Няня для мертвого наследника дракона - Юлий Люцифер

Только после этого я пошла в классную комнату.

Разумеется, Теон не оставил там ничего, что требовало моего немедленного внимания.

Две книги лежали на столе.

Тетрадь была закрыта.

Перо вымыто.

Я прекрасно могла прийти утром.

Но возвращаться в собственную комнату пока не хотелось.

Я подошла к окну.

Вдали за восточной стеной темнел силуэт дикого дракона.

Тарн лежал неподалеку.

Завтра с него должны были снять последнюю часть узды.

Потом появится маркировка.

Мастерская.

Люди.

Документы.

Мы наконец начинали идти туда, куда пять лет назад не дошла Селия.

И теперь я знала еще одну вещь.

Перед своей смертью она опасалась обращаться к Дейрану Вальку.

А Роэн когда-то доверял ему настолько, что первым показал материалы жены именно этому человеку.

Это ничего не доказывало.

Пока.

Но впервые после начала нашего расследования главным препятствием становились не только чужие тайны.

Нам приходилось разбирать последствия решений, которые Роэн пять лет пытался не вспоминать.

Глава 12. Первый полет

Глава 12. Первый полет

Лорен нашел второй след узды не на драконе, а в старом отчете.

Утром он вошел в малую столовую с такой стопкой бумаг, что Марта без слов убрала со стола вазу, сахарницу и тарелку с булочками, освобождая место.

Теон проследил за исчезающей выпечкой с явным беспокойством.

— Я надеюсь, ваши новости действительно важные, господин Харт. Иначе я не понимаю, почему ради них уносят мой завтрак.

Лорен положил бумаги на стол и посмотрел на него поверх очков.

— Если бы вы ели булочки с тарелки, а не пытались незаметно забрать третью в карман, никто бы их не уносил.

Теон медленно вытащил руку из-под стола.

Я не удержалась от улыбки.

— Даже не пытайтесь утверждать, что собирались передать ее мне.

— Я хотел оставить на потом.

— В кармане?

— Там удобно.

Марта вернула одну булочку и положила перед ним.

— Вот эта на потом. А теперь дайте взрослым поговорить, пока господин Харт не решил завалить бумагами и вашу тарелку.

Роэн сидел напротив меня. Судя по лицу, спал он мало. Последние дни это становилось нормой, и мне все сильнее не нравилось, как быстро он снова возвращался к привычке решать любую проблему за счет собственного отдыха.

Лорен вытащил из стопки тонкую папку.

— Вчера вы спросили, можно ли найти другие случаи применения современных узд. Ночью я вспомнил одну историю, которую слышал много лет назад. Тогда не связал ее с уздами, потому что официально речь шла о нарушенной связи после боевой травмы.

Роэн сразу отодвинул чашку.

— Где?

— Восемнадцатое северное крыло. Двенадцать лет назад. Дракон по имени Аррас перестал подчиняться всаднику после закрытых учений, тяжело ранил двух магов и исчез. В отчете написали, что связь разрушилась вследствие старой травмы головы.

— Я помню дело, — сказал Роэн. — Арраса искали около месяца, потом признали погибшим в горах.

Лорен покачал головой.

— Не погиб.

Теон моментально забыл о булочке.

— Вы знаете, где он?

Лорен посмотрел на Роэна, словно решая, сколько можно говорить при мальчике.

Тот кивнул.

— Если речь идет только о драконе, говорите.

— Через два года после исчезновения Арраса я видел его в месте, которое раньше использовали как убежище для свободных драконов и тех, кто пережил потерю связи с человеком. Небольшая горная долина к северо-западу отсюда. Туда почти невозможно добраться по земле, поэтому люди появляются редко.

Я сразу поняла, к чему он ведет.

— У Арраса были следы?

— Тогда я не знал, что именно вижу. На задней лапе шел круговой шрам, а возле основания крыла были старые ожоги, совершенно не похожие на боевые. Я решил, что это последствия плена или неудачной лечебной магии. После того, что мы сняли с дракона у Ранвеля, описание выглядит иначе.

Роэн взял папку.

— Почему Аррас вообще подпустил вас достаточно близко?

Лорен на мгновение замолчал.

— Потому что тогда со мной еще был мой дракон.

В комнате стало тише.

Я знала, что Лорен бывший всадник. Не знала только, почему бывший.

Теон тоже это понял.

— Он умер?

Лорен посмотрел на мальчика спокойно.

— Да. Несколько лет спустя. Возраст и старая рана.

Теон не стал задавать следующий вопрос, хотя я видела, что хотел.

Лорен продолжил:

— Свободные драконы обычно не любят людей, но к связанным относятся терпимее, если рядом их дракон и нет угрозы. Аррас позволил мне осмотреть себя. Я ничего не смог сделать со шрамами, да и не знал, что искать. Сейчас хочу проверить еще раз.

Роэн развернул старую карту.

— Где убежище?

Лорен указал место между двумя горными хребтами.

— Вот здесь. С земли можно идти несколько дней, причем последний участок все равно придется преодолевать по скалам. На драконе от Ранвеля несколько часов, если ветер нормальный.

Я посмотрела на карту.

Горы находились значительно дальше мест, которые мне успели показать.

— Вы хотите лететь сегодня?

Роэн ответил сразу:

— Да.

Лорен сказал:

— Желательно не откладывать. Если шрам Арраса действительно совпадает со следами нашей узды, получим второй независимый случай. А по старым отчетам можно будет проверить, кто находился на тех учениях и какие мастерские их обслуживали.

Теон поднял руку.

Я посмотрела на него.

— Что это?

— Я хочу спросить, но вы говорили не перебивать.

— Тогда спрашивайте.

Он повернулся к отцу.

— Я полечу с вами?

Ответ Роэна был ожидаемым, но на этот раз он не ограничился одним словом.

— Нет. Мы не знаем, сколько драконов находится в убежище и как сильно ты будешь их чувствовать. После того, как рядом с одним раненым тебе уже становилось плохо, везти тебя туда сейчас было бы глупо. Когда мы лучше поймем способность и ты научишься ее контролировать, вернемся к этому разговору.

Теон явно расстроился, но не стал спорить с причиной.

— Тогда кто полетит?

Лорен указал на себя.

— Я бы с удовольствием, но есть небольшая проблема. После смерти моего дракона я не летаю пассажиром без крайней необходимости. Старые кости слишком хорошо помнят, каково это было в собственном седле, и слишком плохо относятся к чужому.

— Значит, отец один?

Роэн посмотрел на меня.

Я сразу насторожилась.

— Почему вы так смотрите?

— Потому что хочу предложить вам полететь со мной.

Несколько секунд я была уверена, что неправильно поняла.

— Мне?