Академия проклятых драконов: попаданка на всю голову - Любовь Песцова

— А я, значит, позволю тебе снова превратиться? Тем более сейчас, когда ты столько сил потратил! Неужели не понимаешь, к чему это приведёт?

Невольные свидетели нашей ссоры смотрели на нас с живым любопытством, иногда переглядываясь. Наконец, зрители подали голос. Причём, что примечательно, это была Лейла.

— Возможно, стоит показать элларам, что Евы уже нет в городе. Чтобы они сами увидели, как она покидает эту территорию.

Я задумалась: идея была неплоха. Но снова спотыкалась о невозможность путешествовать. Порталы не открыть. Либо пешком идти, чтобы эллары точно схватили, либо на спине у кого-то крылатого и чешуйчатого.

Мы спорили до хрипоты. Робин, Сайлус и Лейла по очереди вносили свои предложения, а Феликс мрачнел с каждой секундой. Ему явно всё это очень надоело. Хотелось схватить меня в охапку и унести.

Останавливало только то, что для путешествия таким образом ему всё же нужно было получить моё согласие. Ибо хватать меня когтистой лапой — почти стопроцентный шанс принести в свою пещеру хладный труп.

Нет, варианты были. Усыпить, погрузить меня на его спину с помощью подручных. Но тут тоже были свои загвоздки в виде того, что я не стану, как студенты академии, стоять и ждать непонятно чего. Они своему ректору доверяли, а у меня другая ситуация.

А потом всё это стало как-то неважно.

Последние лучи солнца окрасили небо в розовый цвет, и в ту же секунду я почувствовала, как по телу прошла дрожь.

Никто, кроме меня, ещё не понял. Они не ощущали этой тревоги, чувства неправильности, этой тошноты и боли, которая выворачивала все внутренности наизнанку.

— Они все же мазохисты, — прошептала я, согнувшись.

Феликс мгновенно подхватил меня, чтобы я не упала. Но я достаточно быстро выпрямилась и мягко убрала его руки со своей талии. Всё же в этот раз я знала, к чему именно готовиться, и быстрее смогла взять себя в руки.

— Нам нужно идти, — сказала я.

Глава 61

Я бежала по лицам города, пытаясь найти точку, с которой всё начнётся. В конце концов, у нас тут два дракона, они должны это исправить.

А Старейшины? Они о чём думали? Есть ведь предел жестокости!

Добежав до квартала, где, судя по состоянию домов, жили люди среднего класса, я остановилась, уставившись на землю.

Интересно, я смогу хоть немного это замедлить?

— Сейчас откроется разлом, — сказала я. — Робин, Лейла, эвакуируйте людей из ближайших домов. Да и вообще — из этих кварталов. Сайлус, есть возможность быстро связаться с братом? Нам не помешает поддержка.

Я обвела взглядом небольшую компанию, заглянула в испуганные глаза девочек.

— Чего стоим? Вперёд! Тут скоро такое начнётся, что бегать придётся быстро. Лучше начинать уже сейчас.

Кое-как растолкав девочек, я задумалась о том, что делать. Нужно было всё и сразу: остановить Старейшин, сдержать прорыв, добраться до центральной площади и снять проклятие.

Я потянулась своей силой к земле и почти сразу поняла, что я мало что смогу сделать. Она уже почти мёртвая.

И кто тут преступления против Природы совершает?

Надеюсь, когда всё закончится, институт власти у моего народа серьёзно изменится! Потому что, если всё продолжится так, как есть, всё, что я сейчас делаю — почти бессмысленно. Эллары всё равно придут к вырождению, и очень быстро.

Кого бы попросить переворот там устроить?

Мысли проносились в голове, а я всё вливала и вливала силу в землю, пытаясь сдержать прорыв. Мне нужно было время. Жителям этого города нужно было время. Хотя бы пока девочки не отведут всех в безопасное место.

— Дело плохо, моя ведьма, — услышала я голос Люма.

Мой котик появился рядом со мной и активно делился силой, чтобы я не досуха себя опустошила.

Может, с ним и получится хоть что-то…

Вот только очень скоро я почувствовала, как разлом, вместо того чтобы утихнуть, расширяется. Земля трескалась, и это ощущалось так, словно из меня вытягивают жилы без анестезии.

Пока я вливала силу с одной целью, Старейшины делали это с совершенно противоположным замыслом.

Отступив, я проследила за направлением этих трещин. Они уходили в разные части города, и я могла с уверенностью сказать, что твари начнут лезть отовсюду, в том числе и…

— Феликс, возвращайся в академию! Там тоже откроется разлом, а все спят.

Обернувшись, я уставилась в тёмные глаза, в которых уже почти не осталось ничего человеческого.

Проклятие давно должно было поглотить его. Всё это время он держался на чистом упрямстве и на одержимости мной. Только мысли обо мне не позволяли ему отпустить последнюю крупицу того человеческого, что в нём осталось. Если бы не эта нездоровая любовь, он бы давно утратил человеческий облик.

— Нет. Я не оставлю тебя одну.

Я подошла к нему, взяв за руку и переплетая наши пальцы. От его кожи шло такое успокаивающее тепло.

— Так нужно, — вздохнула я. — У нас с тобой на совести уже есть одна трагедия и сотни жертв. Но тогда мы хотя бы не знали, чем всё обернётся. А если сейчас все твои студенты погибнут… Ты сможешь жить после этого? Я — нет.

— Мне…

— Плевать, я знаю, — кивнула я. — Но мне нет. И тому Феликсу, которого я когда-то полюбила, не было.

Лицо, такое знакомое и такое чужое одновременно. Я очень хотела снять проклятие хотя бы для того, чтобы он вернулся. Не этот почти незнакомец, в котором от Феликса осталось процентов десять, а именно тот парень, что встретил эллару у ворот академии сотню лет назад.

Какое-то время он смотрел на меня, и я уже решила, что он проигнорирует всё, что я говорила. Снова поставит меня перед выбором и заставит прибегнуть к последнему варианту, в котором мне придётся применять свою силу против него.

Но затем он сомкнул веки, а когда открыл глаза снова, в них уже отражалась решимость.

— Присмотри за ней, — обратился он к Сайлусу. — Если с ней что-нибудь случится, умирать ты будешь очень долго и очень больно.

Сказано было предельно серьёзно, поэтому тираннозавр внял. Кивнул, показывая, что всё сделает в лучшем виде.

Феликс притянул меня к себе, заправил прядь волос за ухо, прочертил подушечками пальцев линию челюсти, а затем приподнял подбородок.

— Пожалуйста, не делай глупостей, Эва, — взмолился он.

— Не буду.

Он наклонился, прижавшись своим носом к моему. Наши дыхания смешались, и я даже успела почувствовать тепло его сухих губ.

— Не оставляй меня снова.

На это я уже ничего не ответила. Только кивнула, сглотнув тяжёлый ком в