Травма - Оля Олич

Мое туловище было перемотано эластичным бинтом, но я могла медленно вращать корпусом, чтобы усесться поудобнее на койке.

– Значит, апельсиновый сок? – Он наконец-то улыбнулся по-настоящему, обнажив зубы. – Больше ничего?

– Сэндвич с курицей, но…

– Я влюблен в тебя.

Тут же закрыв рот, я растерянно посмотрела в серые глаза. Он нагло улыбался, слегка подняв брови в ожидании моего ответа. Сказать мне было нечего.

В палате вдруг стало так тихо, что мне начало давить на перепонки; никогда бы не подумала, что тишина может так сильно оглушать. Сердце билось так сильно, что я побоялась, что он тоже его услышит.

– Господи, не свались заново, – нервно проговорил Майк, – я не подумал, что тебя это так шокирует. Я рад, что ты в порядке. Сейчас зайдет Глория…

Он был прав: дверь открылась, и показалась тетушкина светлая растрепанная макушка с завязанным пучком волос.

– О боже! Ты проснулась! – прохныкала тетя, тут же подбегая и нежно сжимая мое запястье. – Как ты?

– Н-нормально, – выдохнула я, все еще глядя на Майка большими удивленными глазами, – говорили с Майком про сок. Тут есть сок?

– Есть, – кивнула Глория, – сейчас позвоню Дине, она принесет…

Майк смотрел в ответ: нагло, прямо и безо всякой шутки или иронии. Ему все еще было немного весело оттого, что я так отреагировала на его спонтанное признание, но я правда не умела правильно отвечать.

Думаю, не существует никаких правил по этому поводу. Я хотела бы сказать честно, что его чувства взаимны, но сейчас было неловко. Мама прибежала спустя пару минут и тут же бросилась ко мне, чтобы обнять; она сделала это бережно и мягко, я не ощутила совершенно ничего болезненного.

И пусть на подъем с койки я пока не рассчитывала, но уж точно могла просверлить взглядом Майка, который делал все то же самое со мной. Это была бессловесная битва двух характеров.

Я уже хотела пригрозить ему кулаком, но мама вовремя передала мне пластиковую бутылочку с соком.

– Мы с Гло отойдем ненадолго? Майк, присмотришь? – обратилась мама к Нолану, и он сразу же кивнул.

– Теперь это моя работа. – Край его губ мягко дернулся в улыбке.

– У тебя сегодня очень необычное настроение, – чуть сощурилась Глория, мягко толкая маму к двери.

– Я не спал почти сутки, – пожав плечами, Майк едва слышно промычал, видимо, от боли, – а так я в норме.

Когда мама и Глория вышли, я сразу же глотнула сока и отложила бутылку за подушку. Пока никого не было, Майк пододвинул койку, на которой сидел, ближе к моей: уселся поудобнее, впился взглядом в мои растерянные глаза и отчего-то напрягся.

Я перевела дыхание:

– В чем дело? – Единственное, на что хватило сил голосу.

Почему-то сейчас он пугал меня до немого ужаса; я почти чувствовала, как дрожат кончики моих пальцев и как холодок струится по спине.

– Мне нужно будет уехать на день к отцу и Заку, – негромко произнес Нолан, – это займет максимум один день. Пожалуйста, никуда не ходи одна. Вуд подался в бега, и мне не нужно, чтобы он нашел тебя раньше, чем до него доберется полиция.

– Я поняла.

– Обещаешь?

– Обещаю, – сказала я, нервно сминая пальцами края простыни, – а когда ты поедешь?

– Вечером, – кивнул он, – медсестра говорила, что как только ты очнешься, то скоро тебя выпишут. Сейчас пять часов утра… Где-то к шести.

– Хорошо. – Я медленно протянула руку к краю кровати, многозначительно глядя на Майка и тяжело сглатывая: – Если меня выпишут, то я буду у Глории…

– Я найду тебя в любом случае, – сказал Майк, – ты никуда от меня не денешься.

Да, я помню.

Себастьян говорил об этом…

Он нежно прикоснулся к моей ладони и крепко ее сжал.

Все повернулось так, как никто и не ждал…

Майк со мной, Кайл в бегах…

Я была в безопасности, но чувство тревоги никак не покидало мое сердце. Скоро мои каникулы закончатся, и я вновь вернусь к обучению.

Но жизнь уже изменилась.

Все, о чем я пока могу думать, – это бывший солдат, крепко сжимающий мою руку. Его голова аккуратно ложится на мою койку, и я ласково запускаю пальцы в короткие волосы, прикрывая глаза.

Скоро черная полоса закончится. Осталось только, чтобы Вуда поймали.

Но я и не думала, что это будет так… скоро.

Глава 49. Нужен отдых

Я проснулась от слабой полудремы, когда вернулись Глория с мамой: они старались пройти в палату тихо, но меня разбудил звук голоса тети.

– Ох, уснули… как бы не разбудить…

– Уже поздно, – ответила я едва слышно, но Майк все еще спал.

Он так же лежал на моей койке в совершенно немыслимом и неудобном положении. Мне было интересно, как он вообще так уснул? Это из-за того, что он был без сна уже слишком долго, или это армейская привычка – легко засыпать где угодно?

Так или иначе вскоре и он очнулся. Тихо пробормотав что-то неразборчивое, Майк потер лицо и тяжело выдохнул:

– Сколько времени?

Я кинула взгляд на круглые часы, висящие наверху, над дверью.

– Семь утра…

– Тебя выпишут до конца дня, – улыбаясь сказала мама, – но тебе нужен покой и побольше лежать.

– Есть новости из полиции? – спросил Майк, но Глория только отрицательно покачала головой.

– Сказали, нашли его машину где-то на парковке за городом, больше пока ничего.

– Позвоню Маркусу… – нахмурился Нолан и медленно поднялся на ноги, – и поеду к отцу.

– Уже? – подала голос я, чувствуя себя обделенной. – Так быстро?

– Эш, это важно, – тут же сказал Майк, повернувшись ко мне и вздохнув от усталости, – просто подожди, и все.

– Ладно, – выдохнула я, – я понимаю, все хорошо. Со мной Глория…

– Я остаюсь на пару дней точно, – тут же пролепетала мама, – мне в любом случае нужно помогать Гло с магазином.

– А кто будет с Эш? – практически шикнул Майк, из-за чего меня слегка передернуло.

Когда-нибудь я привыкну к не особенно эмоциональным, но жестким всплескам экспрессии. Я не винила его за этот тон. Он переживал, и я тоже переживала. Но теперь почему-то не за себя.

– Вуд может еще кого-то схватить? Например, Глорию? – взволнованно спросила я. – Вдруг его так и не найдут?

– Мне кажется, гребаные копы покрывают своего. Не знаю, Эш, все бред. Нужно звонить Маркусу.

– Чем он поможет? – непонимающе уставилась я. – У него есть знакомые?

– Все потом, – отрезал Нолан, – как-нибудь расскажу, не сейчас. – Он словно готов был сорваться из палаты в любую секунду, и меня