На седьмом небе - Лора Павлов

— Рэндалл нашел наш блокнот. Он распечатал его для всех, — сказала она сквозь всхлип и приложила руку к груди. — Мой отец его прочел. Он даже не мог на меня взглянуть.

— Рэндалл — ебаный ублюдок. С отцом все будет в порядке. Я объяснил, что это не какая-то интрижка. — Я взял ее за руку.

— Они вызывали тебя после меня? — Она опустилась на диван, закрыла лицо ладонями.

— Нет. Уэстон сказал, что видел тебя, и мы поняли, что ты была у Себастьяна. Я сам туда пошел, чтобы разобраться.

Глаза у нее были красные, распухшие, и она покачала головой.

— Рэндалл обвинил меня в том, что я пытаюсь разрушить твою карьеру. Сказал, что я сплю еще с другими игроками. Я же говорила, для женщины все будет по-другому.

— Малышка, мы все решим. — Я попытался усадить ее к себе на колени, но она вскочила.

— Я потеряю работу. Мой отец не может на меня смотреть. Мы ничего не решим, Кларк. — Она трясла головой. — Тебя даже не вызвали. На тебя никто не злится. И, честно, я рада, что у тебя нет проблем. Правда рада. — Слезы катились по щекам. — Но сейчас я совсем одна. Мне нужно придумать, как уйти отсюда так, чтобы не потопить отца и не навредить твоей карьере.

Слезы лились рекой, и я чувствовал себя абсолютно беспомощным. Я встал и шагнул к ней.

— Уиз, я с тобой. Ты не одна.

— А если отец потеряет работу? А если мне придется уйти, а ты останешься в команде? Как ты будешь работать с ним после этого? Все прочитали наши письма. Там же личное, Кларк, — она рыдала так, что едва могла дышать, вываливая вслух все свои страхи.

Я попытался снова обнять ее, но она оттолкнула.

— Тебе нужно уйти.

— Что? Я не оставлю тебя. — Я потянулся за ее рукой, но она отдернула. — Я хочу быть рядом, Элоиза.

Она подняла взгляд, вытирая слезы.

— Наверняка Рэндалл уже кого-то приставил к нам. Мы только усугубляем. Если ты действительно хочешь мне помочь — уходи. Я хочу побыть одна.

— Уиз… — прошептал я. — Не делай так.

— Пожалуйста, Кларк. Уходи. Даже связь со мной сейчас тебе во вред. Я уверена, они уже собирают мои вещи. Нам нужно взять паузу. — Она вздохнула и пожала плечом, будто это единственный выход.

— Да пошли они. Я уйду сам. Брошу все, — выругался я.

— И чем это поможет? — ее голос был сиплым, измученным. — Это ударит по тебе. По моему отцу. Я не собираюсь ломать жизнь двум самым дорогим мужчинам. Просто иди домой, Кларк. Мне нужно разобраться, как не потерять отца и найти хоть какую-то работу после этого.

— Ты никуда не уйдешь. — Я встретился с ней взглядом и понял.

Она решила.

И передумать не собиралась. Не сегодня.

Она хотела, чтобы я ушел.

Ей было больно, стыдно.

А меня даже не вызвали. Не унижали. Все обрушилось только на нее.

— Скажи, что мне сделать, чтобы все исправить, и я сделаю.

— Дай мне время. Это все, что ты можешь для меня. — Ее губа дрожала. — Уважай это. Я не могу больше говорить об этом сегодня.

Черт. Единственное, что ей было нужно, — это то, чего я меньше всего хотел.

— Хорошо. Если это твое желание. — Я отступил, стараясь скрыть боль. Ей не нужны были мои страдания в довесок.

— Это то, чего я хочу. — Она пошла к двери и распахнула ее.

— Я люблю тебя, Уиз.

Но она ничего не ответила. Просто закрыла дверь, едва я вышел.

Как будто не могла дождаться, чтобы я ушел.

Я фактически разрушил ее жизнь.

И кто мог винить ее за то, что она не хотела меня рядом?

Но сидеть сложа руки я не собирался. Если она не хотела, чтобы я был рядом, то я должен был найти того, кто сможет быть.

Я сел в машину, достал телефон.

И решил: я исправлю то дерьмо, что натворил.

32

Элоиза

Я сидела в ванне и плакала, пока пальцы не сморщились, а слезы не закончились.

Меня мутило от злости и стыда.

Голова раскалывалась.

Я снова и снова прокручивала в голове их слова:

Кто знает, с кем еще из игроков она спит?

Твоя дочь крутит роман с нашим самым ценным игроком. Она может стоить ему карьеры только потому, что не смогла держать ноги вместе.

Я покачала головой, выбралась из остывшей воды и вытерлась. Накинула халат и остановилась у зеркала. Волосы стянуты в резинку, кожа бледная, глаза красные и опухшие, губы обветренные.

Я пошла на кухню за чаем, когда в дверь постучали.

Я застонала и посмотрела в глазок. Там стоял мой отец.

При виде его я снова разрыдалась.

— Элс белс, открой дверь, — сказал он.

Я распахнула дверь и тут же разрыдалась у него на руках.

— Прости меня, папа.

Я повторяла это снова и снова, пока он прижимал меня к себе и раскачивал, закрывая за собой дверь.

— Пойдем, присядем на диван. Все в порядке.

Я села рядом, вытирая лицо рукавом халата.

— Ничего не в порядке. Я все испортила и подвела тебя.

— Эй, эй, — его голос стал жестким. — Не вкладывай в мои уста то, чего я не говорил, Элоиза.

Он редко называл меня полным именем, только когда был предельно серьезен.

Он поднял мою подбородок, заставив посмотреть в глаза:

— Ты ошибаешься. Во-первых, все в порядке. Потому что самое главное — ты рядом со мной, жива и здорова. Мы с тобой прошли через куда худшее, чем то, что ты влюбилась в Кларка Чедвика.

Я моргнула, не понимая, откуда он знает такие подробности — ведь я почти не открыла рта на том собрании.

— Я знаю, что это не пустяк. Он ворвался в кабинет и открыто заявил, что любит тебя. Сказал, что женился бы хоть завтра, если бы ты согласилась. Черт возьми, он пригрозил уйти из команды, если тебя уволят. Он смотрел мне в глаза и говорил, что любит тебя. Я думаю, ты чувствуешь то же самое, потому что я знаю тебя, милая. Ты не стала бы рисковать всем этим, если бы это было не по-настоящему. А я всегда хотел для тебя только одного — чтобы у тебя было то, что было у меня с мамой. И то, что это с мужчиной, которого я уважаю и которым восхищаюсь, — только в плюс.

— Он и правда все это сказал?

— Еще больше. Он припомнил Рэндаллу,