Босс, ваше алиби – я - Алекс Скай

Михаил и после этого не называл себя обычным вором. Насколько я знала, он сотрудничал там, где доказательства уже не оставляли пространства, и спорил там, где ещё видел возможность спорить. Переубеждать его я не собиралась. Моя часть этой истории закончилась раньше — в день, когда совет предложил мне вернуться.

Это произошло через три недели после признания Михаила. Лидия Андреевна пригласила меня в ту же переговорную на двадцать девятом этаже. Я пришла с временным гостевым пропуском. Теперь он работал. У турникета я даже остановилась на секунду и посмотрела на зелёный сигнал. Сотрудник охраны вопросительно поднял глаза.

— Всё хорошо?

— Да.

Просто иногда один зелёный огонёк отлично показывает, сколько всего успело измениться. На заседании присутствовали трое членов совета, Елена Корнеева и Артём. Увидев его, я сразу сказала:

— Вы не должны здесь сидеть.

— Почему?

— Конфликт интересов.

Лидия Андреевна сняла очки.

— Вера Сергеевна, прошу. Мы ещё даже не начали.

— Я заранее.

Артём выглядел подозрительно довольным.

— Я в голосовании не участвую.

— Уже лучше.

— И вообще приглашён только на первую часть.

— Ещё лучше.

— Вы даже не знаете, что мы собираемся предложить.

— Примерно представляю.

Лидия Андреевна положила перед собой папку.

— Тогда сэкономим время.

Совет официально отменил все решения, в которых моя профессиональная добросовестность ставилась под сомнение. В итоговом заключении независимой группы отдельно указали: мои первоначальные выводы о подготовленном характере схемы, несоответствии подписей и невозможности использования пропуска были подтверждены. Фотография с Артёмом признана вмешательством в ход проверки. Формулировка мне понравилась. Наконец снимок описывал не моё поведение. Поведение человека, который решил использовать его против меня.

— Компания готова восстановить вас в должности с момента окончания отстранения, — сказала Лидия Андреевна. — С сохранением всех условий и выплатой за весь период.

— Спасибо.

— Это ещё не всё.

Конечно.

— Мы хотим расширить полномочия внутреннего контроля. Прямое подчинение комитету, отдельный бюджет, право самостоятельно привлекать внешних специалистов и доступ к материалам без согласования с исполнительным руководством.

Я взглянула на Артёма. Он сидел совершенно спокойно.

— Вы согласны?

— Со структурой — да.

— Даже с тем, что не сможете влиять на внутренний контроль?

— Особенно с этим.

Я приподняла брови.

— Запишите дату.

— Уже.

Лидия Андреевна продолжила:

— Вера Сергеевна, по сути это модель, за которую вы спорили с нами последние два года. Мы готовы её утвердить и предложить вам вернуться руководителем функции.

Хорошее предложение. Пожалуй, лучшее, которое я могла получить в большой компании на своей позиции. Больше независимости. Больше полномочий. Прямой доступ к совету. Возможность построить подразделение так, как я считала правильным. И генеральный директор, который теперь прекрасно понимал, что вмешательство в мою работу может закончиться не только спором. Пять месяцев назад я бы согласилась. Три месяца назад — возможно. В тот день уже нет.

— Спасибо, — сказала я. — Но я не вернусь.

Молчание длилось всего несколько секунд. Артём не изменился в лице. Лидия Андреевна посмотрела внимательнее.

— Из-за отношений с Артёмом Викторовичем?

— В том числе.

Я не собиралась делать вид, что этого фактора не существует.

— Тогда можно формально вывести вашу должность из его подчинения полностью.

— Дело не только в структуре.

— А в чём?

Я подумала. Ответ у меня был давно. Просто раньше я формулировала его для себя.

— Когда меня отстранили, я впервые оказалась вне системы, которую должна была проверять. И поняла, что мне нравится одна вещь.

— Какая?

