От любви до пепла - Анель Ромазова

по организму стреляют. Обидно, в общем-то, знаю, что она моя целиком и полностью, но предъявить права в открытую нельзя. Приходится изгаляться, чтобы встречу наедине организовать.

Меня такой расклад не устраивает, но снова хули делать. Я ей обещал. Чтобы там ни было, слово всегда держу. В исключительном случае могу обратно забрать.

«Прикольно» стоять и наблюдать. Тренировать силу воли, когда на самом деле…

На самом деле раздваиваюсь. Внешняя оболочка остается на месте, замерла в ожидании. Тень уже давно за ее спиной пристроилась. Дышит ею. Двумя лапами крепко тонкую талию сжимает. Лицом в ее волнистый шелк зарывается. Выпускает наружу гигантские черные крылья и укрывает от всего внешнего мира. Генерирует энергию и Каринке передает, чтобы почувствовала, что я рядом. Вижу, облизываю с ног до головы. Себе ее забираю.

Ненавижу себя, что непозволительно слабею. Тело предает. Чувствам совсем до пизды, что мне нахуй не усралось их шебуршание.

Рычать охота до рванья в глотке, ибо вся эта суетливая масса уже внутри не помещается. Расплодились бактерии из эмоций. Боль вытесняют. Злобу гасят. При этом свои продукты жизнедеятельности успешно производят.

Неоспоримо, при всем этом, виной приправляется. Гребаное васаби из жгучей вины. За то, что Матвей тогда из-за меня погиб. За то, что не сумел себя обуздать, Аду вовремя приструнить. За то, что вместо того, чтоб по холодному Герману Эмильевичу месть подавать, грею ее предварительно, рассчитывая куда и как бить.

Вместо того, чтоб контору Стоцкого одним напалмом размести, заключаю контракты с дьяволицей. Осторожничаю, блядь. Под нее подстраиваюсь.

Пиздатый челлендж. Подхватил кукольный мейнстрим и пускаю слюни, как недоебанный задрот.

Похуй.

Мне терять нечего, так что вполне приемлимо по жести наглотаться, запрещенных внутренним цензом, веществ. Передознуться и испытать что-то ранее мне недоступное. Каринка и есть тот препарат разработанный в спец лаборатории. Эксклюзивный. Персональный. Губит.

Похуй. Вечность не для меня. Есть только здесь и сейчас.

Детонирую всей мускулатурой, когда Каринка ныряет в салон. Синхронно отпинываю бычок к тротуару и падаю за руль. Гаркаю движком, педальку до пола поджимаю.

С пожеланием воткнуть клаксон себе в зад, подрезаю, идущую аккурат в боковину со мной, тачку. Погружаюсь в плотный поток железа.

Светофор ровно за секунду до красного пересекаю. Обгоняю Белоснежку с охраной, моргаю задним габаритом и ухожу в поворот налево.

Скорость с драйвом в унисон разбалтываются. Постреливаю глазами в зеркало на чувачка, что за Каринкой присматривает. Ровно спокоен и едет за мной на хвосте.

Город впервые благоволит относительно разгружая трассу. Пятнадцать километров несемся гуськом, затем заманиваю их в глухую зону во дворах. Под аркой становлюсь поперек и перекрываю проезд.

Квантовый выброс пылающей магмы по венам, как на пружине, буквально подкидывает вверх. Адекватность помахивает ручкой на прощание и удаляется. Не заостряюсь на отсутствии оной опции. В принципе, привык без нее обходиться. Поклоняюсь импровизации, ловлю момент и все такое.

Первым вытягивается из салона водитель. Руку кладет на пояс, наглаживая ствол. Поднимаю руки, демонстрируя ладони. Понятный жест, что я без оружия.

— Да брось ты, даже не знал бы, не поверил, — гранитная мина на харе Рата, трескается под коронной улыбочкой во все тридцать два.

