Инкуб на сессию - Аника Ледес

— Пинать?

— В хорошем смысле! — уточнила я. — Ты будешь давать им тепло, поддержку, уют. А я буду делать то, что Софи делала со мной все эти годы — ругать, заставлять, вдохновлять примером и не давать раскисать. В зависимости от конкретной ситуации.

— Ты хочешь стать профессиональным пинком для магических существ? — переспросил он, и в его голосе послышались нотки, подозрительно похожие на смех.

— Да! — воскликнула я. — Представь: приходит к нам инкуб, у которого всё плохо. Работа не клеится, клиенты бесят, самооценка на нуле. Ты его обнимаешь, поишь чаем, говоришь, что он молодец. А я потом ору на него, что он бездарь, и заставляю идти искать работу, а не просиживаться. Идеальный тандем!

— Это безумие, — сказал Риэль, но в уголках его губ уже дрожала улыбка.

— Это гениальное безумие, — поправила я. — Подумай сам. У тебя на год теперь категория С. Что ты можешь с ней делать? Только то, что у тебя и так получается — излучать уют и тепло. А у меня теперь куча свободного времени, потому что меня отчислили, и я должна отрабатывать часы общественных работ. Мы идеально дополняем друг друга!

— И где мы будем это делать? — спросил он. — В твоей квартире?

— Почему нет? — пожала я плечами. — Уютно... только прибраться надо. Тепло, есть кухня. Будем принимать клиентов на диване.

— Лея, — сказал Риэль, и в его голосе появилась та самая робкая надежда, которую я так любила. — Ты правда думаешь, что это сработает?

— Не знаю, — честно сказала я. — Но если не сработает — мы хотя бы попробуем. И вообще, — добавила я, — это лучше, чем сидеть и оплакивать наши карьерные перспективы. Точнее их отсутствие.

Он молчал. Смотрел на меня. А потом вдруг рассмеялся.

— Лея, — сказал он, вытирая слёзы. — Ты гениальна.

— Я знаю, — кивнула я и растянула улыбку чуть ли не до ушей.

Риэль обнял меня, и мы сидели так посреди комнаты, пока за окном не начало светать.

— Знаешь, — сказал он вдруг. — А в этом что-то есть. Бюро мотивации и поддержки для магических существ. Можно даже название придумать.

— Например?

— «Тёплый светильник», — предложил он. — Помнишь, ты говорила про свет в дизайне? Что он создаёт настроение, уют, атмосферу. Мы будем такими светильниками для своих клиентов. Зажигать в них желание жить и работать.

Я посмотрела на него. На его тёмные глаза, в которых больше не было страха. На его хвост, который мирно лежал на полу, никуда не закручиваясь. На его улыбку — тёплую, настоящую.

— Риэль, — сказала я. — Это гениально.

— Правда?

— Правда. «Тёплый светильник». Бюро мотивации и поддержки для отчаявшихся существ. Звучит идеально.

— И общественные работы твои отработаем, — добавил он. — Гильдия будет довольна.

— И деньги какие-то заработаем, — кивнула я.

— И поможем тем, кому нужна помощь, — закончил он.

Мы смотрели друг на друга, и в этом взгляде было всё — и страх перед неизвестностью, и надежда, и любовь, и уверенность, что вместе мы справимся с чем угодно.

— Завтра начнём, — сказала я. — А сегодня... сегодня давай просто посидим.

— Посидим, — согласился он.

Мы сидели на диване, прижавшись друг к другу, и молчали. За окном шумел город, где-то лаяла собака, в соседней квартире играла музыка. Всё как всегда. Только теперь всё было по-другому.

У нас не было учёбы. У нас не было карьеры. У нас была категория С, куча проблем и полная неизвестность впереди. Но зато теперь у нас были мы.

Глава 17

Я проснулась оттого, что телефон вибрировал где-то под подушкой. Настойчиво, долго, безжалостно. Так звонила только Софи.

Я попыталась открыть глаза. Не получилось. Веки склеились намертво после бессонной ночи, заседаний, скандалов и осознания того, что меня отчислили из университета.

Телефон продолжал вибрировать.

— Ммм... — простонала я, пытаясь нащупать его рукой, не открывая глаз.

Рука наткнулась на что-то тёплое. Потом на что-то ещё более тёплое. Потом на что-то, подозрительно похожее на хвост, который лениво обвился вокруг моего запястья.

Я замерла. Открыла один глаз.

Риэль лежал рядом. На моём диване. В моём доме. С растрёпанными волосами, приоткрытым ртом и абсолютно счастливым выражением лица. Хвост его мирно покоился на моём животе, а рука — на моём бедре. Мы заснули в обнимку, кажется, часа в четыре утра, так и не добравшись до кровати.

— О, — сказала я тихо. — Точно. Мы же... это... спаслись.

Телефон снова зажужжал. Софи явно не собиралась сдаваться.

Я осторожно, стараясь не разбудить Риэля, высвободилась из его объятий. Хвост недовольно дёрнулся, но отпустил. Риэль что-то пробормотал и перевернулся на другой бок.

Я схватила телефон и, как была — во вчерашней одежде, с вороньим гнездом на голове — выбежала на лестничную клетку.

— Алло? — прошептала я в трубку, закрывая за собой дверь.

— Лея? — голос Софи звучал странно. Не её обычный бодрый «привет-как-дела». Как-то... холодно. Официально. — Ты где?

— Дома, — сказала я, чувствуя, как внутри начинает закрадываться нехорошее предчувствие. — А что?

— Я сейчас в университете, — сказала Софи. — Узнала, что тебя отчислили.

Я замерла. Вот оно.

— Софи, я могу объяснить...

— Объяснить что? — перебила она. Голос у неё был ровный, и я даже не знала этот тон. — Что ты врала мне про болезнь? Что пропадала неизвестно где? Что позавчера, когда я приносила тебе апельсины, ты делала вид, что болеешь, а на самом деле... что? Готовилась к отчислению?

— Софи...

— Не надо, Лея. — В её голосе появились металлические нотки. — Я всё понимаю. У тебя проблемы, у тебя стресс. Но врать мне в лицо? Притворяться больной? Думаешь, я не заслуживаю правды?

— Заслуживаешь, — сказала я тихо. — Просто я не могла...

— Не могла что? — снова перебила она. — Сказать подруге, что у тебя проблемы? Что тебя отчисляют? Что тебе нужна помощь? Я бы примчалась, Лея. Я всегда прибегаю. А ты предпочла врать.

— Софи, пожалуйста...

— Знаешь, — сказала она, и в её голосе появилась усталость. — Я устала. Устала быть той, кто всегда лезет, всегда спасает, всегда вытаскивает. А в ответ — только секреты и враньё. Я не хочу так больше.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что нам нужно взять паузу, — сказала Софи. — Перестать общаться. Хотя бы на время. Пока ты не решишь, что я достойна правды.

— Софи, нет!

— Прости, Лея. Я правда не могу так.

Она отключилась.

Я уставилась на телефон. Набрала снова. Вызов пошёл, но через секунду прервался. Ещё раз — то же самое.

Я