Неизбежная тьма - Рейвен Вуд

Внезапная волна смущения захлестывает меня, и я отвожу взгляд, прежде чем признаться:

— Нет.

— Тогда ты остаешься.

Я перевожу взгляд обратно на него. Но это был не вопрос. Просто констатация факта. И он даже не ждет, соглашусь ли я.

Поднявшись на ноги, он направляется к двери, ни разу не оглянувшись. Я просто сижу и в ошеломленном молчании наблюдаю, как он выходит за дверь.

Разочарование пронзает мою грудь и сжимает сердце.

Это сразу же приводит меня в ярость. Потому что у меня нет никакого права на разочарование.

Между мной и Рико все было кончено. Я сохранила ему жизнь, а он — мне. Теперь мы квиты. И поставили жирную точку. Поэтому он не был обязан спасать меня, когда нашел без сознания в том парке. Но он все равно это сделал.

Так что у меня нет никакого права чувствовать себя немного разочарованной тем, что он просто ушел, не сказав ни слова.

И все же, когда я смотрю на дверь, которую он оставил приоткрытой, в моем сердце появляется странная боль.

Проклиная себя за глупость, я качаю головой и начинаю сползать с изголовья кровати, чтобы снова лечь. Каждое малейшее движение пронзает мое тело острой болью, и я замираю на секунду. Затем стискиваю зубы и готовлюсь повторить попытку.

В коридоре снаружи раздаются шаги.

Я останавливаюсь и ошеломленно моргаю, когда Рико возвращается в спальню. Нахмурившись, я смотрю на предметы, которые он держит в руках. Книги. Точнее, четыре из них.

Он подходит к моей кровати и бросает книги на тумбочку. Они падают с громким стуком.

— Романтика, — говорит он.

У меня голова идет кругом, поэтому я просто смотрю на него в полном недоумении.

— Что?

— Жанр. — На мгновение на его лице мелькает удивление, а затем снова появляется нейтральная маска. Потом он показывает на самую верхнюю книгу. — Романтика. — Он проводит пальцем по корешку книги под ней. — Триллер. — Опускается до третьей. — Фэнтези. — И последней. — Ужасы.

— Э-э-э... — это все, что слетает с моих губ, потому что я нихрена не понимаю, что, черт возьми, здесь происходит?

— Попробуй почитать и посмотри, какая из них тебе понравится. — Он засовывает руки в карманы и беспечно пожимает плечами. — И дай мне знать, если тебе совсем не понравится читать, и завтра мы попробуем что-нибудь другое.

Мой мозг работает со сбоями, поэтому все, что я делаю, — это сижу и смотрю на стопку книг, пока его слова эхом отдаются в моем черепе.

Он знает, что я не знаю, что мне нравится. Поэтому он…

Краем глаза я замечаю какое-то движение и понимаю, что Рико снова направляется к двери. Я быстро встряхиваю головой, чтобы прояснить ее, что помогает лишь отчасти, и возвращаю свое внимание к нему.

— Врачи сказали, что тебе нужен отдых, — бросает он через плечо. — Особенно сегодня. Так что оставайся в постели и немного отдохни.

— Я в порядке, — выпаливаю я. Потому что что еще я могу сказать?

Он замирает, положив руку на ручку, и оборачивается, окинув меня властным взглядом.

— Отдохни немного, Изабелла. — В его глазах вспыхивает огонек, а в уголках губ появляется тень лукавой улыбки, разрушая идеальную маску суровой властности. — Не заставляй меня надевать на тебя наручники.

Затем он выходит и закрывает за собой дверь.

Я жду, когда он запрет ее на замок. Но этого не происходит.

Пока я сижу на мягкой кровати и смотрю ему вслед, мне вдруг хочется разрыдаться. Или, может быть, рассмеяться. Или сделать и то, и другое.

Но я не могу дать волю своим чувствам. Не здесь. Не сейчас.

Поэтому вместо этого я тянусь к тумбочке и беру первую книгу.

Глава 38

Рико

Прошла целая неделя с тех пор, как я привез Изабеллу к себе домой. И, к моему полному изумлению, она не попыталась улизнуть и исчезнуть, не сказав ни слова. Вместо этого она сделала именно то, на что я надеялся. Осталась. Отдохнула. И позволила своим ранам затянуться.

К счастью, обошлось без осложнений или серьезных повреждений. Ее синяки начинают исчезать, а порезы на груди и животе быстро заживают. Первые несколько дней она много спала. Но даже после этого она выполняла все предписания врачей и не слишком много двигалась.

С тех пор я каждый день пропускал все занятия. Я объяснил своим охранникам, что это было сделано в целях безопасности, учитывая, что двое убийц так близко подобрались ко мне. Мой дедушка с радостью принял это оправдание.

Хотя я и пытался убедить себя, что остаюсь в доме исключительно для того, чтобы не дать Изабелле в один прекрасный день просто раствориться в воздухе, в глубине души я знаю, что причина кроется совсем в другом. Но я не решаюсь признаться в этом. Даже самому себе.

— Ну, как успехи?

Я поднимаю взгляд от доски и вижу, что Изабелла улыбается мне. В ее глазах теперь свет, настоящий свет, который искрится, когда она улыбается. Раньше я не замечал этого в ее глазах, когда мы впервые встретились. Но теперь я вижу это почти каждый день. Это совершенно потрясающее зрелище, и у меня до сих пор каждый раз перехватывает дыхание.

Прищурившись, я бросаю на нее укоризненный взгляд.

— Все идет как по маслу, большое тебе спасибо.

— Угу. — Ухмыляется она мне. — Так вот почему я уже захватила половину твоих фигур, а ты... — Она демонстративно щурится и наклоняется через стол, чтобы пересчитать фигуры в моей стопке. Затем она переводит взгляд обратно на меня и заканчивает: — Четыре моих?

Я раздраженно фыркаю.

— Я пытался быть милым. Старался быть с тобой помягче, поскольку ты впервые играешь в эту игру.

После первых нескольких дней, когда я просто дал ей отдохнуть и побыть в тишине и покое, я предложил посмотреть что-нибудь по телевизору. Она согласилась, причем охотнее, чем я ожидал, и мы посмотрели целый сезон одного из моих любимых сериалов. После этого я предложил попробовать поиграть в видеоигры. К счастью для меня, у нее совершенно ничего не получилось. За что я нещадно ее дразнил.

Однажды за ужином она упомянула, что никогда не играла в настольные игры. У нас не так уж много настольных игр, но мне удалось откопать одну из них в библиотеке. Вот в нее-то мы и играем сейчас за столом в ее спальне. И она надирает мне задницу, хотя я пытаюсь выиграть.

Она одаривает меня понимающей усмешкой.

— Конечно.

— Ты слишком самоуверенна, не так