Сделка с Демоном, или Хвостатая проблема - Светлана Ворон

Я вытянула вперед руки, демонстрируя клубящуюся вокруг кожи тьму. Лопатки отчаянно зачесались, и я испуганно сделала глубокий вдох, пытаясь взять вспышку под контроль.

Кажется, от сильных эмоций мне становилось хуже. Что-то лезло из темных глубин наружу, и я всем сердцем понимала, что нельзя это выпустить: обратного хода не будет.

— Если бы я сказал правду, ты бы здесь не сидела, — мрачно съезвил Викто́р.

— И в постели твоей тоже не побывала бы, — прорычала я сквозь зубы, ненавидя его за то, что он умалчивал о последствиях намеренно, чтобы я не соскочила с крючка.

— Именно, — у этого подлеца даже губы дернулись от ухмылки, и я сжала ремень безопасности так сильно, что он едва не порвался.

Пришлось сделать над собой усилие: что было, то было, ни его гнилую натуру, ни ситуацию уже не исправишь. Я зашла в эту ловушку по своей воле и по собственной глупости.

— Так я превращусь в демона или «все равно умру», как сказал Арль? От чего это зависит? Я не хочу ни того, ни другого! Но если придется выбирать, я предпочту смерть, — заявила я, вздернув подбородок. — Мог бы сразу сказать, что мой отец не демон. Нам с сестрами было неприятно думать плохо о папе и о себе. А девочкам еще и Совет нервы теперь треплет.

Я прикусила язык, вдруг вспомнив, что Викто́р обо всем мне говорил. Просто я пропускала это мимо ушей. Без полноты информации трудно было придать его словам, брошенным вскользь, значение.

«Ты не демон, детка, просто поверь мне».

— Тогда почему ты так удивился результату моего анализа? — спросила немного спокойнее. — Ты же знал, что во мне твоя кровь.

— Двадцать процентов — это очень много даже для нашей с Арлем двойной дозы, — объяснил Викто́р, больше не юля. — Такое чувство, что твое тело «усваивает» мою кровь и делает ее частью себя. И поэтому концентрация растет, хотя должна снижаться. Смею предположить, что какой-то процент демонического генома в тебе все же был.

— А? — моргнула я, прижатая давлением к сидению.

На прямой автостраде мужчина втопил педаль газа в пол и мы понеслись вперед, непринужденно обгоняя «черепах». При этом демон был расслаблен и держал руль одной рукой, а в повороты входил так плавно, будто с машиной стал единым целом. И зачем такому водитель?

— Человек способен усвоить наш геном лишь в малом количестве. Мы из разных миров, наши виды почти несовместимы. Мы пытаемся создать безопасную формулу, но пока что побочные эффекты от нашего лечения ничуть не лучше, чем от их «химии». Наши клетки доминантны, но людская иммунная система отторгает их, как только обучается распознавать. Все, чего мы до сих пор добились, это временного улучшения состояния некоторых пациентов. Причем единожды: повторный курс менее эффективен, иммунка запоминает «врага».

— Так я не первая, на ком вы провели эксперимент? — горько усмехнулась.

— Мы в постоянном поиске новых опытных образцов, — нагленько оскалился демон, ничуть не смущаясь образа «безумного ученого».

— На ведьмах вы до меня не пробовали!

— Еще как пробовали, — тут же возразил он. — Но это было давно, еще до создания Совета, когда не велось никакого учета и можно было творить любое безобразие.

Я поджала губы.

— И зачем вам это? Слабо верится в ваш альтруизм, уж прости.

Глава 62. Демоны изменились

— Ты права, — нехотя согласился Викто́р, — но чтобы объяснить причину, понадобится много времени… и твоей веры.

— Нам ехать несколько часов, — скрестила я руки на груди.

— Ты уверена, что хочешь знать? — бросил он на меня быстрый взгляд. — Твоя жизнь перевернется и никогда не будет прежней, Эля. А если кому-то расскажешь, тебя поднимут на смех.

Вот же интриган. Так стало еще интереснее!

— А сейчас моя жизнь прямая и простая, как эта дорога, да? — с сарказмом подняла я бровь.

Мимо проносился лес, мелькали отстающие автомобили. Пахло чистым салоном, апельсиновым ароматизатором в сочетании с непревзойденным запахом самого Азавеля и выхлопными газами с трассы.

Я чувствовала сосредоточенность демона и слышала осторожность в словах, которые он подбирал.

— Мы бесплодны, Эля, и поэтому столетиями ищем способ иначе передавать свой генетический материал. Инстинкт продолжения рода заложен в каждом живом существе… вашего мира. В нашем — его нет, только холодный расчет. Мы создавали себе подобных, только если возникала необходимость и появлялся подходящий образец.

— Звучит сухо и бессердечно, не находишь?

— Именно, — кивнул Азавель. — Так все и было. Но с тех пор как попали сюда, демоны изменились. Вы, люди, такие хрупкие и смертные, но зато живые. Ваши эмоции наделили и нас новыми качествами, пробудили желания, ранее неведомые. Вот такой побочный эффект сосуществования двух рас: постепенно мы вошли во вкус, научились все чувствовать и ценить мгновения. Выхода в любом случае не стало после закрытия врат: здесь не произрастает то, чем мы питались в своем мире. Здесь только люди, и нам пришлось адаптироваться. Если я скажу тебе, что демоны переняли все ваши привычки и тоже хотят теперь простого человеческого счастья, ты мне поверишь?

Я внимательно посмотрела на Азавеля и поняла, что да. Демоны ничем не отличались от людей или других сверхъестественных существ, кроме того что были опаснее, могущественнее и сильнее.

Они вовсе не злые и не бездушные, как нам внушали с детства. Они такие же, как мы, со всеми достоинствами и недостатками — неидеальные, но и не однобоко плохие.

— Вы создаете себе подобных взамен нормальных детей, — поняла я, хотя принять это оказалось невозможно.

— Сначала это был просто эксперимент. Задолго до закрытия врат мы приходили на вашу сторону и изучали людей. Некоторые из нас были настолько очарованы вашим образом жизни, что решали остаться. Так появились целые поселения, где мы создавали нечто невообразимое.

— Демонов, — фыркнула я, даже и не представляя, сколько их расплодилось в итоге по всему нашему миру.

— Эксперимент редко доходил до логического конца, в основном подопытные умирали. Иногда сразу, иногда после нескольких доз. Кому-то удавалось сбежать…

Мда, я и вправду не была уже уверена, что хочу это знать.

— А потом врата закрыли и нужного ингредиента не стало: наша кровь не так хорошо подходит, как чистая магия Источника. Люди о нас узнали и начали преследовать. Уничтожить нас физически они не способны, но жизнь испортить могут изрядно, если соберутся толпой.

Он усмехнулся, и я тоже, вспомнив времена Инквизиции. Он ведь об этом?

— Мы разбрелись по миру, научились скрывать свою