Госпожа Лидия - Малиновая Карамель

– Пошли прочь из моего дома. – с холодным презрением она оглядела мужчин, задержавшись на мне взглядом чуть дольше, но потом переведя его на капитана стражи, что стоял прямо перед ней.

–Госпожа Антесса, – в полнейшей тишине голос капитана Лумао казался колокольным звоном, – я прошу вас не усложнять и так тяжёлую ситуация. Опустите немедленно нож. – его голос и руки на бластере слегка дрожали.

Только сейчас я обратила внимание, что ни один мужчина в комнате, даже мои мужья и заместитель главы тайной канцелярии, не целился в женщину. Их бластеры смотрели в пол, в районе ее ступней, хотя должны были взять на мушку и при малейшем движении стрелять на поражение.

«Она опасна! На её руках уже два трупа, неужели они не понимают, что оставить сына в живых для неё не выгодно.» – с горечью думала, отступая на шаг назад и слегка прячась за спиной Эрима от острого взгляда серых, словно новый асфальт, глаз.

Я знала, что они не смогут дать ей отпор, даже после того, что услышали о ней и увидели сейчас. Минус, огромный минус системы, который я обязательно исправлю, как только выберусь из этого ужасного подвала.

–Вы не смеете мне указывать! – сорвалась она на крик. – Я госпожа, истинная эрсхонка и не жалким мужчинам твердить, что мне делать. – она кричала, и буквально дрожала всем телом от импульсов гнева, что проходил по её натянутым нервам.

В тот миг, я услышала жалобный всхлип мальчика, который уже не мог совладать со своим страхом. На секунду переведя взгляд с острого ножа в кровавых подтёках, я встретилась с серо-голубыми, дымчатыми глазами маленького эрсхонца.

«Такие же, как и у отца.»

У него на носу были веснушки, рыжие волосы были коротко и неровно отрезаны, но я была уверена, что они будут слегка виться, когда отрастут. Глядя на мальчика, я знала, что он вырастет очень похожим на Ааруса, своего отца. Не было в нём ничего от матери, возможно потому она и не считалась с ним. А может виной её ненависть к мужчинам, я не знаю. И вообще я не психоаналитик, чтобы делать выводы про чужих тараканов, но не сомневаюсь, что у неё они не меньше мадагаскарских. Но вот что я могу, так это спасти ребёнка.

Меня называют спасительницей, освободительницей и много ещё синонимов, но суть одна. Я вырываю существ из ада и даю шанс на другую жизнь. У этого ребёнка впереди много времени, и я приложу максимум усилий, чтобы смерть его отцов, жертва Ааруса, не были напрасны.

– Госпожа остановитесь! – закричал Кастроф, заметив жёсткий взгляд женщины.

Но ей было абсолютно наплевать на чужие крики, её глаза не открывались от макушки мальчика. Я видела такой же взгляд на лицах хозяев, когда они отдавали приказ утилизировать непригодных рабов, тех кто уже сломался и не мог продолжать исполнять их волю.

И я знала, что собирается сделать Антесса ещё до того, как её рука напряглась и слегка отвела нож в сторону, чтобы вонзиться в детское тело.

Ещё до того, как она это сделала, я навела бластер, целясь в область сердца, не намереваясь щадить её. Перед глазами на миг встало лицо Ааруса, когда мы мимолётно встретились в коридоре дворца Верховных. Нужно было не отпускать его, надо было сразу, как прочитала записку, догнать его и предложить свою помощь. Спрятать его с собратом и сыном и после засудить Антессу за жесткое обращение.

Потом вспомнила маленькую Иришу и ещё двух девочек, что чуть не попали в рабство. Их украли с самой охраняемой планеты и к этому приложила руку Антесса, я уверена.

«Но как? Кто помогал ей? Нужно найти всех участников и предать их суду.» – всего за секунду пронеслись эти мысли в моей голове, и я приняла сложное решение.

Бах!

Выстрел разорвал тишину, слегка оглушая. Бластер в моих руках приятно резонировал, посылая мягкие волны вверх до самого мозга. Знакомое и сейчас невероятно приятное чувство удовлетворения и мрачного злорадства.

В следующий миг всё завертелось с утроенной скоростью

– А-а-а! – закричала Антесса, выпуская из рук нож и падая на спину прижимая руку к кровоточащей ране на плече. – Тварь! Чёртова землянка, я превращу твою жизнь в ад. – шипела угрозы в мой адрес женщина, что стала заметно бледнее, но мне было на это наплевать.

Я рванула вперёд, всего пара шагов, и я стояла рядом с мальчиком, пряча его за своей спиной, продолжая целиться в эрсхонку. Одной рукой я прижимала к своей спине хрупкое детское тело, что сотрясалось крупной дрожью то ли шока, то ли от кровопотери. Очень хотелось опуститься на колени и проверить его на наличие травм, но сначала надо было закончить начатое.

– Заткнись. – мой голос был подобен загробному шёпоту.

Антесса стиснула крепко зубы, и мне казалось, что они прямо на глазах раскрошатся, но видимо стоматологи на Эрсхо профессионалы своего дела. В её глазах не было ничего кроме ненависти ко мне. Не знаю было ли это личным отношением или последствием стрельбы, но мне было глубоко плевать, ведь чувства были взаимными.

– Господин Лумао, – обратилась к начальнику стражи, что начал отходить от шока и подошёл ближе, когда я позвала его, – возьмите под арест госпожу Антессу и сопроводите в камеру для госпреступников.

– Но она ранена… – растеряно переводил взгляд с меня на валяющуюся у моих ног госпожу старый вояка.

Уверена, это первый раз на его памяти, когда он должен взять под стражу женщину, так ещё и раненную. Но всё бывает впервые, и я собираюсь пойти дальше.

– Заряд стоял на минималке, стреляла в плечо, не задела крупных артерий. – по-военному коротко и точно отчиталась о своих действиях. – Вызовите штатного врача, пусть наложит давящую повязку. Но до прихода Верховных к госпоже никого не подпускать. – он не стал спорить, лишь достал из-за спины пару древних на вид наручников и сделал шаг к Антессе.

– Госпожа Антесса вы обвиняетесь в двойном убийстве, попытке убийства своего родного сына и в государственной измене. – окончательно взяв себя в руки, Лумао споро заковал женщину, что осыпала его оскорблениями и хоть и осторожно, но насильно поднял на ноги, чтобы передать своим людям. – Парни, вы слышали госпожу Лидию. Выполнять!

Двое довольно молодых парня