Он сел на край фонтана, достал мобильный телефон и кому-то позвонил.

— Извини, что так поздно, — сказал он, и кто бы там ни был на другом конце провода, он заставил улыбку появиться на его губах, а в уголках глаз собраться морщинки. — Да, да. Я буду иметь это в виду…

С кем он разговаривал так, что так улыбался? Кому бы он звонил около полуночи?

Он болтал по телефону, но его голос был таким тихим, что я почти ничего не слышала. Я прислонилась к железным воротам, напрягая слух.

Мой телефон внезапно завибрировал от текстового сообщения и издал громкий писк.

Он резко повернул голову на звук, но я уже мчалась обратно по аллее и сквозь перголу. Я не останавливалась, пока не добралась до Главной улицы, где согнулась пополам, чтобы отдышаться.

— Какого чёрта? — пробормотала я, доставая телефон из заднего кармана.

Пришло новое текстовое сообщение, хотя сети у меня не было. Оно было от Пру, набранное заглавными буквами —

ОН СДЕЛАЛ ПРЕДЛОЖЕНИЕ!!

Я торопливо попыталась напечатать ответ — ПОЗДРАВЛЯЮ!!!

Но как только я его отправила, оно вернулось. Сообщение не отправлено. Проклятье, как я вообще поймала сигнал? Разве что дело было во внутреннем дворе, откуда звонил Андерс? Но я не понимала, какое это имеет значение. Андерс мог получать свою вымышленную сотовую связь где угодно.

Я списала это на случайность и вернулась в лофт, но так и не уснула, пока Андерс не вернулся полчаса спустя.

Течение истинной любви

Сегодня я собиралась всё исправить. По крайней мере, так решил мой отчасти не выспавшийся мозг, потому что скворцы делали сон практически невозможным, даже если бы я этого хотела. Обязательно ли им было заводить свою странную песенку в половине восьмого утра? И это не говоря