— Здарова, — приглушаю бушующие эмоции. Адресую приветствие ему и подтянувшемуся Владу. Обмен рукопожатиями происходит быстро и как-то рвано.

— Принцесску забирай, пока она нас взглядом не покалечила. До утра папик не кинется ее искать, — замолкает, кашлянув в кулак. Так понимаю, что мечтает выразиться некультурно.

— Естественно, знаешь же, что я умею отпрашивать, — ответно скалюсь и выдаю стеб чистой воды.

— Там у одного из боссов тачку подорвали. Так вот, нас с Владом интересует, не ты ли это устроил, — ухмылка пропадет с лица Рата. Ее стирает серьезное выражение. Но тут, как говорится, кто больше платит, тот и заказывает банкет. Ему — то какая, блядь, разница.

Знакомы с обоими, еще с детдома. Парни в армейку прогулялись, потом в частной охране нашли призвание. Так вышло, что они мне по гроб жизни обязаны. Было дело.

— Хочешь подробности, или в компанию, — поддеваю мрачно, прекрасно выкупая, что он откажется. Вопрос запускает затяжной процесс переваривания.

— Нет. В криминале учувствовать, точно не хочу, — заключает уверенно. Иного и не требуется, кроме круглосуточной охраны, доноса и организации наших свиданок. Мне-то похрен. Каринку подставлять не хочется.

— Вот и лады, тогда на созвоне. Где и во сколько девушку забрать, предупрежу заранее, — отмечаю детали.

Сворачиваю диалог. Дергаюсь по инерции вперед, когда Каринка за плечом Рата в поле зрения попадает.

С агрессивным прищуром мотает головой, растряхивая каштановые волны волос по плечам. Как передать накатившее ощущение, что я в ее взгляде полном ненависти, вижу свое отражение. Чудовищно уродливое. Монстр во плоти, или вселенское зло. И это нечто совсем не привлекательно выглядит.

Все правильно. Беспринципное зверье. Какой есть, другого уже не будет. А то, что мне не нравится в этом статусе, это уже совсем другая история.

Подаю ей ладонь. Трудно не заметить, каким пренебрежением она меня обливает. Застывшие слезы блестят на ресницах. Топят по самый кадык. Нутро в сракотень разлетается. Выжигается в адский пепел до пустоты.

— Пошли, — жестко высекаю. Голос не поддается контролю, хватает того, что рык не срываюсь. Кивком указываю в сторону тачки, на которой приехал. За ней, если что. Хера выебывается. Договорились же обо всем. Или особое приглашение ждет?

Внутренний секундомер запускается. Наворачивает соточку минут, хотя прошло всего ничего. Она даже не думает подчиняться. Весомо аргументирую, натягивая скулы и скрипя зубами, что к моему терпению подкрадывается пиздец. Развожу руками всем видом показывая: «Давай как-то не приближать уровень «довела до ручки»».

Карина на это молча садится в Мерс и блокирует двери.

Мать вашу…

Заводит двигатель, вспарывает рокотом пространство, и мои вены рандомно разносит. Дает полного ходу. Задом ловко вылетает из тупика. Впервые вижу, чтобы телка так с тачкой управлялась. Гонять одно, тут много ума не надо, но маневрировать…

Нокаут в пятом раунде. Выносите тело.

Здравый смысл херится. Будто он вообще присутствовал в нашем обществе. Ха! Не смешите.

Гоню за ней с девизом этого дня: «Хули, мать вашу, делать». Не хочет по-хорошему, будет как обычно, по — моему.

Настигаю уже на третьей зебре. Мотыляет жопой АМГ перед моим носом, мешает обойти.

Чего она добивается. Все равно же не отстану.

Достойный соперник. Нехотя, но признаю. Красиво горит моя три сотни вольтовая. В одном котле плавимся.

Ебнуть бы ее пинком по габаритам, но поранится же.

Реально изощряюсь, будь здоров, чтобы затащить бабу в постель. До воспаленного мозга