Loveлас - Яна Ланская

class="p1">— Даня! — Слышу крик сестры, поднимаю глаза и вижу, как эта коза несётся к нам навстречу. Сбивает меня с ног и вцепляется в меня, как клещ. — Даня! Даня! Даня!

— Анчоус, ты чо? — Покорно даю сестре на растерзание свои щёки и не понимаю, что это за приступ нежности. Решила меня за всю жизнь нацеловать что ли?

— Я так испугалась! — Виснет на мне и, не отлепляясь, плетётся в дом. — Дань, если бы ты сгорел…

— Да всё пучком, бро! Не разводи влагу! — Треплю сеструху по голове, чтобы перестала киснуть, а она пуще прежнего ревёт.

— Даня, я тебя так люблю! — Всхлипывает сестра. Ебать, надо было сгореть, чтобы близняшка наконец скинула маску снежной королевы.

— Бро, я знаю! Я тебя тоже люблю! — Заходим в дом, Аня не даёт мне скинуть кеды, ощущение, что мы не двойняшки, а стали сиамскими близнецами к двадцати. Её муженёк строго на нас смотрит. И я решаю сбросить её от греха подальше. Мне нужна его поддержка, а не ревность. — Серсеюшка, всё, отпусти меня. Твой Гора уже напрягся.

— Придурок! — Аня пихает меня в бочину и тут же снова чмокает. Хорошо, в последний раз.

— Мелкий, — подходит зять и своим хлопком едва не ломает мне хребет. Точно Гора! — Понервничали мы с тобой!

— Молодёжь, пойдёмте поговорим в моём кабинете, — дружелюбно говорит олигарх, но я не обольщаюсь. Слишком все добренькие, в этом и подвох.

— Даня! — Выбегают младшие сёстры моего зятя откуда-то и наваливаются на меня. — У тебя есть ожоги? А у тебя был огнетушитель? А ресницы сгорели? От тебя пахнет костром! Ты останешься у нас?

— Привет, девчонки! — Улыбаюсь малышне. Они тащатся с меня, но сейчас мне не до них. — Все вопросы к моей пресс-службе. Попалите ресницы, может и сгорели.

Замечаю, что старшая сникла и вот-вот разревётся. Бля, ну только этого мне не хватало. Неловко ей улыбаюсь и догоняю остальных.

Бесит тягомотина. Теперь экономка интересуется, кому что принести, и затягивает процесс. Сразу бы сказали, что мне пиздец, и всё. Папа даёт поблажку и разрешает выпить мне коньяк.

Опрокидываю сотку и чувствую слегка уловимое расслабление.

— Данил! — Дверь раскрывается, и в кабинет залетает жена Костяна и мчится на меня. Тётя, полегче! — Как ты, милый? Всё хорошо? Эти товарищи тебя не обижают?

— Здравствуйте, Юлия Владимировна! Нет, всё хорошо. — Стараюсь не дышать и смотрю в потолок, пока женщина меня обнимает. Это пиздец! Что за сиськи? И почему я раньше не смотрел категорию кормящих мамочек? Разъёб просто! Она как назло меня ими душит, и я боюсь, что если она от меня не отлипнет, я кончу себе в штаны, как школьник.

— Мой хороший! — Начинает гладить меня, как мелкого пиздюка, а я молюсь, чтобы она поскорее меня оставила в покое. Что за химия у меня с сеструхиной свекровью?! — Мы так переживали!

— Мам! Даня сейчас задохнётся! — Спасает меня зять, я с облегчением вздыхаю, когда она меня отпускает, и рано расслабляюсь. Она поворачивается ко мне своей сочной спортивной жопой и неспеша направляется к своему мужу. Перекаты булок меня гипнотизируют, и я понимаю, что слишком очевидно зависаю на горячей мамочке. Ловлю на себе строгий взгляд сестры. Ну а что её свекруха припёрлась сюда в спортивной форме? Могла бы и переодеться после тренировки. Или она так разнервничалась за меня, что бежала со всех ног? Может, у нас взаимное притяжение? Да не, я просто стрессанул. Адреналин ебашит. Всего лишь инстинкты!

