Мы нарушаем правила зимы - Ксения Шелкова

Злата попыталась удержать его, чтобы он не вставал, однако даже после столкновения с ужасным тэмээн суулом, Илья оказался очень силён. Он отстранил женщину одной рукой и встал.

— Анна… Она здесь?!

Вбежал князь Полоцкий, но даже вдвоём они не сразу смогли остановить возлюбленного дочери.

— Князь, где она?! — Казалось, Илья готов был задушить любого, кто помешает ему видеть Анну. — Отведи меня к ней!

— Да-да, сейчас, — торопливо заговорила Злата. — Анна жива и здорова, просто немного утомлена. Мы пойдём к ней, не тревожься!

***

Анна спала в уютном гнёздышке, из листьев и травы, созданном для неё руками маменьки — но внезапный приступ страха заставил её очнуться. Илья… С ним происходило что-то не то! И тут же, совсем рядом, она услышала его голос.

Анна открыла глаза — оказывается, любимый уже сидел подле неё, исхудавший, бледный до синевы. Его щёки ввалились, губы были сжаты… Дрожащими руками он привлёк её к себе и прижал её ладони к своей груди — Анна ощутила судорожное биение его сердца.

— Не нужно было нам разлучаться, — прошептала она. — Маменька… Он останется здесь, рядом со мной! Иначе он умрёт!

Злата пытливо, с тревогой вглядывалась в них обоих.

— Он почти всё это время был без сознания, милая. Спал не просыпаясь, только вот сейчас пришёл в себя.

— Позвольте нам быть вместе! Так мы оба скорее пойдём на поправку.

— Да, разумеется, — пробормотала Злата. — Я вовсе не против, лишь бы ты скорее выздоравливала.

Она быстро устроила для Ильи постель из мягких молодых веток — поближе к Анне — принесла ему подушку из сухой травы. Всё это время князь Полоцкий находился рядом, но не произнёс ни слова. С тех пор, как они очутились на волшебном дереве, Всеслав Братиславович говорил с Анной только раз: он коротко, но искренне попросил у неё прощения за безобразную сцену в песках. Разумеется, она охотно его извинила, ибо теперь уже своими глазами видела, что значила Злата для князя Полоцкого. И ведь он так долго терпел разлуку с ней!

Злата ещё раз убедилась, что Анна и Илья устроены удобно и сделала знак Всеславу выйти… Анна успела заметить в глазах матери подлинное отчаяние, но спрашивать в чём дело не стала — ей достаточно было того, что она услышала. Уже покидая их, Злата тихо произнесла Всеславу: «Боюсь, уже поздно».

***

— Ты уверена? — Всеслав взял Злату за руку — второй рукой он машинально схватился за кинжал. — Она возвращается?!

— Уже вернулась. Она здесь, Всеслав! Она всё знает!

— Я всё равно тебя тут не оставлю…

— Не надо, — Злата покачала головой, выдавила судорожную улыбку. — Не надо, Всеслав, милый. Тут бесполезно твоё оружие и твоя сила — это Её царство. Твои подданные далеко, а один ты ничего не сделаешь! Я лишь умолю Её отпустить вас и поклянусь никогда больше не сбегать!

— Нет! — вскрикнул Полоцкий — и резко обернулся.

Казалось, в тёплом душистом воздухе на них внезапно повеяло холодом.

***

Анна и Илья остались наедине первый раз с тех пор, как достигли обиталища мавок. Анна не знала точно, сколько времени они провели порознь, но для любимого это оказалось тяжело. Она теперь корила себя за то, что отвлечённая встречей и долгожданным знакомством с маменькой, не попросила, чтобы Илью сразу поместили рядом с ней.

Теперь же они сидели, обнявшись; Анна положила голову ему на грудь и слушала, как спокойно и ровно бьётся его сердце.

— Ты счастлива, родная? — спросил Илюша.

— Да! Наконец-то случилось то, о чём я мечтала всю жизнь! Я так боялась, что никогда её не увижу… Жаль только, папаша не узнал! Впрочем, я расскажу ей всё о папеньке — я обещала ему перед смертью…

Слёзы навернулись у неё на глаза при воспоминаниях об отце, но Анна постаралась сдержаться. Она выполнила свой долг, нашла-таки Злату, как завещал ей папенька. Он будет смотреть на них с небес и радоваться…

Анна хотела ещё что-то сказать, но вдруг рука Ильи в её руке сделалась ледяной, а сам он замер, даже перестал дышать… Анна в тревоге обернулась, вглядываясь в его лицо — но любимый смотрел куда-то поверх её головы, его чёрные глаза сверкали диким мрачным огнём, а верхняя губа угрожающе приподнялась, обнажая острые клыки. Анна едва не вскочила — но Илья не позволил, напротив, сильнее прижал её к груди, словно боялся, что её отберут.

Она медленно повернула голову и вздрогнула — совсем рядом с ними стояла маленькая аккуратная старушка с белыми, как снег, убранными в узелок волосами, выцветшими голубыми глазами, в простом сером платье и скромном салопчике. Она с живым любопытством поглядела на Анну и Илью, даже улыбнулась слегка. Затем сделала шаг вперёд — Илья молниеносно оказался на ногах. Он отступил к плотной стене из зелени, закрывая Анну собой.

Анна заметила, как сжались его кулаки, заходили желваки на скулах… Она лишь два раза видела эту старушку — в том самом доме на Обуховской улице — но сразу узнала её. Каким же образом она смогла здесь появиться?!

Илья и старуха смотрели друг на друга невыносимо долго. Его чёрные глаза впивались в её — прозрачные, бледно-голубые… Затем старушка нарушила молчание: рассмеялась мелким, квохчущим смехом.

— Ты, сыночек, вздохнуть-то не забудь! — посоветовала она. — Задохнёшься, не ровен час.

Тонкие ноздри Ильи гневно дрогнули.

— Макаровна! — прохрипел он. — Что тебе от нас надо? Зачем ты пришла?!

— Я пришла? Это вы ко мне пришли! Вы нынче у меня в гостях; а коли гостишь, вести себя смирно и прилично надобно! Так-то, милый.

Старушка говорила спокойно и даже приветливо, но Анна заметила, что у Ильи побелели костяшки пальцев — так крепко он сжимал кулаки. Он боялся эту сухонькую, безобидную на вид старуху. Кажется, Илюша говорил, она его бывшая нянька? Анна пока не понимала, что в ней такого угрожающего, и в недоумении вертела головой туда-сюда.

— Ты меня больше не обманешь, — говорил Илья. — Катя думала, ты друг нам, единственной близкой душой тебя почитала…

— Так и было всегда! — возразила Макаровна.

— Ты же знала, что мне можно помочь?! И держала в цепях столько лет! Я тебе был зачем-то нужен — зачем? Хотела своей воле подчинить? Или просто посмотреть, что в конце концов со мной станется?!

Старушка хотела было что-то сказать, но её ласковые глаза вдруг сверкнули зеленоватыми ледяными искрами. Вбежала Злата и упала перед Макаровной на колени, за ней появились Всеслав и Велижана.

— Матушка, —