Няня для мертвого наследника дракона - Юлий Люцифер

Аррас сделал еще несколько шагов к Тарну.

Потом лег.

Только после этого Роэн начал медленно двигаться вперед.

— Оставайтесь за мной.

— Я не собиралась обгонять.

Он подошел достаточно близко, чтобы рассмотреть лапу.

Дракон следил за ним, но не проявлял агрессии.

Я остановилась на два шага дальше.

Теперь шрам был виден хорошо.

Круг.

Несколько старых участков ожога.

А чуть выше — три тонкие линии, уходящие к суставу.

Точно такие линии Лорен рисовал на внешнем контуре узды.

Я почувствовала холод, хотя в долине было тепло.

— Это она.

Роэн не ответил сразу.

Осматривал.

Потом медленно кивнул.

— Следы совпадают.

Аррас поднял голову.

Я замерла.

Роэн тоже.

Но дракон всего лишь повернулся к другому боку.

И тогда мы увидели еще один шрам.

Возле основания крыла.

Небольшой круг с тремя лучами.

Роэн выругался.

— Что?

Он указал.

— Дополнительный контур. На нашей узде его не было.

— Для чего он?

— Не знаю. Но Селия писала про повреждения связи после закрытых учений. Если Аррас действительно был одним из тех драконов...

Я закончила:

— Значит, узды испытывали еще двенадцать лет назад.

— Или что-то очень похожее.

Мы обошли дальше, насколько позволял Аррас.

Роэн достал бумагу и начал быстро рисовать шрамы.

Я запоминала расположение.

В какой-то момент заметила другое.

На внутренней стороне лапы под шероховатой чешуей остался небольшой темный участок.

Не шрам.

Металл.

— Там что-то есть.

Роэн наклонился.

Аррас сразу дернул хвостом.

Он отступил.

— Вижу.

— Остаток узды?

— Возможно. Нельзя трогать.

Я смотрела.

Небольшой фрагмент металла словно врос между чешуйками.

На нем что-то было.

— Похоже на знак.

Роэн достал маленькую лупу.

Но приближаться больше не стал.

— Недостаточно близко.

Я вспомнила, как Лорен вчера говорил о маркировке.

— Может быть, мастерская.

— Может.

Роэн достал из сумки небольшой увеличительный кристалл на ручке, направил так, чтобы отражение попало на кусок металла.

Изображение стало крупнее на светлой поверхности камня.

Я подошла.

На темном фрагменте виднелась часть знака.

Крыло внутри круга.

Тот же символ.

Не номер.

Только знак.

Но этого хватило.

Мы посмотрели друг на друга.

— Центральная мастерская? — спросила я.

— Государственный стандарт точно. Круг с таким крылом использовали только на оборудовании корпуса.

— Двенадцать лет назад?

— Да.

Теперь у нас было больше, чем второй дракон.

Был старый случай.

Шрамы узды.

Фрагмент военного металла.

И официальная история о поврежденной связи после закрытых учений.

Я отошла от Арраса.

— Селия нашла его в отчетах.

— Да.

— Значит, она была права еще тогда. Современные испытания шли задолго до ее смерти.

Роэн ничего не сказал.

Но я увидела, как это ударило.

Пять лет он жил с мыслью, что жена могла ошибаться.

Теперь становилось ясно: ошибался он.

Я не стала говорить это вслух.

Не потому, что хотела щадить.

Потому что он и без меня понимал.

Мы решили проверить долину дальше.

Не подходить к драконам.

Только смотреть с расстояния.

У ручья я заметила еще одного.

Темно-красный, меньше Арраса.

Когда он встал, на задней лапе показалась белесая полоса.

— Роэн.

Он уже смотрел туда.

Шрам был не таким ровным, но расположение совпадало.

Мы не могли утверждать, что это узда.

Однако вероятность становилась слишком высокой.

В третьей части долины лежала старая самка с поврежденным крылом. У нее шрам проходил вокруг шеи.

Я почувствовала тошноту.

— Сколько их?

Роэн смотрел на драконов.

— Не знаю.

— Лорен говорил, это убежище для тех, кто пережил потерю связи. А если часть из них потеряла ее не из-за естественных причин?

Он сжал челюсть.

— Тогда речь не о нескольких экспериментах.

— А о системе.

Слово прозвучало спокойно.

Но именно оно меня испугало.

Система.

Не один маг.

Не один безумный офицер.

Не один случай.

Чтобы делать узды годами, нужны металл, оборудование, мастера, маги, драконы, отчеты, люди, которые скрывают последствия.

Кто-то должен был отдавать приказы.

Кто-то исправлять документы.

Кто-то объяснять исчезновения драконов.

Кто-то следить, чтобы старые случаи не связывали между собой.

— Сколько людей должно знать? — спросила я.

— Не обязательно много. Если работу разделили, каждый мог знать только свою часть. Мастер делает обруч и думает, что это часть экспериментальной упряжи. Маг получает контур без информации о происхождении. Подразделение получает приказ на закрытые испытания.

— А когда дракон погибает или срывает связь, появляется отчет о боевой травме.

— Да.

— Очень удобно.

Роэн посмотрел на Арраса.

— Слишком удобно.

Мы провели в долине еще около часа.

Нашли три дракона со следами, которые могли относиться к уздам.

У одного совпадение было почти точным.

У двух — только подозрение.

Но даже одного Арраса хватало.

Перед отлетом я действительно нашла камень для Теона.

Небольшой.

Серо-зеленый, с тонкой светлой полосой.

Роэн увидел, как я поднимаю его у ручья.

— Это доказательство?

— Обещание.

— Теону?

— Да.

— Он заставит подписать место и дату.

— Именно на это рассчитываю.

Я положила камень в карман.

Обратно к Тарну шли молча.

Когда долина осталась за спиной, Роэн остановился.

— Элина.

Я повернулась.

— Что?

Он смотрел не на меня.

На горы.

— Селия пыталась показать мне это пять лет назад.

Я понимала, что речь не только об уздах.

— Она показала вам три отчета.

— А я решил, что трех недостаточно.

— Для обвинения людей — действительно недостаточно.

— Но достаточно, чтобы продолжить проверку.

Я не стала спорить.

— Да.

Он провел рукой по волосам.

— Если бы я не пошел к Дейрану...

Я сразу остановила:

— Не начинайте.

Роэн посмотрел на меня.

— Вы не знаете, что я собирался сказать.

— Знаю. Вы опять собираетесь построить целую цепочку из слова «если». Если бы не показали бумаги. Если бы сразу поверили Селии. Если бы продолжили расследование. Если бы открыли ее ящик раньше. В конце этой цепочки вы обязательно назначите себя виноватым во всем, что сделали другие люди.

Он молчал.

Я продолжила спокойнее:

— У вас есть конкретная ошибка. Вы доверились не тому человеку или не тому кругу людей и потом слишком долго не возвращались к расследованию. За это можно отвечать. Но Селию убили не ваши сомнения. Ее убили люди, которые решили, что имеют право убивать ради своей цели.

Роэн долго смотрел на меня.

— Вы сегодня удивительно милосердны.

— Не обольщайтесь. Я все еще считаю, что пять