Благо, Костян поручает своей жене заняться ужином и говорит, что и моя мама скоро будет. Поскорее бы! Она меня в обиду не даст!

— Ну, рассказывай, — наконец переходит к основному папа. — Что произошло?

Выкладываю всю хронологию дня. Со всеми подробностями. Это должно их убедить в моей непричастности.

— Ты не делал чип-тюнинг? — Спрашивает Батя.

— Па, нет! Мы же с тобой обговорили этот вопрос. Я не причём. Тысячу не проехал. Бред какой-то!

— Да заводской брак, — в который раз спасает меня зять.

— А из-за чего вообще машина может сгореть? — Осторожно интересуется сестра.

— Зай, чаще всего короткое замыкание. У Халида как-то «Ламба» сгорела, потому что в Альпах то ли суслики, то ли крысы проводку сгрызли. Могут быть неисправности топливной системы. Пап, помнишь, у мамы «Континенталь» как-то отозвали? Там топливный фильтр ржавел. Короче, нужна диагностика. Сильно выгорела, Дань?

— Ты не видел фотки? Дотла. — Подхватываю волну зятя. — А как FF горели? А 458 Italia отозвали всю партию. Сто пудов производственный косяк.

— Серёжа разберётся, — уверенно заявляет Ананьевский. — Сделают официальную экспертизу. Независимую. Выясним. Без преждевременных выводов.

— А где твой телефон? Почему ты не позвонил? — Спрашивает сестра.

— Мы его с Лизой примотали к зеркалу изолентой, рилс снимали. Нереально было снять.

— Кстати о ней, — резко переключает тему разговора Константин Юрьевич. — Дань, как она вообще? Надёжная? Дети есть? Аня сказала, ей тридцать шесть?

— Да, вроде тридцать шесть. Нет, детей нет. Нормальная она.

— Вы в отношениях?

— Нет. Мы просто дружим, — напрягаюсь.

— Слухи нехорошие поползли, — вздыхает Константин Юрьевич, — мы пробьём, как там чего. Исходя из этого выработаем стратегию. Но, возможно, придётся поиграть в любовь, Дань.

— Чо? — Спрашиваю, как недоразвитый.

— Мы понесли серьёзные репутационные потери, — разжёвывает мне олигарх то, что я и так понимаю. — Надо попробовать запустить отвлекающую кампанию. Роман с популярной девушкой, да ещё и сильно старше, вполне может с этим справиться. А там и экспертиза подоспеет. И весь удар на себя Порш возьмёт. С опоздавшими ещё нужно будет разобраться. Но я думаю, найдём средства. Закажем чартеры, купим новые билеты, что поделать.

— Я не буду публично крутить роман с Лизой. Что за бред? — Смотрю на папу, сестру, Влада, ищу в ком-то поддержку, но тщетно.

— А в чём проблема?

— У меня есть девушка.

— И сколько ты с ней встречаешься? Три дня? Ничего страшного, — закатывает глаза Аня.

— Я её люблю! — Вырывается первое, что приходит на ум, и я понимаю, что не вру. Реально переживаю, что вся эта история негативно отразится на Дане. Мне её чувства важнее репутации Ананьевских. Они и без меня справятся.

— Прекрасно, — улыбается Константин Юрьевич, — уверен, если твои чувства взаимны, она поймёт. Ну, ситуация сейчас такая, Дань.

— Нет! — Мотаю головой. Мне похуй! Это не мои проблемы.

— Дань, — папа пытается меня вразумить. — Ну чего ты раньше времени заводишься. Это просто один из вариантов.

— Этот я сразу отсекаю, — категорично заявляю.

— Ремарка, — встаёт Аня с дивана и подходит к столу своего свёкра, — Даня якобы любит падчерицу Дорошенко. А по моему мнению, она совсем не падчерица, а его любовница.