Второй раз по моим правилам. Книга 2 - Наталья Белецкая

с преподавателем, ничего плохого не подумают. Даже если ты раструбишь о том, что мы с господином Гилморисом предавались любовным утехам, твою ложь будет очень легко опровергнуть. Ректор академии и совет заботятся о репутации учебного заведения, а неуставные отношения бросают тень на всех преподавателей. Так что Гилмориса вызовут на открытое разбирательство, предварительно пригласив побольше народу. Там он спокойно поклянется, что между нами исключительно деловые отношения, что никакого секса, или даже просто поцелуев и объятий у нас было. Мало того, я с удовольствием поделюсь информацией о том, кто распустил подобные слухи, и тебе от академии еще и штраф придет за клевету.

— Ты действительно с ним… — засомневался Бальдеран.

— Не было секса ни с ним, ни с кем-то другим. Ночевала я у своей подруги.

— Ты должна была меня предупредить, я расстроился и перенервничал, Александра.

— Я тоже очень расстроилась, нарвавшись на твои обвинения.

Женишок всмотрелся в мое лицо, недовольно поджал губы, но тут же расплылся в фальшивой улыбке.

— Милая, поверь, все это просто беспокойство о тебе, о нас. Я так нервничал, узнав…

Я отрешилась от словесного поноса. Как мне вообще мог понравиться Бальдеран? Он же даже говорит как мошенник! Интересно, зачем он пришел на самом деле? Не поверю, что лишь для того, чтобы устроить скандал.

— Нужно доказать, что между нами мир и согласие, показать на королевском балу всем завистникам, что мы по-прежнему вместе. Ты ведь хочешь этого?

— Ну, да.

— Тогда выполни одну мою просьбу. Тебе это ничего не будет стоить…

— Чего ты хочешь?

— Пообещай, что выполнишь то, о чем я попрошу.

— Бальдеран, сначала озвучь просьбу.

Женишок замялся, а потом выдал:

— Тебе прислали три приглашения на королевский бал, так?

Я кивнула, уже понимая, что он попросит.

— По одному пойду я, по второму — ты, а вот третье пока свободно. И я знаю, кому его отдать! Есть один хороший человек, которому необходимо попасть на королевский бал.

— Кто именно?

— Ты его не знаешь…

— И все же.

— Витвейл Сисворд. Это достойный мужчина, порядочный. Мы с ним знакомы несколько лет…

Ага, конечно, порядочный… правильнее сказать, порядочная скотина. Высокий, тучный, с масляными глазками и широким, но маленьким носом, он напоминал мне злобного хряка. А еще я помню тонкий, слегка гнуснавый голос этого Витвейла. Как представлю, что во время бала он будет глупо и зло шутить и тоненько хихикать над своими же остротами. Брр…

Не хочу! Мало мне Бальдерана, так еще и этого хряка терпеть.

— Вообще-то я уже написала Силене и пригласила ее, — прервала я разглагольствования женишка.

— Кому?

— Дочери генерала Райса.

На лице Бальда на какое-то мгновение промелькнуло неприязненное выражение. Если бы я не следила внимательно, то ничего бы не заметила.

— Она ведь заболела, — пробормотал он, снова присаживаясь на стул.

Вот тут женишок знатно палился. О том, что Силена нездорова, знал узкий круг людей. Для всех девушка отдыхала на водах, просто потому что захотела отвлечься от столицы.

— Она уже поправилась и ответила мне согласием. Так что я пойду на бал с тобой и с Силеной.

— Ох, Лекса, ты так неопытна! — покровительственным тоном начал Бальд. — Есть столько людей, которые хотят попасть на королевский бал, и готовы заплатить за это высокую цену. Деньгами или услугами. А ты просто отдаешь приглашение молоденькой девчонке. Какая от этого польза? Никакой!

— Деньги мне не нужны. А польза от Силены огромная: она гарантирует великолепное настроение на балу. Мне будет приятно общаться с подругой, а с твоим Витвейлом — не факт. Так что я поступила правильно, предложив пойти ей со мной вместе.

— Предложив? — Бальдеран тяжело вздохнул, а потом резко приказал: — Напиши, что появился другой желающий.

— Лорд Норс, я не прислуга, чтобы говорить со мной в таком тоне.

— Нет, конечно же, нет, — заюлил женишок, — но ты не знаешь политические расклады и…

— Зато я знаю, с кем мне приятно общаться, а с кем нет. Кроме того, ты получишь от Витвейла деньги или услуги за приглашение на бал, а что получу я?

— Двух самых замечательных мужчин в сопровождающие! — преувеличенно радостно сообщил Бальдеран.

— То есть ничего, — перевела я. — Однако ты уже решил за меня, кто пойдет по третьему приглашению на бал и приказываешь отказать подруге, ради твоей выгоды. Скажи еще, что и мое положенное желание за спасение принца ты тоже хочешь присвоить.

Женишок на мгновение замешкался, и я поняла, что именно это стояло следующим пунктом в его планах.

— Лекса, понимаешь, милая, здесь совсем другие порядки, чем на Земле. Как твой жених, как более опытный…

Я опять мысленно отстранилась от словоблудия Бальда, и задумалась. Значит, мне придется не только терпеть его и Витвейла на балу, ничего не получив взамен, да еще оказанную королем награду переадресовать ему.

Если я откажусь, то он вполне может устроить скандал прямо во дворце, или заранее договориться с распорядителем. Просто солгать, что я доверяю жениху, поэтому именно он озвучит пожелание. Учитывая, что тут патриархат Бальду могут поверить на слово и не потребовать подтверждения от меня. Поменять что-то потом будет очень сложно, если вообще возможно.

Так что от него надо избавляться до бала, а не после.

— Лорд Норс, — перебила я, перекрыв словесный фонтан женишка, — хотелось бы уточнить: я должна буду отдать вам два пригласительных на бал, отдать королевскую награду за спасение принца, а вы за это пообещаете выполнять те мои желания, которые я могу реализовать сама. Купить цветы, платья, драгоценности, поехать отдыхать к морю, что там еще было? Все это я могу сделать сама.

— Лекса, что за пошлое мещанство⁈ Разве могут быть в семье среди самых близких людей какие-то счеты?

— Вы не моя семья, лорд Норс. И полагаю, что никогда ей не станете. В ближайшее время я обращусь в суд и попрошу разорвать нашу помолвку. Думаю, судьи пойдут мне навстречу, поскольку о ваших отношениях с леди Малинуд знает весь свет.

В кабинете установилась потрясенная тишина. Женишок выпучил глаза и даже чуть приоткрыл рот.

— Но ведь я люблю тебя, Александра, — потеряно прошептал он. — Разве ты не понимаешь, что все это лишь забота о тебе?

Вот сейчас даже Станиславский сказал бы: «Верю!». Молодец,