Танго с ненавистным капитаном - Мария Павловна Лунёва

Вот правильное слово — огромное... Все.

— Так, ты меня не слышишь, — он как-то по-своему оценил мое состояние, потому что в следующее мгновение меня принялись нагло раздевать.

Очнувшись, я хотела было оказать сопротивление, да только в одной руке Маэра уже было мое платье, а в другой — бюстик.

Откинув вещи в кресло, он расправил свою тунику и натянул ее на меня через голову:

— Руки давай, — скомандовал, и я подчинилась.

Поставив на ноги, он отдернул подол и закатил рукава.

— Очень даже годится. Теперь пилюли.

Маэр был верен своим словам.

— Рот открывай, — я подчинилась и здесь, чувствуя себя донельзя странно.

Успокаивала себя только тем, что сопротивляться у меня просто не осталось сил.

Буквально запихнув в меня две капсулы, орш поднес к моим губам стакан с водой. Я сделала три глотка.

— Если захочешь пить, на столе всегда стоит, — он указал мне на небольшой пластиковый графин.

Потянувшись, он расправил кровать, которая была раза в три больше моей, и указал к стене:

— Ложись.

— А ты? — задала я первый вменяемый вопрос.

— И я, — он ухмыльнулся и, не дожидаясь, пока я отомру, подхватив на руки, уложил головой на подушку. Просунув руку в специальное отверстие для постельного белья в стене, достал еще одну подушку и бросил рядом с моей.

— Маэр, что происходит? — мой голос дрогнул.

— У меня был сложный день, Камелия. Да и предыдущая ночь не лучше. Я просто хочу спать и знать, что ты рядом и с тобой все хорошо.

Он лег и резким движением притянул меня к себе, уложив на свою согнутую в локте руку. Второй он натянул на нас одеяло и обнял.

А после просто закрыл глаза.

— Маэр, — я почему-то шептала, — ты с ума сошел?

— Угу, — неопределенно промычав, он все же разомкнул веки. — Сошел, Ками, когда увидел, что ты поднимаешься все выше над трапом, а я далеко от тебя и не могу схватить за руку. Съехал с катушек, когда этот хрон смотрел на тебя с интересом, а я осознавал, что на их территории, и они просто задавят нас количеством. Свихнулся, когда до меня дошло, как легко тебя потерять. Так что да, считай, что я окончательно тронулся умом, и спи. Нам нужен отдых.

Потянувшись, он коснулся губами моего лба.

— Ты прости меня за грубость, Камелия. Я никогда не хотел тебя обидеть. Никогда, слышишь.

— Ты просишь прощения? — я прищурилась. — Серьезно?

— Ками, спи! — простонал он. — Да, я прошу у тебя прощение за свою грубость. Знаю, что вел себя порой просто гадко. И обещаю, что буду следить за собой.

— Да не надо, ты мне и таким нравишься, — пробурчала я, хлопая ресницами.

Может, все это и вовсе сон? Ну, бывают же такие яркие кошмары, в которых Маэр прощения просит словами через рот, и при этом мы не летим на гиперскоростях в черную дыру.

Ущипнула. Не себя. Маэра.

— Женщина, я прошу, спи, — простонал он.

— Орш, я почему в твоей постели?

— Потому что тебе нужно спать, а не слоняться по кораблю. Вот я тебя обниму, к себе прижму, и никуда ты не денешься.

— И мы летим дальше искать Беллу? — зачем-то уточнила.

— Летим, Ками, летим. Пока у нас есть хоть какие-то ниточки в руках, мы будем ее искать. Она не только тебе сестра, она часть нашей семьи. А своих мы не бросаем никогда. Такой закон. Спи.

Он обнял меня крепче и выдохнул.

Постепенно расслабилась и я, вот теперь действительно ощущая себя донельзя странно.

Глава 66

Маэр дар орш Свер

Её дыхание стало тихим и размеренным. Препарат подействовал быстро, да и устала моя девочка. Её тело расслабилось и обмякло.

Я лежал и не двигался.

Думать боялся, хотя...

Идиотом нужно быть, чтобы не сообразить — я попался.

И не сейчас, не сегодня... а уже давно. Года два назад, а может, и чуть больше. Просто смелости не хватало себе в этом признаться. И пока меня не прижало — не прозрел.

Комнату обволакивала теплая, уютная тишина.

Я открыл глаза и улыбнулся. В легком полумраке легко было рассмотреть спящую рядом со мной молодую женщину. В груди приятно заныло.

И вдруг поймал себя на том, что чувствую покой. Это давно забытое ощущение полной удовлетворенности.

И всё просто потому, что Камелия лежала рядом и мирно, едва слышно сопела. Такой чудесный звук. Её волосы рассыпались по подушке светлым шелком, закрывая часть лица.

Я лежал, подперев руку под голову, и разглядывал её. В свете ночных ламп черты её лица казались еще мягче, нежнее, ранимее.

Моя красавица. Теперь точно знал, что моя. Память услужливо подсунула мне события сегодняшнего дня. Как же легко я мог потерять её.

Злость разлилась в груди. Оскалившись, выдохнул и попытался успокоиться.

Мы выбрались. Я бы никогда не отдал её никому.

Какой другой?

О чем я только думал?

Куда я от неё уйду? В какие системы улечу?

Да меня трясти начинало только лишь от мысли, что ее коснется другой. Выворачивало, когда она с нежностью смотрела на Ари или Мириша.

Сказочник. Оставлю я её другому. Как же...

Как сегодня выяснилось, самому нужна, да так нужна, что из шкуры выпрыгнуть готов.

Идиот!

Выдохнув, снова уставился, не мигая, на спящую Ками. Такая милая. С её лица исчезла привычная язвительная ухмылка. Переносица разгладилась. Не было резкой агрессии в движениях. Она просто спала.

В моем присутствии. Такая беззащитная и уязвимая, похожая на маленькую светлую птичку.

Нежность захлестнула волной. Я долго лежал и просто смотрел на неё. Зачем-то старался запомнить каждую черту её лица: изгиб бровей, маленькие смешинки у глаз, едва заметную складочку губ. Я даже родинку рассмотрел на её виске. И при этом боялся даже пошевелиться, потревожить её, разрушить этот момент.

Нет, я не желал, чтобы она просыпалась. Я вдруг окунулся в своё тихое счастье и теперь боялся его потерять.

Что же я за идиот! Два года... Впустую промотал два года!

А еще над братом посмеивался, только он, в отличие от меня, уже женат. И он может коснуться той, которую любит.

А я — нет. А очень хотелось — безумно просто...

Желание проснулось во мне тихо, как тлеющий уголёк. Я хотел протянуть руку и просто притронуться к ней, легонько провести пальцами по шелковистой коже, вдохнуть аромат её волос.

Такая малость. Но стоило представить, как возникла еще одна проблема.

Стояк. Еще похлеще, чем