Сводные. Любовь на грани - Ева Риччи

Всё, спокойная жизнь моя закончилась, мать едет отдохнувшая и наш последний с ней разговор она мне не спустит. Настроение падает, на нервах пропадает аппетит. Отодвигаю от себя тарелку с омлетом и пью горячий чай, боясь встретится с Матвеем взглядом. Спросите, чего боюсь? Сама не знаю, но увидеть в его глазах конец нашей “love story” я морально не готова. Я влюблена в своего сводного брата, мне нравится проводить с ним время, нравится наши перепалки, я даже секс не могу представить ни с кем другим, кроме него.

— … Через сколько вас ждать… понял, ну тогда до встречи, — сбрасывает звонок Матвей.

Молча берёт вилку и начинает есть, на меня не смотрит. Мне обидно, он вмиг стал отстранённым и чужим.

— Родители прилетели? — осторожно пытаюсь обратить на себя внимание.

— Да, — не отрывая внимания от еды, отвечает, — через сорок минут будут дома, отец из такси звонил.

— Понятно, — голос дрожит, топят эмоции, понимаю, наши отношения невозможны, но мне больно.

Второй раз за утро у Матвея звонит телефон.

— Доброе утро, Константин, — отвечает и встаёт из-за стола, — я уже в курсе, — кидает на меня взгляд и выходит из кухни.

Я задыхаюсь от боли, не могу себя собрать, вот только час назад у нас был секс, не говоря о ночи любви… И всё закончилось, резко нас снесло торнадо. Чувствую дорожки слёз по щекам, не останавливаю себя, сижу и тихо плачу. На тело налилась тяжесть, из меня как будто разом выкачали жизнь. Угораздило же меня влюбиться! И в кого?!

Знаю, истерика сейчас ни к чему, встаю и иду к раковине, умываюсь и наливаю холодную воду в стакан, жадно пью, пытаясь взять себя в руки. Ладно, может я зря себя накручиваю? В конце концов, он же мне ещё ничего не сказал.

С этими мыслями убираюсь и поднимаюсь в свою комнату. Захожу в пустую спальню и ловлю разряд разочарования, который треплет мою девичью душу. Вздыхаю и иду собираться в университет. Выбираю шерстяное платье белого цвета и достаю новую упаковку капроновых колготок телесного цвета. Представляю в уме, как буду смотреться в новых ботинках молочного цвета и платье. Да, Царев настоял и мы заказали обувь взамен порванной, причем требовал чтобы я заказала сразу на все сезоны. Но, вытрепав своим упрямством ему нервы, договорилась всего на две пары. Делаю легкий макияж и распускаю волосы. Смотрю на себя в зеркало: ну что же… я готова покорять мир! А точнее, мир только одного единственного!

Слышу стук в дверь, Матвей через неё предупреждает, что родители уже дома. Спускаюсь их встречать. Задыхаюсь и кусаю губу от разочарования, злюсь на него! Даже не зашел в спальню!

В растрёпанных чувствах иду на голоса, доносящиеся из гостиной.

— … а это тебе, сын, — радостно что-то рассказывает Сергей Владимирович.

Захожу и вижу Матвея с бутылкой алкоголя в руках, понятно: сувенир свой получил с острова.

— Здравствуйте, — приветствую прилетевших.

— Арина, доброе утро, — добродушно здоровается отчим.

— Здравствуй, дочь, — недовольно поджав в своей манере губы, приветствует меня родительница.

— Ирин, вручай подарок дочери, а то, чего только Матвей с презентом стоит.

— Какой подарок? — мама смотрит удивлённо на мужа.

— Ну, мы же специально ездили за сувенирами и ты вроде что-то покупала? — растерянно говорит Сергей Владимирович.

— Ничего не покупала: когда ездили, я себе босоножки купила. И вообще, у нас был долгий перелёт, я устала. Ты долго ещё будешь рассказывать о нашем отдыхе? Детям на учёбу пора. И я хочу отдохнуть! — выговаривает мать, злобно смотря на мужа.

В гостиной стоит мёртвая тишина. Смотрю, и у меня даже нет разочарования, оказывается, всё давно выжжено её поведением.

— Какая же ты тварь, — рычит Матвей. — Жду в машине, — кидает взгляд на меня и, развернувшись на пятках, выходит.

Мать, взвизгнув, хватает сумку и почти бежит к лестнице. Отчим, сконфуженно мазнув по мне взглядом, направляется следом за женой, нагоняет её возле лестницы. Слышу, как он ее отчитывает и мать с ним ругается в ответ. Вздыхаю и выхожу на улицу к ожидающему в машине Матвею. Сажусь, пристегиваюсь, и мы выезжаем со двора. По позе и играющим желвакам понимаю, что Царев в бешенстве и причина его состояния — мы с мамой. Отворачиваюсь и смотрю в окно, решая помолчать.

Дорога тянется медленно, меня гложет неизвестность насчёт нас. Матвей даже не пытается со мной поговорить, полностью уходит в деловые звонки по работе, а также организационные моменты и расписание матчей. Проезжаем кованые ворота университета, паркуемся. Тимофей и Денис уже здесь, стоят возле своих спорткаров. Дергаю ручку двери: закрыто. Сердце ухает вниз, пробивая диафрагму: с трудом делаю вдох. Паникую, боясь слов, что хочет сказать Матвей. Жалобно на него смотрю, не сумев справиться с эмоциями.

— Арин, — тяжело вздыхает и поворачивает голову на меня.

— Не надо, — не удерживаюсь и всхлипываю.

— Я тебе что-то обещал? — недовольно смотрит на меня.

— Нет, — мотаю головой, то ли в надежде развеять этот момент, то ли, на нервах, не до конца принимаю ситуацию.

— Давай честно и по-взрослому, — в упор прожигает меня тёмными глазами.

Киваю, чтоб продолжал, закусив щеку, впиваясь ногтями в ладони. Мне нужно собраться и с достоинством вынести наш разговор.

— Для меня это просто секс, — поворачивает голову, берётся за руль и упирается подбородком. — Я не создан для отношений, — усмехается, — быстро устаю от однообразия в постели. С тобой было исключение… — вскидывает взгляд в упор, — спишем на твою невинность, мне нравилось чувство развращения тебя, но и оно сошло на нет. Мы хорошо потрахались, но на этом — всё. Не будь мы сводными, я бы предложил тебе время от времени просто секс, — грустно улыбается. — Без обязательств, — добавляет, возвращая голову на руль. — Но сама понимаешь… в нашей ситуации это ни к чему!

— Мне нужно отвечать на твой монолог? — храбрясь из последних сил, спрашиваю.

— Если всё поняла, — внимательно смотрит в глаза, — то нет.

— Значит, я могу идти? — киваю на закрытую дверь.

— Можешь… — слышу заветный щелчок центрального замка и вибрирую от облегчения.

Хочется вылететь пулей из машины и хорошенько хлопнуть дверью, но я беру себя в руки и спокойно выхожу. Встречаюсь с друзьями Царёва взглядом и фасад моего спокойствия искажается надвигающейся истерикой. Они замолкают, с их лиц сходит приветливая улыбка. Денис упирает взгляд в боковое стекло машины Матвея, испепеляя того недоумённым взглядом. Мне стыдно… очень… Но я ничего не могу поделать с собой и просто даю