После дождя - Рене Карлино

— Ты в порядке?

— Нет, моя лодыжка. Кажется, она сломана. — По ее икре также текло немало крови.

— Давай-ка спустим тебя по лестнице.

— Где мой гребаный отец? — крикнула она одному из официантов. По-испански он сказал ей, что ее отец в другом клубе.

— Ава, помоги мне добраться до кабинета моего отца.

Когда она встала, то закричала, и я увидела, что ее лодыжка очень сильно распухла. Ее нога, казалось, висела, что указывало на то, что у нее определенно была сломана кость. Ей было так больно, что она едва могла говорить. Я прижала ее к себе и позвала официанта, чтобы тот нашел охранника. Вбежал здоровенный мужчина и быстро подхватил ее на руки. Мы направились в кабинет ее отца, где я приказала вышибале вызвать скорую. Я нашла в ящике шкафа аптечку первой помощи и начала бинтовать ее лодыжку, пока она откидывалась на спинку огромного кожаного кресла своего отца.

На ее лице отразилась боль, а по щекам потекли черные разводы туши.

— Держись, Сабина, они очень скоро будут здесь. Постарайся продержаться. — Я нашла чистую тряпку, намочила ее и положила ей на лоб.

Когда приехали парамедики, Сабина не отпускала мою руку.

— Останься со мной, — повторяла она на своем английском с легким акцентом.

Я не отходила от нее ни на шаг. Парамедики разрешили мне поехать с ними в машине скорой помощи и похвалили меня за то, что я отлично справилась с ее ногой.

Было почти четыре часа утра, когда Сабина, наконец, заснула после того, как доктор вправил ей лодыжку. В будущем ей требовалась операция, но пока с ней все будет в порядке. Карлос пришел и бесконечно благодарил меня за заботу о его дочери. Он был добросердечным человеком. Осознание того, что моя мать была с ним и счастлива, исцелило еще одну открытую рану, которая гноилась во мне долгие годы.

Идя по длинному, пустому, освещенному флуоресцентными лампами коридору, я вдруг осознала, что мне нравилось заботиться о людях. У меня это хорошо получалось. К своему удивлению, я нашла в этом искупление. Я успешно приняла первое четкое решение двигаться дальше по жизни, когда, спотыкаясь, вышла на парковку. Я получу аттестат и подам документы в школу медсестер.

И как будто потемневшее небо разверзлось, открывая взору небеса над головой, я обнаружила Нейта, ссутулившегося на скамейке возле парковки, спиной ко мне. Я моргнула, словно он являлся плодом моего воображения, пытаясь осознать реальность, но я знала, что это он. Каким-то образом, даже не видя его лица, я поняла, что это Нейт.

Я осторожно подошла, прежде чем он успел оглянуться и заметить меня. Села рядом с ним. Он с опаской оглянулся. Его глаза налиты кровью, а на голове была серая толстовка с капюшоном, скрывавшая глаза. Его ноги были вытянуты перед собой, как будто он спал сидя.

— Ты — привидение? — спросила я.

— А ты? — задумчиво спросил он, прежде чем опустить взгляд и осмотреть мое обтягивающее платье и обнаженные ноги.

— Как ты узнал?

— Сначала я пошел к твоей матери, и она сказала, что ты здесь. — Намек на улыбку тронул уголок его рта. Он прищурился, ища ответы в моих глазах.

— Ты проделал весь этот путь в Испанию ради меня?

— Я последую за тобой куда угодно.

Глава 24

Возрожденный

Натаниэль

Я моргнул, ожидая ее ответа. Это было правдой, я бы последовал за ней куда угодно — в тот момент, когда смотрел на нее усталыми глазами, я больше всего на свете верил в это. Ее пухлая нижняя губа задрожала, а дыхание участилось.

— А как же твоя работа? — спросила она робким и дрожащим голосом.

Я пожал плечами.

— Это не так важно, как ты. — Я протянул руку, призывая ее придвинуться ближе. Она переползла через скамейку и оказалась в моих объятиях.

— Нейт, я хочу изменить свою жизнь.

— Знаю.

— Не уверена.

— Я понимаю, что ты все еще в трауре.

— Дело больше не в Джейке. — Мне показалось, что ей стало гораздо легче произносить его имя.

Я откинулся назад, чтобы видеть ее лицо.

— В чем тогда?

— Я пытаюсь разобраться в себе.

— Я тоже, — тут же ответил я.

— Тогда зачем ты пришел сюда, честно?

— Потому что десятилетний ребенок заставил меня понять, что я влюблен в тебя, Ава. Во всю тебя.

У нее перехватило дыхание.

— Я сказал, что люблю тебя. Ты меня слышала?

Она кивнула, широко раскрыв глаза.

— Эту часть я поняла, — сказала я. — Остальное немного расплывчато.

Она отвела взгляд, а затем быстро посмотрела мне в глаза.

— Хорошо, но чего ты хочешь?

— Я хочу быть с тобой. И знаю это наверняка.

— Я приехала сюда, чтобы разобраться в себе. Мне нужно больше смысла в жизни. Я не знаю, как будет выглядеть моя жизнь через пять лет.

— Никто не знает. Мы просто должны найти свою мечту и следовать за ней, — сказал я ей.

— Я думаю стать медсестрой, — сказала она.

Я усмехнулся.

— Что же, это могло бы все упростить.

— Но не из-за тебя.

— О, ладно.

— Я должна сделать это сама. Хочу помогать людям. Я всегда этого хотела и знаю, что теперь могу.

— А как же лошади? — спросил я.

— Это была другая жизнь. — Она подняла глаза к небу и сделала три глубоких вдоха. — Я не знаю, просто чувствую, что вспоминаю, кем была до Джейка, и я помню, что хотела стать медсестрой. До встречи с ним лошади всегда были для меня просто хобби.

— Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь тебе достичь этой цели, Ава.

— Спасибо, — сказала она.

Она снова начала говорить, но прежде, чем успела что-либо сказать, я перебил:

— Но сначала я хочу знать, что ты чувствуешь ко мне. — Солнце уже всходило, и она задрожала в моих объятиях. — У меня есть номер в отеле. Давай немного поспим. Но позже я хочу получить ответ.

— Хорошо.

В последнюю минуту перед отъездом из Штатов, я забронировал номер в одном из самых красивых отелей Барселоны. Усталые глаза Авы широко раскрылись, когда мы вошли в экстравагантный вестибюль. В лифте я прижал ее к себе. Мы оба шатались от усталости, используя друг друга как якоря.

Оказавшись в моем номере, она удивленно огляделась.

— Я никогда не была в таком месте. — Она посмотрела на большую кровать с балдахином, покрытую роскошным темно-бордовым пуховым одеялом. Проходя мимо меня, она сняла