(не) Любимая жена северного Вепря - Арина Теплова

Глашатай чуть замолчал и добавил:

— Хочешь ли что-то сказать, Углеб?

В ответ бывший самозванный царь мрачно усмехнулся в рыжую бороду и сплюнул.

— Хочешь снова объединить все девять царств под своей властью, Тимул? — крикнул злобно Углеб в сторону императора. — Только ничего у тебя не выйдет! Елизария не допустит этого! Вы как были разрознены, так и останетесь! Мангийцы ещё одержат верх над вашей Торитарией!

Я поняла, что Углеб говорит о том, что когда-то Торитария состояла из девяти царств, и империя была так сильна и могущественна, что никто из близлежащих завистливых и враждебных государств даже не помышлял нападать на неё.

И тут мне пришла в голову мысль: что Елизария специально разделила царства Торитарии. Сначала Налагию вооружённым вторжением превратила в личную страну рабов и ссыльных каторжников, потом разделила Севирию на две половины, и ещё одно царство, я забыла, как оно называлось, вообще «стёрла» войнами и насилием с лица земли. Страшный закон — «разделяй и властвуй» в действии!

Манрийцы из Елизарии вели уже многие годы свою грязную войну и плели заговоры. Хотели и меня убить, чтобы не состоялся союз Налагии и Торитарии. Но у них ничего не вышло. И слава богам! За это время я уже научилась призывать и благодарить многих богов, как это было принято в этом мире.

— Довольно! Уведите его! — приказал император.

На казнь я смотреть не пошла. Всё же шёл уже восьмой месяц моей беременности, и не хотелось видеть это неприглядное зрелище. Мне было достаточно того, что я знала, что больше кровожадный самозванец и разбойник Углеб не побеспокоит наши народы и наши земли.

Вечером в своей спальне я ожидала Руслана. Он беседовал со своим старшим братом, и я с нетерпением поглядывала на водяные часы, стоявшие на камине, — аналог песочных часов, только наполненных водой.

Я же всё не могла отойти от двух будоражащих известий сегодняшнего дня: от казни Углеба и оттого, что я его дочь и царевна Севирии. Теперь, являясь прямой наследницей царевны Венцеславы, я имела право на престол этой страны. Оттого император Тимул дал мне время подумать, хочу ли я править этой страной.

Неожиданно в дверь постучали. Вошёл слуга и доложил:

— Княгиня, император просит тебя прийти к нему.

— Сейчас?

— Да.

Я последовала за слугой, и вскоре мы вошли в небольшой зелёный кабинет императора. Тимул был не один. Рядом с ним стоял некий старец с окладистой белой бородой.

— Пройди, присядь, Елана, — сказал приветливо император, когда дверь за мной закрылась. — Или лучше к тебе обращаться — дева из другого мира?

Я уже присела на бархатную лавку, но, услышав слова Тимула, замерла.

— Как ты сказал, император? — спросила я.

— Ты дева из иного мира, мы с волхвом Диринеем знаем о том, — указал на старца император. — Мало того, именно мы вызвали твою душу сюда в наш мир.

Я, опешив, уставилась на мужчин, ничего не понимая.

— Как так? — пролепетала я.

— Я открою тебе тайну о том, настало время. Как твоё настоящее имя, родная?

Некоторое время я молчала, приходя в себя от всех слов императора Тимула. Он внимательно смотрел на меня, и я понимала, что он говорит искренне и правду.

— Елена. Елена Остроумова, — наконец вымолвила я тихо.

— Красивое имя. Ты была лекарем в своём мире? — спросил Тимул.

— Да. У нас это называется врач.

— Я так и подумал. Потому что твой лекарский дар в нашем мире возрос многократно.  Оттого ты можешь вводить людей в морок и обезболивать раны своей целебной энергией. Настоящая царевна Елана, даже рождённая Рияной, этим даром не обладала.

— Я знаю о том, что прежняя Елана не была целительницей. Но ты сказал, что вы вызвали мою душу сюда, император.

— Да, это так. Ты попала сюда неслучайно, — продолжал Тимул. — Я знал, что Елана ненавидит моих сыновей и не хочет за них замуж, я даже подозревал её в отравлении Глеба, боялся, что она изведёт и Руслана. Она была слишком кровожадной и злой. Но она была единственной царевной Налагии, которая могла объединить наши страны. И долгое время я не знал, как всё устроить на благо всех. Но Боги послали нам помощь. Точнее, допустили покушение на Елану.

— Когда она упала с башни?

— Да. Ты права, Елена. Мне доложили о том спустя пять минут, как это случилось. Я видел последние минуты её жизни. Её было не спасти. Она умерла, проклиная и меня, и своих родителей за то, что ей велели приехать в этот дворец.

— Она и вправду была такой злой?

— Да. Но всё равно её смерть была бедой для наших стран. Елизария бы потирала руки, а союза Торитарии и Налагии не было бы.

— Понимаю.

— Именно в те страшные мгновения волхв Дириней предложил воскресить Елану, а точнее, вселить в её тело другую душу. Но такую, которая была бы во благо нашему миру. И я согласился. У нас было всего несколько часов, чтобы снова вдохнуть жизнь в тело царевны, пока её жизненная энергия полностью не покинула тело. Два часа ратники по моему приказу не пропускали никого ни во двор крепости, где лежала мёртвая Елана, ни в башню, с которой она упала. В это время Дириней совершал медитацию, беседовал с нашими родичами на небесах и просил о помощи в поиске нужной души. Искали ту, которая недавно ушла на небеса, но имела нужные нам качества. На тебя пал наш и выбор наших предков. Мы призвали твою душу в наш мир, Елена, и вселили её в тело Еланы.

— Боги, я даже не представляла, как всё это было. Но почему именно я?

— Твои внутренние качества были для нас ценны. Сильный нрав, добрые помыслы, человеколюбие и сила воли. Способность любить и отдавать любовь другим. Нам нужна была новая Елана, такая как ты. Только дева с такими качествами могла бы нейтрализовать ненависть Руслана к себе и влюбить его в себя. Мы надеялись на это и уповали, что у тебя всё получится. Поэтому в день твоей свадьбы я сказал, что ты под моей личной защитой. Я знал, как тебе будет трудно