Попаданка Плюс-сайз - Юлия Викторовна Журавлева

Мы вместе приготовили вторую комнату для Райлы, пообщались. Я потренировалась со зверем под восторженные комментарии сестры. У нас с пантерой выходило все лучше и лучше, прогресс налицо. Жаль, что этого все равно недостаточно…

Спать я ложилась с предвкушением: что же принесет завтрашний день? Вернее – кого. Потому что имелись у меня кое-какие догадки…

И, разумеется, они оправдались.

20

Утром в дверь заколотили так, что будь она чуть более хлипкой – слетела бы с петель. Райла испуганно выглянула из комнаты, в ее глазах-блюдцах плескалась паника. Оно и понятно, лично я не сомневалась, кто к нам пожаловал.

– Если хочешь – не выходи, – предложила ей.

– Нет, – сестра быстро взяла себя в руки. – Сейчас только оденусь.

Ну да, она же все-таки леди и не может предстать абы в чем даже перед родителями. Не то что я: в халате, любимых тапках и нечесаная. Во всей красе.

– Иду я, иду! – крикнула на очередной удар в дверь.

И на всякий случай призвала пантеру. У отца с мачехой, конечно, есть артефакты против нее, но все равно – для собственного спокойствия.

Стоило открыть дверь, как на меня коршуном налетела Элида.

– Где моя дочь?! – выкрикнула она, словно это я похитила бедняжку и держу ее в заточении.

Первым порывом было сказать, что понятия не имею, и поскорее захлопнуть дверь. Но все же родители имели право знать, они же наверняка не только злятся, но и переживают. Хотелось надеяться, во всяком случае.

– Проходите, поговорим, – нехотя пустила их к себе.

Не оставлять же на пороге? Уже из соседних квартир начали выглядывать любопытные жильцы, потревоженные моими гостями.

– Нда… – протянула мачеха, оглядывая мою кухню. – И стоило сбегать, чтобы так жить?

– Стоило, – уверенно отозвалась я, доставая чашки.

Поить их чаем и делиться и без того немногочисленными вкусняшками не хотелось. Но надо было произвести благоприятное впечатление.

Отец на обстановку особого внимания не обратил.

– Я слышал, ты делаешь успехи в активации Разлома, – будто бы похвалил он. – Ты же не забываешь о собственной безопасности?

– Меня хорошо защищают дозорные, – ничуть не соврала я.

У всех дозорных главный приоритет – защита хранителей.

– Надеюсь, никакими глупостями ты заниматься не станешь, – продолжил отец.

И я невольно напряглась, пусть и постаралась не показать этого внешне, а закосить под дурочку.

– Какими еще глупостями?

– Твои дед и прадед слишком увлеклись исследованиями Разлома, за что и поплатились магическим выгоранием, приведшим к смерти. Так что сделай одолжение: не лезь, куда не надо, – попросил отец.

– Конечно, – с готовностью пообещала ему.

Но при этом меня не покидало ощущение, что отцу известно куда больше и про исследования, и про истинные причины смерти его отца и деда. И про то, что недовольных Разломом хватает.

К счастью, тему он развивать не стал, а тут и Райла вышла с таким гордым и независимым видом, с идеальной осанкой и высоко поднятой головой. Сразу видно – настоящая леди! На месте Элиды я бы ею гордилась.

К сожалению, у мачехи имелось собственное мнение относительно дочери, причем не только ее.

– Видишь, я сразу говорила, когда ты приволок свою «наследницу», – это слово она буквально выплюнула, – к нам в дом, что добра от нее ждать не стоит. Говорила? И теперь наша дочь пошла по ее стопам! Видят предки, Райла, я никогда не думала, что ты готова пасть так низко!

На этом моменте лицо сестры дрогнуло, невозмутимость дала трещину, но пока что корабль ее свободы не потерял плавучесть.

Да, мало уйти из дома. Надо еще выдержать общественное порицание.

– Я не собираюсь оправдываться, – звонким голосом ответила Райла.

За этой звонкостью скрывалось многое. Даже я чувствовала легкое дребезжание, выдававшее ее волнение, чего уж говорить про куда более опытную и знающую собственную дочь Элиду.

– Конечно, не собираешься, – почти ласково проговорила она. – А что прикажешь говорить нам семье Дарнау? У вас с Войром на эту субботу запланирован поход в театр, мы же не можем его отменить. Или он должен приехать за тобой… сюда?

Элида так красноречиво обвела глазами это самое «сюда», что я едва сдержала возмущение. Нормальная квартира и нормальная кухня. Да она наши четырехметровые в хрущевках еще не видела! А здесь у меня добротные десять квадратов.

– Я никуда с ним не поеду, – заявила сестра. – И помолвку можете разрывать!

– Да что ты говоришь? – голос мачехи стал слаще меда. – И что дальше, Райя? Мы расторгнем помолвку, и ни один нормальный молодой человек больше не захочет взять тебя в жены.

– Ну и пусть! Мне такие молодые люди и не нужны! Я поступлю в лекарское училище, там можно учиться и без дара и работать в дальнейшем тоже!

Элида поморщилась, словно проглотила кислятину. На самом деле странно, что она не орала. Видимо, решила, что эта тактика не сработает. Или бережет силы на потом.

– Ты не продержишься в училище без денег, а потом не найдешь нормальную работу без связей. Не говоря о том, что женщину возьмут разве что утки выносить. И это я молчу о таких нюансах, как вступительные экзамены, которые еще надо сдать. Не помню, чтобы ты проявляла какие-то особенные успехи в естествознании.

– Это потому что ты не позволяла мне им заниматься! А к экзамену я подготовлюсь! – не собиралась сдаваться Райла, и все же я чувствовала, как брешь в обшивке дает течь.

Видимо, слова Элиды не были простыми страшилками, и все здесь отнюдь не просто и не радужно.

– Райла, – взял слово наш отец, до этого равнодушно молчавший. – У тебя нет магических способностей, а все прочее почти не ценится. Другими талантами ты тоже похвастаться не можешь. Поэтому бери вещи, если они у тебя здесь есть, и поехали домой. Ты не сумеешь жить самостоятельно, как Надежда. Выкинь все эти глупости из головы.

Губы Райлы дрогнули. Ну да, когда тебе вот так тычут, что ты никчемная, попробуй сохрани самообладание.

Но теперь, услышав все это, я поняла, что просто не могу отпустить сестру домой. Пусть даже родители правы, а она нет.

– Когда вступительные экзамены в училище? – спросила я, пока отец или мачеха еще что-нибудь не сказали.

– Через месяц, – в голосе сестры больше не звучало прежнего задора и уверенности.

– Значит, этот месяц ты живешь здесь, у меня, – решила я.

– Да как ты смеешь идти против нас и в этом?! – подскочила Элида.

Ненадолго хватило ее спокойствия, однако.

– Поступишь в училище – молодец, полдела сделано.

Тут я, конечно,