— Возможность сказать компании то, что она не хочет слышать, а потом уйти в другую компанию и сказать ей то же самое.

Елена Корнеева улыбнулась.

— Звучит опасно для рынка.

— Надеюсь.

— Вы хотите консультировать?

— Корпоративные расследования. Внутренние проверки. Настройка контроля после конфликтов и крупных сбоев.

Лидия Андреевна посмотрела на Артёма.

— Вы знали?

Он покачал головой.

— Нет.

Это была правда. Я специально не говорила ему до заседания. Не из-за недоверия. Хотела сначала принять решение сама. Без его реакции. Без предложения помочь. Без случайного ощущения, что мой следующий профессиональный шаг возник из наших отношений.

— Когда решили? — спросил он.

— Несколько дней назад.

— И не сказали.

— Вот видите, как неприятно узнавать важное последним?

Елена кашлянула, скрывая смех. Артём посмотрел на неё.

— Не поощряйте.

— Я юрист. Мне всё равно.

Лидия Андреевна снова надела очки.

— Вы понимаете риски?

— Да.

— Клиенты не появятся сразу.

— Знаю.

— Репутация после этой истории восстановлена, но часть информации так и останется непубличной.

— Мне достаточно того, что люди, которые принимают решения, знают результаты.

— Вам понадобится команда.

— Со временем.

— И капитал на первые месяцы.

Вот тут я посмотрела на Артёма заранее. Он поднял обе руки.

— Я молчу.

— Отлично.

Лидия Андреевна улыбнулась.

— Тогда я не буду вас уговаривать. Но предложение останется открытым некоторое время.

— Спасибо.

— И совет хотел бы официально принести извинения за то, каким образом был поставлен под сомнение ваш профессионализм.

Вот этого я не ожидала. Не потому, что не считала извинения заслуженными. Советы директоров редко произносят подобные вещи вслух.

— Принимаю, — сказала я.

Лидия кивнула.

— Хорошо.

Потом посмотрела на Артёма.

— Теперь можете идти.

— Меня выгнали с собственного заседания?

— У вас нет собственного совета директоров.

Я чуть улыбнулась.

— Очень полезная мысль. Повторяйте ему чаще.

Артём поднялся. У двери остановился возле меня.

— Поговорим после.

— Уже страшно.

— Правильно.

Он вышел. Лидия Андреевна подождала, пока дверь закроется.

— Он правда не знал?

— Правда.

— Тогда сегодня у вас интересный вечер.

— У нас они редко бывают другими.

Я ожидала от Артёма трёх вариантов реакции. Первый: он скажет, что идея слишком рискованная. Второй: немедленно предложит деньги. Третий: начнёт строить бизнес-план быстрее меня. Он удивил. Мы вышли из здания, дошли до машины, сели. Артём пристегнулся. И сказал:

— Поздравляю.

Я ждала продолжения. Его не было.

— И всё?

— А что ещё?

— Не знаю.

— Хотите, чтобы я начал объяснять, почему вам не стоит?

— Нет.

— Предложил оплатить первые полгода?

— Нет.

— Нашёл офис?

— Особенно нет.

— Тогда поздравляю.

Я смотрела на него с подозрением.

— Вы точно Артём Романов?

— Пока да.

— Удивительно.

— Вера, это ваше решение.

— Знаю.

— Я тоже.

Он завёл машину.

— Куда?

— Отмечать.

— Я ещё ничего не открыла.

— Тем более. Сейчас последний вечер, когда ваш новый бизнес не создаёт вам проблем.

— Вы уже готовитесь радоваться моим проблемам?

— Я собираюсь говорить «я предупреждал».

— Тогда можете высадить меня здесь.

Он рассмеялся. Через два дня мне всё-таки пришла от него ссылка. Не на офис. Не на мебель. На контакт бухгалтера, которого я сама попросила порекомендовать. В сообщении было написано:

«Вы просили. Никаких дополнительных услуг. Я учусь». Я ответила:

«Медленно, но перспективно». Так