Второй раз по моим правилам. Книга 2 - Наталья Белецкая

Однако мое беспокойство оказалось напрасным, Эттан вернулся с толстой кирпично-красной папкой, в которой на первый взгляд была примерно сотня листов. На белоснежных страницах аккуратным бисерным почерком скупо сообщались названия и основные значения рун. Каждая руна изображалась сразу в трех проекциях. И кроме этого Эттан нарисовал рядом древние руны, которые соответствовали демоническим. Кое-какие аналоги были весьма примерными.

От записей я оторвалась примерно минут через двадцать, когда Гилморис сообщил, что вот-вот прибудет экипаж. Оставшееся время я потратила на то, чтобы собрать немногочисленные вещи. Эттан помог привести платье в надлежащий вид, магией разгладив складки.

Время в дороге пролетело незаметно, потому что я изучала демонические руны и прикидывала, как и где их использовать. Поле для их применения открывалось огромное. Хотелось запереться в лаборатории и, наконец, опробовать новые руны и связки.

К сожалению, реализовать этот план не удалось. Как только я вошла в особняк, ко мне подскочила Майя.

— Леди Крайс, здравствуйте! Ваш жених ждет вас в кабинете, — протараторила она.

— Когда он пришел? И почему его впустили? — с тяжелым вздохом спросила я.

— Четверть часа назад. Дядюшка Ливо не хотел пускать, но лорд Норс и слушать его не стал, буквально вломился в дом, — рассказывала горничная, пока мы поднимались в кабинет. — Лорд Бальдеран злющий ужасно! Дядюшка Ливо его немного успокоил, но вы там осторожнее.

— Я поняла. Спасибо.

— Может, позвать охранников на всякий случай? — спросила Майя, когда я взялась за ручку двери.

— Да, позови. Пусть побудут возле кабинета.

Внутрь я входила, уже заранее готовясь к скандалу. И не ошиблась.

— Добрый день, невестушка, — зло процедил Бальдеран, сидящий напротив моего управляющего.

— Добрый день! Чем вызван этот внезапный визит?

— Да вот хотел узнать, как ваше самочувствие после ночи, проведенной с любовником?

Глава двадцать первая

Подготовка к балу

— Любопытно, — совершено спокойно отреагировала я, занимая кресло во главе стола. — А кто любовник?

— Этот учителишка! — Бальд раздраженно стукнул по столу. — Эттан Гилморис. Не отпирайся! Я знаю, что ты села в экипаж и укатила с ним сразу после окончания занятий. Знаю, что ты не ночевала ни в особняке, ни в своей квартире!

Так-так, значит, женишок все-таки нашел в академии того, кто следит за мной и доносит. Я попыталась восстановить в памяти момент, когда садилась в экипаж. Кто мог меня видеть? Через ворота академии вместе со мной и Эттаном выходили несколько человек. Кажется, кто-то еще крутился на стоянке, где стоят экипажи. Но кто именно? Не помню. Я тогда думала о будущем ритуале, и совсем не глядела по сторонам.

Вообще, большинство студентов выходят в город ненадолго и нечасто обычно только в выходные и на редкие праздники. Каждый день у нас по три-четыре пары. Если занятий немного, как правило, есть какой-нибудь факультатив. Редко когда студенты уходят после третьей пары. Пожалуй, в эту пятницу только наша группа могла порадоваться сокращенному учебному дню.

Значит ли это, что тот, кто сливает сведения Бальдерану, учится вместе со мной в одной группе? Весьма вероятно. Но кто? У нас дружный коллектив сложился, мы ходим все вместе на занятия и даже помогаем с лекциями тем, кто заболел.

Кто из моих одногруппников выходил в пятницу в город? Не помню! Точно не Зейн, потому что граф из аудитории сразу пошел в библиотеку, чтобы подготовится к докладу.

— Что же ты замолчала невестушка? — ядовито поинтересовался Бальд. — Думаешь, как оправдаться?

— Свою невиновность я могу доказать, просто поклявшись, что с господином Гилморисом у меня исключительно деловые отношения. Но делать этого не стану, потому что хорошо помню, как вы, лорд Норс, оказались приносить клятву, тем самым подтвердив, что и после случая с леди Малинуд, продолжали изменять, предавая мое доверие.

— Как ты заговорила! — кажется, еще больше разозлился Бальд. — Доверие! Измена! А в письмах уверяла, что поняла: мужчина устроен иначе, и нам нужна разгрузка. Лучше бы призналась, что спала со своим преподавателем!

Забавно, что он ткнул пальцем в небо и попал. Спала. Но не в том смысле, который он вкладывает в это слово.

Я смотрела на Бальдерана со спокойствием и растущим недоумением. Чего он от меня добивается?

— Лорд Норс, я прошу вас не кидаться подобными обвинениями, — вмешался Ливоль. — Вам уже ответили, что никакой измены не было.

— Чушь! — припечатал женишок. — Что они там всю ночь делали? Учебники изучали? Вы меня за идиота держите, что ли? Думаете, я поверю?

— Лорд Норс, успокойтесь, — снова начал мой управляющий.

— Замолчи! — рявкнул Бальд. — И оставь нас!

Дядюшка Ливо хотел что-то ответить, но я не позволила ему этого сделать, мягко приказав:

— Ливоль, позволь нам с лордом Норсом побеседовать наедине.

Управляющий нахмурился, но я кивнула на дверь, заявив:

— Если что, я позову.

Майя должна охранников привести, а дядюшка Ливо все проконтролирует и вмешается, если ситуация выйдет из-под контроля. Управляющий, бросив недовольный взгляд на Бальда, вышел за дверь. Женишок, кажется, почувствовал себя свободнее: поднялся со стула, встал напротив меня и оперся ладонями на стол.

— У тебя совсем стыда нет? — нависая надо мной, вкрадчиво спросил женишок. — Мало того, что изменяешь, так еще и укатила в экипаже со своим любовником на глазах у всей академии!

— Почему же у всей? Нас видели всего несколько человек. Кстати, очень интересно, кто именно докладывает тебе о моих передвижениях. Впрочем, я это выясню.

Бальдеран проигнорировал мои слова.

— То есть с тем, что он твой любовник ты не споришь?

— Я уже сказала, что никаких любовных отношений с мастером Гилморисом у меня нет. И я готова в этом поклясться, но только в том случае, если ты тоже принесешь клятву, что больше измен с твоей стороны не будет.

Естественно, женишок не собирался соблюдать целибат.

— Дело не в том, что ты изменила! — Он выпрямился и нервно прошелся по кабинету. — Ты показала, что я для тебя ничего не значу, и сделала это у всех на виду, сев в экипаж вместе с этим учителишкой! Вся академия…

— Достаточно! — перебила я. — Чего ты добиваешься? Люди, которые видели, что я села в экипаж вместе